3 февраля

День недели, число, месяц, год: Пятница, 3 февраля, 2017 год

ООД

Индивидуальные задания

Лепка

Тема: « Палочки»

Цель: Учить отщипывать небольшие комочки пластилина, раскатывать их между ладонями прямыми движениями.

2. Ознакомление с окружающим миром

Тема: «Котенок Пушок»

Цель: Дать представление о домашних животных и их детенышей. Формировать доброе отношение к животным.

3. Физическая культура на воздухе

1. Ходьба врассыпную в сопровождении русской народной мелодии «Перетопы».

2. Бег с изменением темпа по сигналу (хлопок в ладоши). 3. Кружение в медленном темпе (с предметом в руках). 4. ОРУ без предметов.

5. Прыжки на двух ногах.

6. Подлезание под веревку (высота 40–30 см).

7. Бросание мяча друг другу.

8. Подвижная игра с ходьбой и бегом «Воробышки и автомобиль». 9. Упражнения со «снежками» (рус. нар. мелодия)

Лепка из пластилина

Рассматривание сюжетных картинок с котенком; поговорить о домашних животных

Бег, прыжки

ОРУ

Подвижная игра с ходьбой и бегом «Воробышки и автомобиль».

3 ЮР Дев_2010

1 разминка 11.0011.40 :

Александра Нараева 2010 г.р. НОУ ДО «Олимпийские надежды»

Екатерина Фролова 2010 г.р. ЧОУ ДОД ДЮСШ «Невский лед»

Ариадна Митрофанова 2010 г.р. ЦФКСиЗ ВО

Полина Луганцева 2010 г.р. НОУ ДО «Олимпийские надежды»

Риана Кадырова 2010 г.р. СДЮШОР «Звездный лед»

Алёна Кусачева 2010 г.р. СДЮШОР «Звездный лед»

Анастасия Кривоносова 2010 г.р. ЦФК МР

Александра Фролова 2010 г.р. ЧОУ ДОД ДЮСШ «Невский лед»

Кристина Картынник 2010 СКФК «Золотой конек»

Дарина Коваль 2010 г.р. СДЮШОР «Звездный лед»

Мария Гринберг 2010 г.р. СДЮШОР

2 разминка 11.40 – 12.20 :

Серафима Игнатьева 2010 г.р. СДЮШОР МР №1

Виктория Симановская 2010 г.р. СДЮШОР

Дарья Белова 2010 г.р. СДЮШОР «Звездный лед»

Анастасия Филисова 2010 г.р. СДЮШОР МР №1

Кира Плотникова 2010 г.р. СДЮШОР «Звездный лед»

София Демидова 2010 г.р. ЧОУ ДОД ДЮСШ «Невский лед»

София Цветкова 2010 г.р. СДЮШОР

Александра Котченко 2010 г.р. ЧОУ ДОД ДЮСШ «Невский лед»

Антонина Соснило 2010 г.р. СДЮШОР МР №1

Василиса Зайцева 2010 г.р. СДЮШОР «Звездный лед»

Ульяна Ковалева 2010 г.р. СДЮШОР

Мария Янцен 2010 г.р. СДЮШОР «Звездный лед»

3 разминка 12.20 – 13.05 :

Ника Мешкова 2010 г.р. ЦФК МР

Ксения Матвеева 2010 г.р. СДЮШОР

Дарья Дубовицкая 2010 г.р. СДЮШОР «Звездный лед»

Софья Ветрова 2010 г.р. АНО ДОД ШФК «Буревестник»

Ольга Аленцова 2010 г.р. ЦФК МР

Екатерина Задаура 2010 г.р. ШФК «Спартак»

Кира Архипова 2010 г.р. СДЮШОР

Алена Ильина 2010 г.р. СДЮШОР МР №1

Софья Цакоева 2010 г.р. СДЮШОР

Алиса Сонькина 2010 г.р. НОУ ДО «Олимпийские надежды»

Дарья Степанова 2010 г.р. ЦФК МР

Эвелина Татарникова 2010 г.р. ЦСКА, СПб

2_chast_4_fevralya

«И там где пала пыль стоп его, родились миры новые. Им нет ни имени, ни числа.

Мысли его – основа всему. Дыхание его – жизнь.

Книга первых судей.

Сорванная печать

Зал Первой ночи наполнился мраком. Черные, как смола, тени внутри него, одна за другой, обретали форму фигур, отдалённо напоминающих человеческие. Четверо по краям зала и одна точно в его центре, где был начертан золотой круг. Судьи, хранители воли Первичного, собрались вместе впервые за миллиарды лет существования Вселенной. Они – свидетели творения и разрушения множества цивилизаций, создания звёзд и планет и их исчезновения в бездне небытия. Сейчас им предстояло принять непростое решение.

Судья Тиам рассказал то, что услышал от террианской девочки. Его собратья сейчас услышали то, над чем никогда в своей долгой жизни даже не задумывались. В какой-то мере, его слова были ересью, относительно всего, во что они привыкли верить. Но эти создания не были безвольными механизмами, или рабами идеи. От природы, или волей Первичного, им был дарован разум, подобия которому в нынешнем мире не было.

– Тиам, мы выслушали тебя и принимаем сказанное. Тем не менее, воля одного, не есть воля пятерых. Нам нужно принять решение, которое будет безопасным для мироздания, которое мы обязались хранить. Если Он придёт, а в этом уже нет никаких сомнений, мы должны быть уверены в том, что всё сделали правильно. Нам понадобится время на принятие решения.

Одного лишь не знал Тиам. Ему не сказали о том, что за время его длительного отсутствия произошли события, изменившие реальность столь сильно, что судьи стояли перед выбором – уничтожить источник трансформаций, или покориться им, как воле Первичного, который предусмотрел всё, что случится после Его ухода…

Капитан, капитан, улыбнитесь!

На пристани сновали матросы и рабочие. Все были заняты своим делом, ведь предстоял «Большой поход», который предвещал хорошую добычу. Ради такого дела Чёрный орден нанял всех, кто только был способен ходить, кое-как владел оружием, и был достаточно ненормален, чтобы согласиться на подобную авантюру.

Узкие мостки, соединявшие пристань и корабль, с трудом выдерживали вес двухметрового верзилы, которого местные называли «малыш». В Малыше было полтораста килограммов живого веса, и ещё около двух тонн наглости пополам с агрессией. Его лысый череп выдержал не одну дюжину разбитых столов и стульев, а бутылки он давно перестал считать. Не раз бился он об заклад, что отдаст всё своё жалованье тому, кто сможет отправить его в первый в жизни нокаут. Пока что не нашлось никого, кто смог бы выиграть спор, а в последние года полтора смельчаков, желающих попытать удачу и отведать пудового кулака, стало намного меньше. Местный народ отлично знал, насколько хорошо Малыш знал своё дело.

На поясе у этого парня висел зазубренный тесак, который этот пират метко бросал в цель с тридцати шагов. Поговаривали, что ему хватит точности и с пятидесяти засадить железо в черепушку врага, но, пока что никто не проверял эти слухи.

Он шел, потягивая на ходу местную водку и щурясь узкими карими глазами. Полуденное солнце мешало ему сосредоточиться на процессе, а тут ещё и всякая мелочь под ногами болталась. Он сплюнул на отсыревшие доски и легонько толкнул впереди идущую девушку в кожаном костюме:

– Эй, Наперник, освободи дорогу!

Лина обернулась и хмыкнула:

– Тоже мне…джентльмен толстопузый. Обойдёшь, если так торопишься. И меня зовут не Наперник, а Коперник. Пора бы уже запомнить.

– Это кто у нас тут такой смелый? Я, конечно женщин не бью. Когда трезвый. Но ты же у нас за равенство полов, вроде? – Малыш залился хохотом и его веселье подхватил беззубый боцман, что плёлся чуть позади.

– Парень, я тебя, конечно, уважаю за твой опыт, но идиотский мужской шовинизм и попытки меряться силой с каждым встречным, это примитивно. Если тебе нечем больше хвастаться, кроме твоих татуированных бицепсов, мне тебя жаль, правда… - Лина с искренним сожалением взглянула на пирата и на миг почувствовала, что сейчас на неё уставилось пар этак с десять чужих глаз. Дескать, такой формы суицида они давненько не наблюдали. Унизить пирата при свидетелях – большая ошибка. Сделать такое с самым сильным человеком в городе – глупость космических масштабов.

– Девочка… ты вообще понимаешь, что сейчас себе приговор подписала?

Лина кивнула, – Фраза книжная, жутко затасканная. Но да, я понимаю. Мне придётся тратить своё драгоценное время на глупый мордобой. Чтобы я не считала это время бессмысленно потерянным, предлагаю тебе свои условия.

Малыш кивнул, соглашаясь выслушать предложение. Он-то понимал, что через несколько минут девчонка будет лежать где-то там внизу, ожидая, когда местные уберут её тело, и смоют остатки мозгов с мостовой.

– Замечательно. Раз ты согласен выслушать предложение, то я предлагаю тебе сделку. Если я побеждаю, и ты падаешь, твоё место достаётся мне. Я становлюсь помощником капитана, а ты моим заместителем и выполняешь всё, что скажу. По рукам? – Девушка протянула маленькую ладошку, и здоровенный пират её пожал.

Коперник тут же отдернула руку, понимая, что рукопожатие может завершиться её полётом. Пират уважительно кивнул, соглашаясь с её логикой. Он принял некое подобие боевой стойки, а мозги Лины уже нашли в его положении с десяток уязвимостей. Она давно наблюдала за этим человеком, и знала, что у него травмировано левое колено, а во время драк, он плохо прикрывает шею, надеясь на то, что вырубит оппонента раньше. В живот бить бессмысленно – столько жира и мышц ей не пробить. Остаются болевые точки. Что там отец говорил? Она пригнулась, слушая, как свистит воздух над её головой, прогнулась, стараясь не упасть, и лягнула пирата в больное колено. Тот скривился, но позу не изменил. «Троечка» - шея, пах, солнечное сплетение оказалась более результативной. Уроки папы даром не прошли. Она сумела направить импульс так, что её булавочные уколы оказались достаточно болезненными.

Убедившись, что точность ударов Малыша стала раза в три ниже, Лина сделала ложный выпад вперёд, вновь увернулась от прямого в голову и сделала два тычка в глаза и один в кадык. Малыш пошатнулся, Коперник резко дёрнула его за руку, направляя массу в нужном направлении, и тот полетел на Боцмана. Мужики скатились на пристань, а девушка спокойно проследовала за ними.

Двухметровый пират стоял в окружении толпы местных. Проснулись даже пьяницы, лежавшие в тени. Всем было интересно взглянуть на невиданное. До сих пор, кроме ведёрной дозы водки никому и ничему не удавалось завалить этого парня. Он не упал, даже получив две пули в спину, а тут такое.

Воцарилась тишина, и Лина присела рядом с верзилой. Боцман, не без труда, вылез из-под его туши, потирая поясницу.

– Уговор есть уговор. Идём к капитану, помощник. Имя-то у тебя есть? Не звать же мне тебя Малышом…

– Норман… – прохрипел здоровяк, держась за горло.

– Норм… у тебя всё норм, - пропела Коперник, – Вставай, лежебока. Поход проспишь.

---

Капитанская каюта, стилизованная под старую эпоху настоящих корсаров и флибустьеров, впечатлила бы любого поклонника пиратской тематики. Здесь были даже оригинальные пистоли, сабли, мешочки для пороха и зарядов, бочка оригинального Карибского рома, повязка на глаз, которую носил какой-то известный разбойник тех времён. Сразу было видно, что человек, обитающий в этой комнате – настоящий фан джентльменов удачи, и собирает всё, что связано с ними и тем периодом мировой истории. На деревянном столе стояла стопочка золотых монет времен, когда в Испании ещё был король, а рядом с ними – самая настоящая астролябия. Только вот прибор этот ни разу не был испробован на деле.

Единственное, что выбивалось из общей картины, это кресло капитана. Оно было уж слишком современное, удобное, и даже с механизмом. Впрочем, если бы кто-то захотел придраться к не каноничности внутреннего пространства, то наверняка бы нашёл много современных устройств, и, в частности, радио, по которому вызывались из кают члены команды. Да и орудия, установленные по обоим бортам, были явно не из корсарской эпохи.

В углу, возле большого иллюминатора, остеклённого совсем не каноничным триплексом, стоял патефон, и услаждал слух звуками средневековой музыки.

Прекрасные трели были прерваны громким стуком в обитую металлом дубовую дверь.

– Капитан, это я… Можно войти?

Голос из-за двери принадлежал старпому. Он явно был растерян, или даже напуган, судя по непривычной для здоровенного детины, интонации.

– Входи.

Вместо одного гостя на пороге стояли двое. Помощник и та мелкая девчонка, работавшая на нижней палубе. На глаза она попадалась редко, но единственная девушка в команде не могла не вызвать интереса.

– А тебе чего, малявочка?

Следующие две минуты можно описать двумя словами «смена эмоций». Она происходила на капитанском лице с завидной регулярностью. Хоть в театр отправляй – убедительно.

– Она. Тебя. Вырубила. Всё правильно?

– Угу, - смущённо кивнул старпом.

– Голыми руками? – лицо капитана стало задумчивым.

Норман поморщился и вновь склонил голову, дескать, так оно и было.

– Ну, раз уговор был сдать полномочия, ты их лишаешься. Только вот взять неизвестно, кого я просто так не могу. Но, чтобы не было нечестности, даю тебе неделю испытательного срока, девочка. Докажешь, что способна справляться с обязанностями старпома, останешься на должности этого бездарного болвана. Не справишься.… Уж извини.

Лина кивнула и козырнула, - Ваши приказания?

У Капитана Фронтеры даже промелькнула улыбка на серьёзном лице. Эта девчушка была и впрямь забавна. Если она способна не только вырубать двухметровых бойцов, то далеко пойдёт. Она смахнула с лица длинную прядь седых волос:

– А пока присаживайся, поговорим. Норман, оставь нас ненадолго.

«Ненадолго» затянулось часа на полтора. Обсуждалось всё, от грядущего похода, до мыслей Коперник по поводу переоборудования корабля для улучшения боевых качеств. Последний аспект, а точнее знания в этой области поразили капитана. Она хлопнула Лину по плечу:

– Я не знаю, где ты этому всему научилась, но в команде точно пригодишься. С утра мы идём к механикам. Будем подбирать то, что ты сказала.

---

Вместо тяжелых шестидесяти и восьмидесятимиллиметровых орудий Коперник предложила собрать по набросанным ею чертежам нечто менее габаритное, но скорострельное и с быстрой перезарядкой. Для двадцать четвёртого века такие технологии казались пещерными, но здесь авто-пушки 40-мм с ленточной подачей зарядов были довольно таки новым решением. Не то, чтобы их ещё не изобрели, но те, что имелись на вооружении, были далеки от совершенства.

За месяц корабль укомплектовали на 100%. Масса уменьшилась, скорость и подвижность выросли. Появилась навесная броня, средства защиты от попытки сбить технику в воздухе. На весь экипаж приобрели парашюты, которые сшили по рисункам всё той же Коперник. Через пару суток команда училась десантироваться на них в тыл врага и тут же вступать в бой. Пара вывихов и один перелом – не такая большая цена для подобной подготовки.

Полтора месяца работы с капитаном, и отряд воздушного корабля был готов к вторжению в соседнее государство. Отношения между Линой и Анной Фронтера складывались превосходно. У них оказалось много общего, и женщины проводили вместе долгие вечера. Для капитана Коперник заменила потерянную в молодости дочь, а Лина очень нуждалась в матери, которой лишилась слишком рано.

До начала операции оставалось ровно два дня.

Воздух

В отличие от Полоцкой, читавшей старинные сказки, Лина не знала про воздушные корабли, и поначалу ей в диковинку были эти странные конструкции. Они имели много общего с дирижаблями и аэростатами террианского прошлого.

Как местные кустарные мастера высчитывали точную массу деталей, которую мог поднять в воздух аппарат? Об этом не знали даже они сами.

Аэродинамические характеристики многих конструкций оставались за гранью разумного. Летали они по тому же принципу, что и шмель – вопреки здравому смыслу.

У Коперник были мысли по поводу создания более совершенного транспортного средства, но девушка имела некоторые сомнения по поводу того, что она сможет объяснить местным механикам всё, что требуется. Да и вряд ли Анна согласилась бы отложить время отправления корабля.

Потому оставалось лишь надеяться на то, что эта странная конструкция после некоторых переделок станет несколько надёжнее и быстрее. И обязательно нужно установить на носовую часть что-то пафосное. Лина обегала все мастерские, где могли продать что-то подобное. В итоге, корабль украсила деталь в виде торса единорога с полутораметровым спиральным рогом. Сзади пришлось добавить балласта, чтобы уравновесить тяжёлую штуковину.

Двигатель и винты заменили в последний день перед отлётом. Фронтера уже начинала сомневаться в правильности своего решения. Потому что финансы пели романсы, а Лина всё не унималась.

---

Капитан уселась поудобнее в кресле, потягивая хороший ром. Она поглядывала на серебристый портсигар, лежащий на столе, но сдерживалась. Уже две недели без сигар. Это было нечеловечески сложным испытанием для неё. После того, как Анна потеряла ребёнка, она чего только не перепробовала – опиум, морфий. Потом полуторамесячный запой… Её, почти бессознательную, нашел старый знакомый, который к тому времени ушел в пираты. Они долгое время летали вместе, пока его не догнала пуля. Чья? Да кто знает. У джентльмена удачи всегда предостаточно врагов. Ощущение щемящего в сердце одиночества становилось сильнее. Фронтера всё чаще уходила в рейды, чтобы забыться, отвлечься. Она не могла понять, за что на неё свалилось это всё? Что такого она сотворила молодости? Что задолжала судьбе, что та отбирает всё самое дорогое?

Лина постучала в дверь, и Анна впустила девушку:

– Проходи. Почти всё готово к вылету. И, стоит признаться, я даже немного волнуюсь. Одно дело рейды, а другое – реальная война.

– Кто против нас? Техника, вооружение?

Фронтера тяжело выдохнула, и вновь посмотрела в направлении серебристой коробочки, полной ароматных сигар.

– Эскадрилья аэропланов, вооруженных двадцатимиллиметровыми пушками. Мы, и ещё три корабля, идём без прикрытия. Потому, будет туго. Зато, если первый бой будет удачным, и мы победим, есть шанс, что к утру отобьём часть расходов на твои эксперименты с кораблём. Очень хочется верить в то, что они не были напрасной тратой денег.

---

Лина вошла в каюту и закрыла за собой дверь. Кулон на шее засветился и перед ней появился библиотекарь.

- Ну, ты даёшь. Я уж думал, ты на этот летающий туалет джамп-двигатель поставишь.

Коперник улыбнулась:

- Вообще была идея собрать вертолёт, но, думаю, пока им рано. А вот какие-то средства для превосходства не помешают. Ты у нас ходячая библиотека, что-то посоветуешь?

Золотой человек задумался. Ему совершенно не нравилась идея оставаться здесь. Алиса пропала, а если погибнет ещё и Лина, он застрянет в этой искорёженной реальности, что совсем не входило в планы. Он нарисовал в воздухе некое подобие чертежа:

- Это самый простой вариант, который я вижу. Собрать смогу за пару часов.

Девушка кивнула. Дирижер распался на песчинки и просочился под дверь, а старпом задумалась о том, говорить ли капитану Фронтере о задуманном самоуправстве. Вряд ли удастся объяснить все технические аспекты. Всё-таки, есть большая разница между местной техникой и той, которую собирали на Терре-7.

Она выбежала из каюты и тут же наткнулась на боцмана. Тот скривил беззубый рот в некое подобие улыбки. Наверняка, подслушивал, хитрый тип. Но сейчас совершенно не до него. Если этот старый алкаш не шпион вражеского государства, способный помешать вторжению, может себе думать что угодно. Её это не касается. Что он расскажет капитану? Что Лина сама с собой разговаривает? В каюте никого, из двери вышла только она. А за ненормальность из пиратов, вроде как, не выгоняют.

Пока старпом шла в каюту Анны, её догнал Норман:

- Эй, босс, ты к Фронтере?

- Ага, а тебе тоже к ней?

Верзила смущенно кивнул, - Ага. Есть кой-какое дельце.

- Расскажешь?

На лице брутального двухметрового пирата появился заметный румянец.

Лина приподняла бровь:

- Э...парень, ты чего?

- Да не... ничего. Я в другой раз.

---

В нижней кают-компании собрались матросы. Они играли в кости, карты и прочие "мужицкие игры". Коперник затесалась к ним по чистой случайности. Она собиралась отоспаться перед вылетом, но они перехватили старпома, сказав, что ей положено больше времени проводить с коллективом.

Пришлось согласиться. Сыграв несколько партий и лишившись половины недельного жалованья, Лина поняла, что в картах ей точно не везет. Тогда она предложила игру, которую помнила ещё со школьных времён - "Правда, или желание".

Начало, как обычно, ничего не предвещало. Пираты выдавали малоинтересные секреты из своей биографии, отвечая на такие же малоинтересные вопросы. Впрочем, продолжалось так недолго. Попытки поддеть девушку сексуальной тематикой не увенчались успехом. Она повернулась к помощнику:

- Норман, чего ты боишься больше всего?

Тот опустил голову, уставившись в пол, и тихо пробормотал:

- Высоты...

В этот момент в каюте воцарилась полная тишина. Слышно было даже, как скрипит старое дерево. Уж чего-чего, а такого от него никто не ожидал.

Боцман, вглядываясь в лицо старого приятеля, спросил:

- Мужик, это ты сейчас пошутил, да?

Тот отрицательно покачал головой, - А вот ни хрена я не пошутил, приятель... Мы с отцом летали на "Буревестнике". Это было лучшее судно своего времени. Как-то нарвались на военный караул, который охранял курьера. Зря тогда капитан не избрал отступление. Нам подожгли купол, и мы начали падать. Под нами оказался хвойный лес. Из всех, кто был тогда на в команде, выжило трое. Я, старпом Вирго и ещё один матрос. Тогда я себе руку сломал. Вирго переломал рёбра и чуть не помер, а тот парень, имени которого я не помню, катается на коляске теперь. Отец при падении вылетел за борт и пролетел вниз метров сорок-пятьдесят, головой вниз. Из пятнадцати членов экипажа осталось всего трое... С тех пор я боялся высоты, не хотел летать. Даже к пристани не подходил, чтобы не смотреть вниз. Пока не встретил капитана Фронтеру. Мы с ней пили в одном кабаке. Я по пьяни рассказал ей о своём страхе. В общем, она сказала, что если меня сможет перепить, то я отправлюсь с ней в полёт.

- И? - напряглись все.

- Никогда не думал, что в женщину столько влазит...- он посмотрел на скалящиеся рожи товарищей, - Да я про водку, придурки!

Дружный хохот заставил проснуться даже капитана, спавшую в своей каюте на второй палубе.

Второй круг вновь ничего интересного не выдал. С фантазией у парней было туговато. Когда дело вновь дошло до Лины, у неё спросили про первый раз, и она сказала правду. Теперь ей предстояло вновь мучить помощника. Была-не-была...

- Норман, скажи, тебе сейчас кто-то нравится? И если да, то кто?

Вот тут Коперник второй раз за последние сутки увидела краснеющего громилу. Тот явно не желал говорить правду. Это означало, что Лине нужно загадать ему что-то смешное, или глупое. Либо, если у неё не было вариантов, это мог сделать за неё любой игрок.

- Старпом, у тебя что, нет никаких идей? - спросил толстый матрос с чёрным вставным глазом. Он уставился на Лину, изучая её реакцию. Та кивнула. Ей до жути не хотелось подставлять Нормана, который и так сейчас сидел красный, как варёный рак.

Боцман с одноглазым переглянулись, и беззубый, который сегодня явно за ней следил, едва сдерживая смех, обратился к Норману:

- Раз уж у тебя такая большая любовь к кэпу Фронтере, сходи-ка, брат, к ней и скажи, что жить без неё не можешь. Или кишка тонка?

- Норман, ты что, не понимаешь, что они тебя на слабо берут, - возмутилась Лина.

- Твои правила, старпом, - парировал боцман, - Норм, ты готов доказать, что у тебя ещё есть яйца, или совсем размяк под чутким бабским руководством?

Одноглазый встал, поднял кружку, и вся команда последовала его примеру. Они дружно опустошили посуду и ударили железными кружками о тяжёлую дубовую столешницу.

- Нор-ман, Нор-ман! – скандировали матросы, подбадривая друга, которому сейчас предстояло рискнуть своей задницей, заявившись в капитанскую каюту с весьма недвусмысленным текстом признания.

---

Коперник, вместе с командой, затаилась в коридоре. Народ чуть ли ни на головы друг другу лез. Ведь спрятаться за углом могли два – три матроса, но никак не дюжина. Они очень старались не шуметь, но получалось у них не слишком успешно. Норман оглянулся и шикнул на товарищей. Те скрылись, ожидая, когда он наберётся храбрости постучать в дубовую дверь, за которой скрывалась неизвестность.

Бывший старпом в последний раз оглянулся. Он искал взглядом не матросов, а хоть какой-то повод вернуться и не совершать это безумство, но…

Тук-тук-тук, - отдалось гулким эхом в коридоре.

– Кто? – голос Фронтеры казался немного недовольным, отчего Норм еще сильнее напрягся. Он покашлял и выдохнул:

- Это я, Норман, мисс Фронтера… Мне нужно вам сообщить кое-что очень важное, пока мы не отправились в поход…

Дверь со скрипом открылась, и бывший помощник капитана вошёл в каюту. Ему приходилось немного нагибаться, потому что его 192 сантиметра роста не были рассчитаны на этот дверной проём.

В коридоре воцарилась такая тишина, что Лина слышала стук собственного сердца. Все пытались услышать хотя бы какие-то звуки, а лучше – слова, или удары по голове громилы Нормана чем-то тяжелым.

Прошло минут десять, недовольные голоса становились громче, и Лина шикнула на коллег. Они могли выдать свое присутствие. Чуткий слух капитана улавливал даже самый тихий шепот у неё за спиной. А такой «хор» услышал бы и глухой.

Бывший старпом покинул каюту капитана через полчаса после того, как туда вошел. Вид у него был странный, какой-то потрёпанный. Его вопрошающий взгляд привел к всеобщему недоумению. Следов побоев на его физиономии не наблюдалось. На все вопросы парень махнул рукой и отправился в свою каюту.

– Это что ж получается, они просто поговорили и всё? – в растерянности спросил одноглазый. Боцман развел руками. Остальные, перешептываясь, разбредались, оставляя троицу – Лина, Боцман и старый матрос в коридоре.

– Ну, и чего вы добились? – спросила у них Коперник. Ей чертовски хотелось знать, что же такое сказала Анна бедняге Норману. Но зная характер пирата, не стоило надеяться на то, что он так легко разболтает.

На волоске

Самое интересное, что после разговора с Норманом капитана тоже, как подменили. Она ходила задумчивая, много курила, часто закрывалась у себя в каюте, что-то писала в дневник. Лину подмывало спросить у неё, но это бы выдало её саму и историю про игру и спор.

Вообще, Анна до жути напоминала Полоцкую. Только старше, мудрее, и немного бесшабашнее. Всё-таки пиратская судьба существенно отличается от курьерской. Хотя… Благодаря Лине у Алисы всё изменилось настолько, что подобные сравнения стали более уместны. Возможно, некоторые события даже для Фронтеры показались бы безумием. Драконы, революция, судьба галактики, а то и всего мироздания… Да, пожалуй, они с Полоцкой за какой-то месяц наворотили такого, что никаким пиратам не снилось… Эх, рассказать бы всё это Анне. Но та решит, что у Лины поехала крыша и не возьмёт в поход. А это же самый настоящий воздушный бой, да ещё на этом невероятно странном летучем корабле-дирижабле.

Кстати, ей было до жути интересно, как дирижер усовершенствовал его после их разговора. Конечно, вряд ли он превратит его во что-то мега-крутое и непобедимое, но должен же он создать ощутимое преимущество перед противником.

Утро отправления оказалось дождливым. Сырость, запах которой преследовал Лину даже в трюме, утомляла. От неё постоянно хотелось чихать и девушка, то и дело, тёрла нос. Погода не воодушевляла не то что на подвиги, но даже на выход из каюты. Хотелось сидеть, обхватив колени, под тёплым пледом, и ждать, пока приготовится горячий шоколад. За то время, что девушка провела в этом месте, она подсела на этот восхитительный напиток. А какой тут готовили кофе… Алиса бы уже прочитала лекцию о вреде кофеина, но здесь её не было, и нотации не грозили. Потому, можно было наслаждаться любыми лакомствами, на которые хватало пиратского недельного жалованья. Впрочем, теперь они не пираты, а вполне официальные члены наёмного флота, отправленного правительством и Черным орденом на «миссию освобождения». Кого и от кого надо освободить, Коперник так и не смогла понять до сих пор.

Лина встала с кровати и подошла к столику. Быстрыми глотками она выпила ароматный шоколад, закрепила чашку на полке, закрыла всё, что могло открыться во время полёта, и отправилась на верхнюю палубу. Там уже собралось несколько матросов, отвечавших за двигатель и снасти.

Капитан Фронтера ждала помощницу:

– Ангелина, ты бы ещё к вечеру поднялась! Будь проворнее, а не то разжалую в простые матросы!

Шутила она, или говорила всерьёз, Лина не поняла. Лицо Анны, и без того серьёзное, сейчас казалось даже немного мрачным.

– Что-то не так? – спросила Коперник.

– Какое-то у меня предчувствие… - Капитан выглядела немного растерянно. Словно сомневалась в правильности собственных действий. Если они сейчас не вылетят, то ей нечем будет заплатить следующую зарплату, да и запасы пищи, воды, горючего и прочих материалов – не безграничны.

А еще никто не мог найти Нормана. Обыскав весь корабль, команда пришла к выводу, что парень либо сбежал, либо пропал. За пять минут до отправления Лина лично проверила все уголки. Не верилось ей, что этот забавный здоровяк вот так просто взял и смылся. Чего ему пугаться? Смерти? Так он её никогда не боялся.

Матросы уже отвязывали импровизированный трап, когда он появился на пристани. На Нормане был новый костюм, в руках он держал букет цветов и маленькую коробочку.

Практически вся команда замерла в ожидании. Он что, решил довести шутку с признанием до «конца»?

Даже сама Фронтера спустилась с капитанского мостика на главную палубу. Экс-помощник быстро взобрался по трапу и упал перед женщиной на одно колено, протягивая ей букет.

Коперник уже начинала догадываться, что произойдет дальше, но стояла молча, ожидая продолжения.

- Капитан Фронтера… Анна, я прошу вас стать моей законной супругой, беру в свидетели моего предложения команду корабля и прошу принять это кольцо в знак моей верности и преданности с этого момента и до конца дней…

От звенящей тишины закладывало уши. Лина скрестила пальцы, у неё в голове раздалась барабанная дробь, и…

Анна улыбнулась, взяла букет, осмотрелась, чтобы убедиться в том, что все собрались, и отправилась наверх, на капитанский мостик, под удивлённые взгляды команды:

- Если мы оба выживем в предстоящей мясорубке, я… я подумаю.

---

Норман напоминал обиженную маленькую девочку. Лина прекрасно его понимала. Ведь он-то по-настоящему любил Фронтеру. И дело совсем не в споре и дурацких порядках на корабле. А она… Она поступила весьма странно. Хотя, так же просто было понять 42-летнюю женщину, потерявшую всю свою семью. Она боится к кому-то привыкать. Слишком велик шанс того, что парень погибнет в одной из стычек. Да и сама Фронтера далеко не бессмертна.

Да и поверить в то, что молодой пират будет с ней всю жизнь… ну, или хотя бы лет десять… В общем, слишком много «но» и «если» для одной романтической истории.

Разница в возрасте? Конечно, Анна полностью поседела, но не от возраста. С Норманом их разделяло всего-то пять лет. Это не так много, чтобы как-то влиять на обстоятельства.

– Ну, блин… Я перед всей командой, как дурак… В костюме, на коленях. Цветы купил, кольцо…

Коперник погладила помощника по лысой голове:

- Она же не сказала «нет». Вдруг у вас всё получится? Ты, главное, раньше времени не переживай. Наша задача сейчас – не помереть во время этого похода. А то не светит тебе никакая свадьба.

---

Лина обходила «владения», изучая, что всё хорошо работает, и готово к предстоящему бою. Что кораблю суждено нарваться на противников уже в ближайшее время, сомнений не оставалось. До границы километров десять-пятнадцать. Там наверняка заметят здоровенную махину, бороздящую небесные просторы. Остальные корабли отстали минут на двадцать. Так что оставалось рассчитывать только на себя и точность пушек, собранных по её чертежам. К счастью, они хотя бы стреляли. Коперник велела это проверить сразу же, как орудия изготовили. Как она запомнила их чертежи? Просто «История вооружений: полный курс» висела у неё в коммуникаторе. Книга была прочитана раз сорок от корки до корки.

Картинки с пушками, пулемётами и прочими орудиями уничтожения сохранились у неё в памяти намного лучше, чем, к примеру, курс террианской географии. Впрочем, после того, как людей с Терра-1 выселили под предлогом «конца света», эти знания не имели никакой ценности.

Коперник заметно скучала. Ей надоело ждать, когда каким-то воякам захочется пострелять с земли, или такого же «летуна» и нарваться на ответный огонь. Не то, чтобы она была кровожадной, просто за время полётов с Алисой её начало несколько напрягать отсутствие какого-либо оружия для защиты от желающих их ограбить, или отправить в мир иной. Сейчас на поясе висел пистолет, из которого она, с горем пополам, научилась метко стрелять. Местное оружие было до жути косым, и пока пристреляешься… Да ещё и звук издавало такой, что можно запросто оглохнуть.

В носовой части летучего корабля находилась поворотная платформа с двадцатимиллиметровой пушкой, которая отлично подходила для роли стационарной зенитки. Именно эта штуковина больше всего привлекала Лину. Ей до жути хотелось пострелять по каким-то вражеским аппаратам. Если только они окажутся в зоне поражения. Только вот дадут ли это сделать? Ведь на корабле были стрелки, которым Анна в этом плане доверяла куда больше, чем девочке, пусть и толковой.

Небо понемногу затягивало серыми тучами. Становилось прохладно, и Коперник куталась в подобранную по пути холщевую накидку. Капитан спустилась к ней, держа в руке старинную подзорную трубу в красивом кожаном чехле.

- Скучаешь? – Фронтера ободрительно потрепала старпома за белокурые волосы, которые успели изрядно вымазаться в угле, мазуте и прочей дряни, - Ничего, скоро начнётся кровавая мясорубка, после которой, если выживешь, подумаешь о том, действительно ли хочешь остаться. Не все выдерживают. Когда мимо тебя пролетают кишки твоего товарища, а кто-то ползет без ноги, протягивая к тебе окровавленные ладони… Не все могут просто работать и жить дальше.

- Но вы же смогли?

Анна кивнула, - Смогла. Потому что привыкла к боли и потерям. Нет, не могу сказать, что мне всё равно. Эти алкаши и тунеядцы – моя семья. Я их по-своему люблю. Но, когда кто-то из них отправляется в мир иной, не происходит ничего такого, что выбило бы меня из колеи. Ибо, если это произойдет, начнется хаос и погибнут все. Был у меня когда-то экипаж. Во время одного боя выжил всего один человек кроме меня. Капитан, который отдал приказ обстрелять нас из тяжелых орудий, когда их корабль поравнялся с нашим, подмигнул мне, поднял бокал вина и сказал «Ваше здоровье». Я была ранена в правую руку, и не могла стрелять. Мой предыдущий старпом валялся едва живой рядом. Воя от бессильной злобы, смотрела я, как этот наглый ублюдок уплывает в облака, со своей мерзкой, ехидной улыбочкой. Эх, если бы я снова его встретила… Боевое судно под названием «Maraṇaṁ».

Лина задумалась:

- А что это значит?

Анна улыбнулась, но глаза её оставались грустными, - Смерть. На одном редком языке.

---

Sometimes better to fall than never fly. Oscar Wilde

Лина и Анна сейчас напоминали мать и дочь. Они что-то обсуждали, стоя на мостике, обменивались шутками, посмеивались над косяками членов экипажа. Вместе им было по-настоящему хорошо. Обе ощущали давно забытое чувство душевного комфорта.

Идиллическую картину прервал шум самолётных двигателей. Навстречу летели четыре аэроплана. На вид они не представляли особой угрозы. Но Коперник отлично понимала, что на каждом из них стоит, как минимум, пулемёт. Это не говоря уже про авиапушки и прочие сюрпризы.

Всё произошло слишком быстро. Самолёты пронеслись над головами, осыпая палубу градом пуль и оставляя рваные раны в материале баллона. Корабль начал крениться, и народ приготовился к худшему. Они просто не успевали надеть парашюты.

Лина рванула на себе кулон с заветным шариком, полным золотистого песка:

- Я очень надеюсь на то, что ты что-то сделал. Иначе сейчас вся команда превратится в фарш, вперемешку с опилками и кусками искореженного металла.

В ответ раздался ехидный смех, который девушку насторожил. От этого библиотекаря – психа можно ожидать чего угодно. К слову, своё имя он так и не назвал.

До земли оставалось метров четыреста, когда корабль начал выравниваться.

- Стабилизаторы я поставил. Причём, намного надёжнее, чем у вашего «Эксперта» были.

Казалось, что голос Дирижера звучал не в ушах, а прямо в голове. Но это вряд ли имело значение сейчас. Чёртовы лётчики поняли, что враг не намерен разбиваться. Они заложили вираж, чтобы ещё раз проутюжить корабль из пушек и пулемётов.

Видя, что стрелок сильно ударился и явно не в состоянии вести огонь из «зенитки», Коперник побежала в носовую часть. Она навелась туда, откуда, по её подсчётам, должны появиться самолёты противника.

Их больше. Лётчики попытаются навязать свои правила боя. Учитывая размеры и неповоротливость корабля, уворот невозможен.

– Поднять бортовые щиты, - рявкнула Фронтера, которая сама успела хорошенько приложиться головой о дубовые доски.

Потрёпанная, но пока что целая, команда занялась вопросами защиты судна. Щиты подняли, орудия подготовили к бою. Лину на зенитке никто трогать не решился. Сама же капитан смотрела сквозь подзорную трубу в том же направлении, куда сейчас целилась Лина.

– Ничего не понимаю… Где они? – в недоумении пробормотала Коперник. Она понимала, что эти засранцы так просто не оставят корабль в покое. Они либо выше, либо ниже. Чёртова облачность не позволяла нормально проверить догадки. А стрелять по тучам наугад, тратя боеприпасы – идея не самая лучшая.

Фронтера, кажется, сообразила, что если у них под днищем окажется эскадрилья летучих стрельцов, то можно прощаться с последними надеждами, хотя бы, долететь до места не по частям. Она прикидывала, что делать, если самолёты будут атаковать снизу. На подобные ситуации корабль не был рассчитан. Дно у него цельное, обшитое листовой нержавейкой поверх досок.

Когда Лина услышала гул самолётов, она даже обрадовалась. Нет, не тому, что на корабль снова напали, а тому, что враг оказался выше. Первые два самолёта показались в зоне видимости. Лина прикусила губу и подумала, как жаль, что нет затычек для ушей…

Звук работы орудия оказался столь громким и оглушающим, что Коперник прокляла тот день, когда решила его поставить, а заодно и тот миг, в который подумала, что этой работой стоит заняться самостоятельно, не дожидаясь, пока стрелок выйдет из нокдауна.

Очередь прорезала брюхо «этажерки», но, к сожалению, до того, как пилот успел нажать на гашетку. Если бы он заходил с одного из бортов, экипаж бы прикрыли щиты. Но, не срослось… Итог – один труп и двое тяжелораненых матроса на палубе.

Подбитый самолёт развалился в воздухе, и, догорая, упал на землю. Парашют, судя по всему, у вражеской стороны успехом не пользовался.

Лина понимала, что сейчас многое зависит именно от её точности и реакции. Потому что бортовые орудия рассчитаны на корабельный бой, а не отстрел быстрых самолётов.

Лётчики, явно понимающие, что по флангам у них шансов нет, стремились зайти сверху и снизу. Зенитка была не настолько поворотливой, чтобы эффективно удерживать сразу несколько целей, мешая им зайти под днище судна.

– Не волнуйся, про нижнюю часть я позаботился, - прозвучал в голове голос Дирижера.

Что именно сделал библиотекарь, и что произошло под кораблём, история умалчивает, но незадачливый лётчик, успевший поднырнуть под судно до того, как Лина успела выстрелить, пожалел о своём выборе. От него, как и от аэроплана, осталось лишь облачко из частиц пепла.

Тем временем под щитами, из спонсонов, прозвучал первый залп. Нет, это были не 30-мм орудия, а гораздо более неприятная штуковина – магнитная сеть, которая опутала следующий самолёт, который таки прошёлся вдоль борта, надеясь на превосходство в скорости.

Как результат – полное обездвиживание из-за клина винтов, и падение вслед за двумя товарищами.

Всё бы хорошо. Да только со стороны земли прилетела хорошая порция металла. Там тоже заметили вторжение, и решили встретить гостей со всем радушием. Первый заряд проломил днище, из-за чего в нём образовалась полуметровая брешь.

- Так, всё. Надоела мне конспирация… - Библиотекарь явно устал от происходящего. Потому что воплотился прямо перед Линой и тут же корабль окутал кокон силовых щитов. Залпы наземных батарей уже не причиняли никакого вреда. Только вот и стрелять сквозь защиту Коперник не могла.

В хвостовой части разложилась непонятная конструкция. От неё шел гул, как от небольшой электростанции. На вид она напоминала объёмную букву «Т», высотой около двух метров.

- Это ещё что? Только не говори, что ты двигатель присобачил новый, - охнула от удивления Лина.

– Ладно, промолчу, - усмехнулся Дирижер. Он, похоже, решил взять ход боя в свои руки. Корабль менялся на глазах. Фронтера, стоявшая на мостике, уже перестала понимать, что происходит. Это уже не говоря о том, что посреди палубы появился новый пассажир странной наружности.

Судно теперь имело более обтекаемую форму, по всему корпусу его покрывала серебристая пленка, на поверхности которой были различимы сегменты в форме сот.

По бортам появились небольшие пилоны, в которых находились орудия, чья конструкция Лине знакомой не показалась. Ни у одной из известных ей рас Совета таких точно не устанавливали на боевые суда.

Понадобилось менее двух минут, чтобы корабль в автономном режиме разобрался со всеми, кто пытался его обстреливать. В шоке были все – Фронтера, Лина, экипаж. Только Дирижер, довольный собой, стоял в центре верхней палубы, рассматривая, как горящие обломки падают на пустошь под ними. Орудия противовоздушной обороны, чьи залпы повредили днище, удалось подавить ещё быстрее. Они ведь были стационарными, и увернуться от залпов тяжелых разрядников не могли.

---

- Не желаешь ли мне объяснить, что только что произошло, и кто этот наш «гость»? - спросила Анна, показывая кивком в сторону библиотекаря.

Коперник только сейчас осознала, что не только спасла корабль с его помощью, но и создала себе массу проблем, включая необходимость отвечать на неудобные вопросы.

Спас её сам зачинщик. Ему хватило ума не сказать, кто он на самом деле. Потому что они сейчас выполняли приказ Черного ордена, который существует только потому, что кто-то ненавидит Дирижеров за их вмешательство в жизнь людей.

Он подошел к Фронтере и протянул ей руку, - Госпожа капитан… Я прошу искренне прощения за такую самодеятельность. По просьбе моей давней подруги Ангелины я внес некоторые изменения в конструкцию судна. Немного не рассчитал с количеством этих самых изменений… Если вам не…

Фронтера остановила его:

- Помолчите. С вами обсудим потом. Лина, вопрос был к тебе. Почему я ни о чём не знала? Думаешь, что не одобрила бы?

Девушка теребила локон, обдумывая, что ответить. Наконец, она поняла, что скрывать правду больше не в силах.

– Анна… Капитан Фронтера… Я из будущего. С одной из планет, колонизированной людьми. Сюда попала случайно. А вам просто решила помочь, понимая, что у нас могут быть проблемы в бою, учитывая устаревшую конструкцию и вооружение судна. Вот, его попросила всё переделать.

В голове капитана промелькнуло несколько мыслей, но она отогнала их. Почти все. Она редко прибегала к насилию в отношении членов команды. Но сейчас эмоции били через край. Фронтера взяла Лину за воротник и потянула к себе в каюту.

– Следить за воздухом! – рявкнула она команде. Те стояли на местах, потому что привычный корабль изменился настолько, что они понятия не имели, что делать дальше.

---

– Черный орден объявил войну соседней стране. Дал разрешение сжигать дотла города и села, которые не сдадутся. Нанял даже пиратов, вроде нас, чтобы получить преимущество в живой силе. А ты притащила сюда это создание, из-за которого второй раз начинается война. Ты понимаешь, какие проблемы у нас могут быть?

Фронтера кинула бутылку в стену и та разбилась на множество мелких осколков.

Лина молчала. Она понимала, что сделала глупость. Но не видела других вариантов, как спасти экипаж.

Не нужно быть провидцем для того, чтобы понять – грабить торговцев и перестреливаться с местными развалюхами несколько проще, чем отправляться на войну. Войну, где тебе в борт может прилететь зажигательный снаряд, или разрядиться наземная батарея ПВО… Это не считая того, что любой дурак мог спокойно сжечь купол, или что еще… По сути, с куполом именно так и вышло. Если бы не стабилизаторы, сейчас все давно догорали внизу.

Это уже понимала и Анна, но стоял вопрос дисциплины.

Культ

Интереснейший факт всплыл во время разговора. Лина, которая была здесь гостем, о нём попросту не знала, а Дирижер, потерявший связь с собратьями, не получил информацию и был несколько ошарашен.

Черный орден, по сути, управляющий страной и собравший армию и флот, ненавидел творцов человечества. Ненавидел столь сильно, что готов был уничтожить всякую память о них.

Эта организация, позиционирующая себя в качестве духовно-просветительской миссии, состояла из прежних служителей культов. Они, после явления Дирижеров, остались не у дел. Но, каждый раз, когда происходило что-то плохое, эти люди получали дополнительные козыри.

Собрав некоторое количество последователей, культисты создали орден. Истинного его названия никто не знал, потому все называли просто черным, имея в виду одеяния его членов.

Фактически, эта организация состояла из двух частей. Длань – религиозная, занимающаяся пропагандой и Возмездие – военизированные отряды. Когда силы внутри страны были собраны, Черный орден, насилием, подкупом и обманом захватил власть. Они не стали занимать правительственные посты. На них остались верные, завербованные и одураченные люди – исполнители. Но даже простой народ понимал, что служители культа представляют реальную власть.

Около десяти лет понадобилось для того, чтобы пропаганда сработала. Практически всё население поверило в то, что виновники их бед – злобные Дирижеры. Теперь оставалось убедить народ в том, что нужно объединить страну в войне с приспешниками врага. На это ушло чуть меньше времени и чуть больше денег. Но, когда в твоих руках ресурсы немаленького государства, дело идёт намного легче.

Понимая, что армия страны вряд ли потянет такую миссию, и зная, что разрозненные сведения о противнике и его военной мощи не позволяют составить объективный план наступательной операции, они пустились на хитрость. В авангарде шли наёмники – бывшие военные, простые пираты, другие головорезы, и искатели быстрой наживы. Их вычеркнули из списков розыска, наделили гражданскими правами и разрешили творить всё, что те пожелают, при пересечении границы соседнего государства. Во-первых, вторжение наёмников не расценивалось, как война. Во-вторых, так можно было прощупать оборону противника.

Наивно? Глупо? Но, что можно было ожидать от людей, не имевших никакого отношения к армии? С другой стороны, они решали еще одну проблему государства – очищали его от нескольких тысяч преступников, в том числе убийц. Когда гибнут бандиты, народ не требует твоего свержения.

В это время, более «продвинутые» люди в Длани направили агентов к соседям, чтобы получить данные о готовности армии к теоретическому вторжению извне. Самонадеянность некоторых религиозных лидеров их откровенно раздражала. Потому что фанатизм в войне – не помощник.

Длань успела разделиться на три лагеря – умеренный, фанатичный и небольшую группу наиболее образованных, считавших, что без нормально подготовленной операции, действий разведки и военных разработок война выглядит, как акт суицида.

Так вот, никто из нынешних представителей Ордена понятия не имел, как выглядят Дирижеры, что с ними делать, можно ли тех уничтожить. Вся их идеология строилась на старом добром принципе – изжить чужих богов из разума людей и насадить свои принципы. Попутно предполагалось подорвать экономику и военную мощь соседнего государства.

Искренняя вера в то, что творцы человечества не вмешаются в бойню – единственный фактор, позволяющий учинить это безобразие межгосударственных масштабов.

Библиотекарь оказался на судне людей, нанятых для истребления всего, что связано с его видом. Конечно, никто из присутствующих не мог причинить ему никакого вреда, но они могли навредить Лине. Просто потому, что она его друг.

Впервые он задумался о том, что начал понимать, что такое дружба, привязанность. Ох уж эти человеческие штуки… Они заразнее любых болезней. Ведь совсем недавно он думал лишь о том, как собрать побольше знаний со всех концов вселенной… Впрочем, кого он обманывает? Его задолбало сидение в архиве. Так, что хотелось сбежать куда подальше. Потому, побег с девчонками для него был не столько спасением от Судей, сколько бегством от однообразия.

---

Боцман ломился в дверь капитанской каюты так, словно самого черта увидел. Фронтера, разлепив веки, еле сползла с постели и дошла к двери в пижаме. Ей сейчас было совершенно начхать, что надо негодяю, отнявшему несколько часов сна.

– Мэм, капитан… Там какая-то неведомая хренотень высотой до неба! Черная, как из тумана. Огромная!

От этих слов Анну прошиб холодный пот:

- Разворачивайте корабль! Меняем курс! Быстро!

Боцман недоумённо уставился на неё, хлопая глазами.

– Чего смотришь? А… дебилы… - взвыла капитан, оттолкнула подчиненного и побежала наверх. Там собрались матросы, обсуждая, что за дрянь у них прямо по курсу.

– Столпы тьмы. Если нас туда затянет, назад пути нет, - пояснила Фронтера.

Лина, Норман и библиотекарь тоже смотрели на невиданное зрелище. Около двухсот метров в диаметре, столбы черно-серого дыма вырывались из земли, устремляясь в небо. Где они заканчивались? В стратосфере, а может, уходили в космос?

Коперник посмотрела на Дирижера, - Что это?

Тот, впервые в жизни, понятия не имел, какое явление природы наблюдает. Ничего подобного в архивах не было.

Из столба вырывались молнии. Чем ближе подходил корабль, тем сильнее, громче становился гул, переходящий в вой. От него начинала болеть голова, закладывало уши.

- Да что ж вы все стоите? – вопила Анна. Она побежала на мостик и попыталась развернуть корабль. Но махина на всех парах неслась навстречу погибели. Неведомые силы тянули её, не позволяя сдвинуться хотя бы на градус в сторону.

Дирижер понял, что начинаются проблемы. Он закрыл судно коконом и включил основные двигатели. Их мощности хватило только на то, чтобы отклониться немного левее. Какая же невероятная сила двигала этим странным ураганом? Ведь система, которую библиотекарь установил, способна даже в космос корабль вывести. Если бы не защитный кожух, сейчас бы их уже давно затащило внутрь и разнесло в щепки…

По борту прошла вибрация. За ней еще несколько волн разной мощности. Хотя материал, выбранный для обшивки, мог выдержать большинство видов механических воздействий, эта явно причиняла ему ощутимый ущерб. Внешний слой начинал осыпаться.

Дирижер решил проверить свои догадки и оказался прав – соединительные связи вещества разрушались. Если эта мерзость доберётся до людей, кто знает, что произойдет.

Его разум работал в разы быстрее человеческого. Потому, в следующий миг людей на борту ослепил яркий свет.

– Успел… - сказал он и в его собственных глазах свет померк.

Шёпот теней

Лина отряхнулась, сбрасывая с себя листья и комья сырой земли. Они, судя по всему, оказались прямо в эпицентре этого странного столба, или столпа, как его назвала Анна. Кстати, куда делась капитан и где все остальные, девушка не успела заметить.

Дирижер лежал на земле рядом с ней. По его виду было заметно, что на мягкую посадку ему пришлось потратить изрядную часть своих сил. Он не без труда приподнял голову.

– Я сделал всё, что смог. Люди не разбились, но где они, я понятия не имею.

Лина сидела, обхватив колени руками, и готова была разреветься, словно маленькая девочка. В

Никогда ещё они не были так близки к провалу. Развалить корабль о какую-то непонятную хрень… Лина едва не плакала.

Серо-черные тени, голоса, зловещая атмосфера? Нет, это Коперник сейчас пугало меньше всего. Полетав с Алисой, побывав в десятке передряг, после бойни на Терре-1, она вряд ли бы завизжала от ужаса, даже увидев здесь огромного монстра.

Вот, что девушку по-настоящему пугало, так это мысль, что Анна и экипаж могли погибнуть от рук/лап/зубов местной живности, или что оно там водится в этих столпах. Не зря же капитан говорил, что отсюда не возвращаются.

Наконец Коперник не выдержала. Её психика, после всего пережитого, начала давать сбои. Девушка побежала вперёд, куда глаза глядят. Дирижер едва успел сообразить, что произошло.

Пыл Лины закончился минут через пятнадцать. Всё-таки с тех пор, как она сдавала курс выживания, штурман расслабилась, набрала пару килограммов и отвыкла от физических нагрузок. Если бы не служба на корабле, она и вовсе превратилась в гламурную барышню, способную исключительно на шопинг и светские беседы.

Воздух нагревался, и, как казалось самой Лине, немного пузырился. Хотя этот эффект можно было смело списать на воздействие температуры на её организм. Минуты через две ей пришлось раздеться до майки, потому что жара стояла, как в парилке. Дирижер, который температуру не ощущал, проблем не испытывал, но уже начинал волноваться за здоровье спутницы.

Клубы черного дыма сгущались вокруг заблудившихся путников. Шорохи и шипение становились всё громче. Но Лина этого уже не слышала. Нет, она не отключилась в очередной раз. Но в голове так стучало из-за «перегрева всех систем», что девушка была не в состоянии прислушиваться к звукам вокруг.

Вот тут и случилось самое странное. Отключился Дирижер. Хотя сам он предполагал, что это фактически невозможно. Тем не менее, каждая его частичка, словно лампочка в старом холодильнике, моргнула, погасла и включилась вновь.

---

Волна холода окатила Коперник так же неожиданно, как и жар. Она тяжело вдохнула, едва справляясь с перегрузками, к которым явно не был готов организм.

– Какая вкуссссная девочччка… - прошептал кто-то совсем рядом.

– Кто вы?! Что вам от меня нужно? – в ужасе закричала Лина. Она не знала, действительно ли слышит голоса или это плод её фантазии, галлюцинации, специфические эффекты здешней местности.

Вдруг что-то холодное и скользкое коснулось босой щиколотки. Она взвизгнула и поджала ноги под себя. Совсем рядом проползло что-то, скрытое дымкой.

Дирижер наконец-то пришел в себя. Точнее ощутил контроль над каждой своей частицей. Он окинул взором окрестности, пытаясь понять, кому или чему принадлежал голос.

Лина повторила вопрос:

- Кто вы такие?

– Мы хаоссс… Мы ужасс… Мы сама тьма… – голос отдавался у неё в голове, заставляя верить в собственное безумие.

Но вот на библиотекаря эти фокусы с психологическим давлением не действовали. Он хлопнул в ладоши и дымка рассеялась. Перед затерянными во мраке путниками предстали две удивленные змеи метра по два длиной. Они переглянулись между собой, совсем по-человечески и зашипели на золотого человека.

- Уму непостижимо, как вот вы только додумались до такого? Это же диво дивное. Змеи, которые возомнили себя корнем зла, властелинами тьмы и едва ли ни божествами хаоса в одном лице. Вы когда в последний раз на улицу выбирались? Какой век на дворе в курсе? Астрономию учили? Космос, звёзды, древние цивилизации, что творят целые миры… Нет? Не слышали? Тогда захлопните свои пасти зубастые, и послушайте умную вещь. У вас есть пять минут на то, чтобы свалить в любом направлении, убрать эту вашу теневую дрянь, и не мешать свободному перемещению людей. Если вам не понятно, почему это стоит сделать, я могу на одном из вас поставить небольшой эксперимент по расщеплению на энергию и информацию. Энергию я поглощу, а все данные отправлю в свой маленький внутренний архив.

Змеи после этой тирады подвисли и вновь посмотрели друг на друга. Они чувствовали, что выпить энергию этого странного человека им не под силу. Более того, никого подобного они за всю свою жизнь не встречали и понятия не имели, что делать с ним.

Лина поняла, что надо подыграть «напарнику»:

– Ага, ребята, вы вообще, чем занимаетесь? Вот так просиживаете тут вечность? Никакого развития, знакомств, дружбы. У вас хобби какое-нибудь есть?

Змея пожирнее вышла из зависания и уставилась на наглую блондинку:

- Кто?

Лина рассмеялась и погладила странное создание по голове:

- Глупенькая змейка. Хобби, это такое любимое занятие. Кто-то высаживает цветы красиво, кому-то нравится собирать старинные вещи. Или, например, делают поделки забавные из простых подручных материалов. А… ну да, у вас рук нет. Но я уверена, что-то можно придумать.

На этой фразе творения тьмы и хаоса вовсе растерялись. Что с ними только ни случалось, но к такому их жизнь точно не готовила.

Размышления на тему «куда катится мир» прервала странная беловолосая девочка. Она схватила толстую змею в охапку, прижала к себе и от души обняла. Так, что у пресмыкающегося чуть глаза из орбит не вылезли.

– Я вас заберу отсюда, правда. Вы будете жить у нас на корабле. Ой…- осеклась она, – Корабль-то об ваш облачный ураган разбился…

Дирижер устал наблюдать эту комедию. К тому же, он хорошо слышал, что к месту их аварийного приземления кто-то очень быстро направляется.

Потому он решил не ждать очередных проблем и кинул защиту на Лину. Правда, получилось совсем не так, как он планировал. В коконе очутилась не только Коперник, но и две ошарашенных теневых змеи.

***

Сколько прошло времени с того момента, как Анна оказалась на пропитанной кровью траве? Час? Пять? Кто знает... В этом странном месте творилась такая чертовщина, что даже бог времени Хронос обходил его стороной. Впрочем, в богов Фронтера не верила, как и в чертей.

Только вот, по словам некоторых адептов Черного ордена, в последние несколько лет даже самые отчаянные скептики начали сомневаться в своих убеждениях.

Появление столпов тьмы послужило причиной нескольких больших сборов. Собрались не только теологи всех мастей, но и приглашенные со стороны специалисты, в большей степени связанные с наукой, чем с религией. Но даже они, несмотря на ученые степени, не могли дать вразумительного ответа на вопрос, что происходит на старой Земле. Потому появлялось всё больше тех, кто говорил о каре, которую Творец послал людям за то, что они забыли о нём.

Конечно, если бы хоть кто-то из них занялся всерьез исследованиями и получил определенные результаты, они бы поняли, что никакой нечистой силой там и не пахнет. Но человеку фанатичному весьма непросто объяснить, что такое пространственно-временная аномалия, или сдвиг пластов. А о том, что помимо нашей, земной фауны существует множество тварей из других миров, лучше не упоминать. Потому что вспомнят старые времена и сожгут на костре под радостные возгласы толпы.

Еще бы - жечь еретиков, это давняя народная традиция. Посмотреть на представление собираются целыми семьями. Если событие происходит в большом городе, то на площади не протолкнуться, столько приходит желающих взглянуть на торжество справедливости.

В последние несколько веков никто никого не жег. По крайней мере, прилюдно. Но в стране, где к власти пришли религиозные фундаменталисты всех мастей, можно ожидать чего угодно..

Фронтера никогда не говорила вслух, что думает по этому поводу. Правительство, которое из преступницы, которой грозило тридцать лет тюрьмы, сделало её "крестоносцем", капитана вполне устраивало. Она сейчас чувствовала себя Фрэнсисом Дрейком на службе Её Величества. Только вместо британской короны кучка полоумных, считающих, что нужно срочно захватить соседнюю страну "грешников". Некоторые из них всерьез верили в то, что столпы тьмы появились только потому, что через границу народ верит, во что хочет.

Им и в голову не приходил тот факт, что Первичному, которого можно было условно назвать Творцом, в которого эти люди верили, было совершенно не до этих событий. Он исчез из нашей реальности, громко хлопнув дверью, и предоставив своим детям/творениям/рабам (или как они себя называли) полную свободу действий. Во всяком случае, пока что.

Фронтера осмотрела себя. Как для падения с неба, она выглядела неплохо. Каким чудом ей удалось выжить? Где остальные? Живы ли они? Вопросов насобиралось куда больше, чем ответов. Как капитан, она ощущала ответственность за доверившихся ей людей.

Оглядев местность и не найдя взглядом ничего и никого, Анна пришла к выходу, что команду разбросало по окрестностям. Поодиночке они здесь никак не выживут. Оставалось лишь надеяться на то, что матросов и Лину никто не сожрал за то время, что их босс лежала в отключке.

Короли леса

Лина в компании говорящих пресмыкающихся и взволнованного обстоятельствами Дирижера, очутилась на небольшой поляне, практически в центре столпа тьмы. Сюда проникало куда больше солнечных лучей, благодаря чему можно было разглядеть не только два метра вокруг себя, но и какие-то ближайшие окрестности.

Местность представляла собой лес, состоящий, по большей части, из старых сосен, среди которых затесалось несколько маленьких ёлочек. Выглядела местная растительность менее феерично, чем та, что росла на «лисьей» версии Терры.

Вполне себе привычные деревца, только с черными наростами на коре. Видимо, на всё, что здесь обитает, столп влияет особым образом. Взять хотя бы этих двух змеек. Мало того, что вымахали до нереальных размеров, так еще и разумом обзавелись. Хотя, кто знает, вдруг это всё – галлюцинации? Единственное, что убеждало в реальности происходящего – тот факт, что библиотекарь наблюдал ту же картину, что и Лина. А его «глючить» не может. Ведь у этого парня, как бы смешно это ни звучало, мозг напрочь отсутствовал.

Коперник потрогала черную вязкую массу, облепившую ствол одного из деревьев. Она была вязкой, липкой, похожей на нефть. Невольно вспомнился судья Тиам. Словно это его размазали по всему лесу неровным слоем. Лина отогнала от себя эту мысль. Да и она с трудом представляла силу, способную утворить нечто подобное с могущественным поглотителем.

К слову о Тиаме… Им с Алисой предстояло найти артефакт. А они, пока что, даже друг друга не смогли отыскать. Не самый оптимистичный расклад, учитывая, что от этого зависит сейчас судьба Дирижеров, а возможно, всего мира. Немного жутко, когда твои поступки влияют на жизнь тех, кого ты даже никогда не видела.

Для начала требуется найти Анну и остальных членов команды. Вместе у них куда больше шансов выбраться из этого места.

Коперник с удовлетворением обнаружила, что её пистолет по-прежнему висит на поясе, как и мешочек с зарядами. Это придавало какую-то уверенность. Конечно, присутствие рядом почти всемогущего Дирижера являлось куда более убедительным, но Лине жутко не хватало личного оружия всё то время, что она летала на Эксперте.

Если они выберутся из этой передряги, пистолет надо оставить себе. Будет пугать пиратов и рассказывать, что это жуткий расщепитель материи из другой галактики. Тупоголовым лаккианским громилам вряд ли удастся понять, что такое огнестрел начала 20 века.

Девушка представила, как она угрожает двухметровым накачанным мужикам, обвешанным бронёй и оружием. Картина ей понравилась.

Размышления и мечты прервала одна из змей:

- Эй, вы куда нас притащили?

Библиотекарь сам не имел понятия, где находится. Его органы чувств здесь работали не так, как обычно. Потому он мог лишь перемещаться в пределах заданных координат. В данном случае – к центру объекта.

Лина задумалась на минутку и выдала:

- В относительной безопасности.

Толстая змея чуть не подавилась собственным языком:

- Девочка, ты в своём уме? Здесь даже мы не в безопасссности! За каждым куссстом прячется кто-то, думающий только о еде. Потому не мели чушшшь!

Дирижер, постоянно прослушивающий и проверяющий на вибрации местность, был согласен с утверждением. Он чувствовал присутствие огромного количества живых и не очень существ. Каждое могло представлять реальную угрозу жизни человека. Даже с его способностями не было никакой гарантии, что Лина не пострадает.

– А вы тут все такие? – уточнила девушка у разговорчивой змеюки.

– Какие «такие»?

– Говорящие и разумные, - пояснила Коперник.

Змеи переглянулись, и тощая ответила вопросом на вопрос, - А вы все такие глупые, или ты уникальна?

Толстая недовольно прошипела, - Приперлисссь тут… Теперь у нас будут проблемы. Лес заражен. Здесссь у каждого зверя, птицы, гада ползучего одна цель – пожирать жизненную сссилу тех, кто сссюда попадает. Если мы не будем этого делать, то просссто умрём. Так что либо мы убиваем, либо сссами прощаемссся с жизнями.

Дирижер с интересом выслушал объяснения. Ему не верилось в то, что подобное происходит само по себе. У любого такого процесса должна быть причина, а может и «организатор». Оставалось лишь выяснить, кто это делает, как и для чего.

– Кто этим руководит? – спросил библиотекарь у разговорчивой змеи.

– Откуда нам знать? Мы сссовсем недавно просто ползали и жрали мышей, птенцов из гнёз тассскали. А теперь вот так…

Толстую змею явно не радовала новая реальность. Хотя она и была прирожденным хищником, раньше было явно проще.

Тощая заволновалась:

– Нельзя тут ссстоять… Придут… сссъедят… Всссех.

– Кто придёт, - переспросила Лина, доставая из кобуры оружие.

Ответила толстая змеюка. Она была поумнее и гораздо общительнее. Во всяком случае, так казалось со стороны:

– Тут есссть вожаки. Они ссспорят за каждый метр земли. Влияние – еда. Еда – жизнь. Сссамый опасссный – король пауков. Я бы ссс ним не сталкивалссся…

***

Фронтере казалось, что она идет целый час. Но картина вокруг никак не менялась. Заросли старых деревьев, облепленных какой-то черной жижей. Запах… она вообще не могла понять, есть ли здесь запахи. Словно всё в этом лесу было ненастоящее. Наконец, она увидела тропинку, расширяющуюся впереди, и ведущую к освещенному месту. Пройдя с десяток метров, Анна почувствовала, что ей что-то мешает. Взглянув под ноги, капитан поняла, что наступила на что-то белое и липкое, напоминающее паутину.

Раздался свист, и она оказалась в воздухе, пойманная в расставленную ловушку.

- Эй, что за шуточки, отпустите меня, чёрт вас подери, - орала Фронтера, пытаясь дотянуться рукой до ножа на поясе. Но сеть из паутины не позволяла ей шевелиться. Еще противнее было то, что склеились волосы, прилипли к лицу. Хорошо, что хоть дышать она еще могла.

Если это настоящая паутина, то каких же габаритов местные пауки… К тому же, вряд ли они вегетарианцы. Она вновь попыталась высвободить руку, но поняла, что только теряет силы.

Пока она дёргалась, нить, удерживающая ловушку над землёй, начала опускать пленницу вниз. Когда до земли оставалось метра два, глаза Анны встретились с глазами её пленителя. С двумя из восьми…

Закон четырёх

Фронтера всегда подозревала, что монстры должны жутко пахнуть. Но чтобы так… Если бы это был запах разложения или яда, стекающего с его хелицер, она бы еще поняла. Но всё было гораздо хуже. Резкий запах, исходящий от паука, более всего напоминал самый дешёвый мужской одеколон, какой только можно себе представить. Даже от Нормана после рабочего дня пахло лучше…

Стараясь не дышать носом, капитан попыталась расслабиться, чтобы, когда её освободят от клейких пут, иметь достаточно сил на последний бой. Она сейчас не тешила себя иллюзиями о победе. Ведь там, впереди, её ждала встреча с соплеменниками этого восьмиглазого.

Пистолет не заряжен. Ножом она всех явно не перережет. В особенности, если их там толпа. Да и не факт, что ей кто-то даст шанс.

Пока её несли, Анна представляла, как там, в глубине лесной чащи, разводят костёр, в котором её будут варить. С кореньями, местными специями, под танцы шамана-паука и шорох листвы.

Прошло минут десять, возможно, немного больше, прежде, чем паук остановился. Он что-то тихо прошептал… Анна была уверена в том, что говорило существо на человеческом языке. Как такое возможно?

Мешок из паутины, вместе с леди-капитан, упал на землю. Ощущения не из приятных, но что поделаешь, коль попался в плен. Остаётся лишь надеяться на быструю и не слишком мучительную смерть.

Сквозь паутину можно было разглядеть, что притащили её на очищенную от всего, включая траву, поляну. По периметру участок выложили большими камнями, а в центре стояли несколько человек. Отсюда Анна не смогла разглядеть, кто именно это был.

Чуть поодаль бегали такие же паукообразные существа, как тот, что притащил её в это странное место. Запах паршивого одеколона стоял такой, что начинали слезиться глаза.

Сидя на земле, и всматриваясь в «человека-паука», Фронтера начинала понимать, что он всё-таки больше человек. Пусть и с отростками дополнительных конечностей, страшным лицом, четырьмя парами жутких глаз, но прямоходячий, с двумя ногами, пальцами на «основных» руках и даже с ногтями.

Пауки о чём-то переговаривались между собой. Фразы, хоть и отрывочные, долетавшие до ушей пленницы, говорили о том, что местные удивлены «наплывом» людей в их местности, и пока что думают над дальнейшей судьбой пришельцев.

Один из паукообразных, видимо, обладающий некой властью, приказал приволочь Анну к нему поближе.

С её голову сняли клейкую паутину. С каким же трудом она отклеивалась от длинных волос… Было больно, но капитан не привыкла жаловаться на такие вещи. Она сцепила зубы и мужественно перенесла неприятную процедуру. Ей было даже любопытно пообщаться с этими созданиями. В конце концов, они пока не причинили особого вреда, да и не выглядели слишком уж агрессивными.

Анна сделала глубокий вдох, стараясь не дышать при этом носом. Всё-таки аромат стоял такой, что лучше бы воняло трупами…

Лидер пауков приблизился к пойманной женщине и помог ей встать с колен.

– Меня зовут Тугоррак Кетар Второй. Я вождь этого небольшого племени.

– Анна Фронтера. Можно сказать, тоже вождь. Только вот, моё племя куда-то разбрелось, и я не могу их найти.

Паук-вождь указал рукой в сторону других людей, - Мы нашли ещё четверых, взгляни на них.

Он разрезал паутину, чтобы пленница смогла пройти к остальным. Там стояли Норман, Боцман и еще двое.

- Где остальные? – спросила Анна.

- Мы нашли только их. И все четверо вели себя странно. Пытались напасть, кричали что-то, бросались с ножами. Они ранили нашего следопыта. Потому, пришлось их связать. Вы, судя по всему, не одержимы этим безумием?

Фронтера кивнула, - Не знаю, что с ними случилось. Место у вас тут странное. Я слышала много звуков и голосов, словно кто-то заблудился и зовёт на помощь.

Лидер пауков рассмеялся, - Это не люди. И даже не такие существа, как вы. Лес ожил. И здесь стало опасно жить. Мы не выходим поодиночке. Только следопыты, такие, как Нафарр, принёсший тебя сюда, рискуют. Мы охотники, но не воины. А вокруг появилось столько опасных тварей, что приходится день и ночь охранять свой дом. Теперь еще и такие, как вы вторгаются на наши земли…

В этом монологе капитан удивилась лишь одному слову. Говоря о своём племени, он называл их людьми, в то время, как Анна и её команда для него оставались «существами». Как получилось, что эти паукообразные возомнили себя человечеством?

Задавать этот вопрос Фронтера не стала. Она прекрасно понимала, что так можно запросто оскорбить нейтральных к ней лесных охотников.

- Уважаемый Тугоррак, а как вы оказались здесь? Откуда пришло ваше племя?

Вождь, кажется, не совсем понял вопрос:

– Мы всегда жили в этом лесу. Тысячи тысяч наших предков. Потом пришла Чернота. Она испортила лес. Сделала живое мёртвым, доброе – злым, прекрасное – страшным…

Он показал металлическую пластину, на которой был выгравирован профиль. Он не походил ни на человека, ни на то создание, с кем капитан сейчас общалась.

– Кто это, - спросила женщина.

Тугоррак тяжело вздохнул. Его хелицеры сомкнулись и постукивали, вызывая у Анны не самые приятные ощущения. Наконец паучий король спрятал пластину и указал на небо:

- Оттуда пришли наши предки много-много лун назад. Они были такими. И оставались до прихода Черноты.

- Что такое Чернота? Откуда она взялась?

– Никто не знает. Она всюду. И мы живём в страхе, что однажды тоже сойдём с ума, как и многие здесь. Облик – не главное. Важнее то, что у тебя внутри.

Старый вождь, хоть и внушал страх своим видом, казался мудрым, рассудительным, и совсем не злым. Быть может, в его словах, мыслях, поступках, есть какая-то высшая, недоступная обычным людям мудрость его предков, сошедших с небес, как и её новая подруга Лина.

***

Вечер разговоров закончился незаметно. Анну беспокоила судьба команды. Они сейчас находились в центре лагеря, привязанные к столбу. На вопросы не отвечали, а в глазах застыла злоба. Что случилось с матросами, оставалось только гадать.

Стоянка племени, окруженная камнями и частоколом, неплохо охранялась. Часовые сменяли друг друга каждые два часа. Лагерь сторожили так, словно в любой момент на него могли напасть враги. На вопрос, для чего такие предосторожности, вождь пояснил, что сейчас в лагере много малышей с женщинами, которых нужно охранять. В период, пока дети не достигнуть возраста обучения, лагерь становится наиболее уязвимым.

За последние недели произошло несколько стычек с другими племенами, которых, как оказалось, в здешних краях предостаточно. И пауки из них наиболее миролюбивы.

Капитан прислушалась к звукам леса. Её что-то насторожило. Далёкий гул, ещё слабый, но нарастающий с каждой минутой. Она обратилась к одному из пауков, чтобы тот проверил, в чём дело. Тот дал сигнал часовым, а те – разведчикам. Тугоррак направился к входу в лагерь.

Мимо него пролетел немалых размеров булыжник, и упал где-то в центре лагеря.

- Все к воротам, - крикнул вождь, и десяток пауков, вооруженных копьями, побежали к входу.

Двоих тут же снесло такими же большими камнями, остальные отошли в стороны. Один из часовых упал, сбитый чем-то, не менее тяжелым и массивным.

– Тревога! – закричал другой стражник.

Все, кто был в лагере, взялись за оружие, готовясь к обороне. Они еще не видели, кто на них напал, но уже потеряли нескольких бойцов.

К воротам никто не подходил. Охотники ждали, когда неизвестный враг подберётся ближе, чтобы разглядеть, с кем они имеют дело.

Фронтера зарядила пистолет и прижалась к земле. Перспектива получить камнем по голове её совершенно не прельщала.

В ограждение прилетело что-то, столь увесистое, что часть его просто оказалась на земле, а в образовавшуюся брешь прорвались несколько врагов. Они были одеты в черные накидки, но даже так можно было легко понять, что нападающие изрядно крупнее пауков, массивнее их.

Охотники с копьями бросились на перехват, но были отброшены сильными ударами. Анна прицелилась в одного из уже общих врагов и выстрелила. Раздался дикий рёв раненого зверя. Капюшон накидки упал и Фронтера увидела голову быка с ярко-алыми глазами, полными гнева и боли.

«Только минотавров нам не хватало» - подумала капитан, и быстро перезарядила оружие. Но довершить расправу не успела. Несколько пауков насадили врага на копья, и тот упал на колени, заливая серую траву кровью.

Его товарищи ринулись в бой, дабы отомстить за павшего бойца и начали оттеснять пауков к центру лагеря. Оттуда подходил небольшой отряд воинов, но его явно не было достаточно, чтобы удержать всех, кто лез через дыру в заборе.

Анна оставалась не обнаруженной, что давало тактическое превосходство над противником. Только вот количество зарядов для пистолета… Нож здесь явно не поможет. Учитывая размеры и силу этих «быков», требовалось что-то помощнее. Любимая сабля осталась на корабле, а других средств борьбы с более сильным противником она здесь бы явно не нашла.

Пока Фронтера целилась, чьи-то цепкие руки ухватили её и потянули в центр лагеря. Она обернулась. Это был сам вождь.

- Эй, куда вы меня тащите, -возмутилась капитан.

– Подальше от места, где вас могут убить, - ответил Тугоррак. Он расчистил место , и поднял скрытый в траве люк убежища, - Прячьтесь там и ни звука…

***

В подземелье оказалось вполне предсказуемо - сыро и прохладно. Анна осмотрелась. Впереди мелькали огоньки, и она направилась туда, в надежде найти кого-то живого. В животе заурчало. Организм напомнил о том, что питаться нужно чаще, чем раз с два дня.

Пройдя шагов триста, Фронтера оказалась в небольшой комнате. Там сидели, судя по всему, женщины паучьего племени. Их в помещении собралось десять или одиннадцать. Они держали на руках детей и удивлённо смотрели на гостью.

Одна из кормящих матерей встала и поманила капитана рукой, - Иди к нам. Иди, не бойся.

От импровизированных кроватей отделяли несколько метров, но что-то внутри сигнализировало про опасность.

Чутьё не подвело. Орава паучьих малышей, мгновение назад мирно «спавшая» на ручках у мам, начала сползаться к её ногам. Вряд ли они хотели от неё ласки и тепла. Да и поведение родительниц говорило о том, что догадки верны.

- Отец Тугоррак позаботился о малышах… Ты станешь для них новой жизнью, - проскрипела одна из женщин паучьего племени.

- Ну, уж нет! – решительно сказала Анна и схватила факел, закрепленный на стене.

Паучата попятились назад, а мамаши злобно зашипели.

– У вас есть всего один шанс. Вы оставите меня в покое, а я не сожгу ваш паучатник вместе с детёнышами.

Воцарилась тишина. Паучки расползлись в стороны, мамаши затихли. Патовая ситуация. С одной стороны – детей надо кормить, с другой, велик риск, что «еда» сожжет здесь всё дотла.

– Пойми нас… Дети не ели уже несколько лун. Если их не накормить, они умрут.

– А чем занимаются ваши чертовы мужья-охотники? Неужели во всей округе нет ничего, чем накормить потомство? – возмутилась Фронтера.

– Дети могут питаться только живой добычей… Мясо таких, как ты, помогает им быстрее расти, - честно ответила паучиха. Остальные помалкивали, ожидая развязки.

– Меня за последние три года пытались шесть раз повесить. Трижды подстрелили и четырежды ранили ножом. Это не считая того, что я упала с высоты триста метров и выжила исключительно благодаря чуду. Так что, если вы, дамочки, думаете, что у меня есть желание стать детским питанием, придётся всех огорчить.

Судя по шуму наверху, там происходило побоище. Кто побеждал – хитрые пауки или сильные минотавры, можно было лишь гадать. Конечно, самки «болели» за своих мужей, а вот Анна даже и не знала, чья победа выгоднее.

---

Дирижёр – свинья. Оставил беззащитную девушку одну посреди леса, кишащего страшными тварями, которых даже змеи боятся. Лина рвала и метала. Правда, делала она это молча, просто надув губы и прокручивая в голове все те фразы, которые скажет этому мерзавцу, когда/если он вернётся.

Змеи помалкивали. Они тоже чувствовали себя неуютно, ожидая в любой момент нападения кого-то из местных обитателей. Из «владык хаоса» они внезапно превратились в робких созданий, боящихся каждого шороха. Выглядело это чертовски странно, но в данных обстоятельствах Коперник оставалось только смириться с абсурдом всего, что происходило с ней в последние несколько месяцев.

Сидеть на одном месте любительнице приключений наскучило минут через десять. Она сняла с пояса пистолет, зарядила его под скептическое хмыканье змей, и решительно направилась в чащу леса. Гады ползучие последовали за ней.

Запала старпома хватило ненадолго. Она постоянно цеплялась за корни деревьев, а те словно нарочно ставили подножки незваной гостье.

– Всё, - выдохнула она. – Я больше не могу и не хочу никуда идти. Я хочу домой, на «Эксперт», к Алисе, и зверушкам. Я устала…

На испачканном землёй, грязью и копотью юном лице не было видно даже слёз. Девушка подняла с земли большую ветку и запустила ею в густые зелёные кусты напротив. Оттуда раздался рёв, словно она разбудила медведя, задремавшего в малиннике.

Лина начала пятиться назад, понимая, что её ждут большие неприятности.

Толстая змея прошипела, – Пошшшли-ка мы отсюда…

В течение пяти секунд «владык хаоса и тьмы» след простыл. Итого – Коперник осталась один на один с неизвестным противником.

Через несколько мгновений перед ней нарисовался «медведь», потирающий ушибленную голову, увенчанную двумя большими рогами. Больше всего он напоминал минотавра из античной мифологии – копыта, человеческие руки и торс, голова быка. На нём была лёгкая охотничья одежда, пояс с походной сумкой и ножом. Ростом примерно с маларийцев, он изрядно превосходил тех в массе и объёмах грудной клетки.

Пока штурман-старпом разглядывала незнакомца, тот, ни слова не говоря, подошёл к ней, ухватил за ноги, и одним лёгким движением закинул себе на плечо.

Быко-человек не обращал ни малейшего внимания на трепыхания жертвы, а удары её крохотных кулачков по панцирю из кожи и стали напоминали стук сумасшедшего в стены карцера.

Когда похититель приволок Коперник в свой лагерь, та не поверила глазам. Посреди леса стоял приличных размеров город. Можно было предположить, что жило в поселении не менее тысячи «человек». Лина ещё не придумала, как их окрестить. Минотавры? Но это не раса, а один конкретный персонаж мифологии.

Тем временем, они оказались на площади. Лина испытала настоящий культурный шок. У этих недо-минотавров на улицах была идеальная чистота. Всюду красиво постриженные кусты, цветы в клумбах, никакого мусора на дорожках. Домики, хоть и скромные, но ухоженные. Вокруг снуют ребятишки, атмосфера какой-то доброжелательности… Контраст с городком, где девушка проживала последнее время, был разительным. Там она привыкла к пьяным дракам, нечистотам, выливаемым прямо на улицу, ворам и убийцам в подворотнях. Да что там подворотни, если она сама провела почти месяц с преступниками, которых разыскивали по всей стране за грабежи и разбой, а её «босса» Фронтеру собирались несколько раз повесить за пиратство.

- Хух. Надоело мне тебя тащить. Тяжелая, зараза… - пробормотал быкоголовый и аккуратно приземлил Лину на мостовую, выложенную булыжником. Девушку даже удивило то, что он столь заботливо это сделал. Она посмотрела на него снизу вверх и вдруг… Вдруг до неё дошло, что фраза была сказана не на каком-то диковинном языке, который она по «чудесному стечению обстоятельств» понимала, не на русском (после лисолюдей Коперник уже не удивлялась этому), а на «гале». На долбаном галактическом языке, который на этой планете не мог знать никто, кроме неё самой и Алисы, если ту закинуло сюда же.

– Откуда вы знаете «галю»? – спросила девушка, понимая, что убивать её никто не планирует, и даже руки не связывают.

Минотавр усмехнулся, - ты сейчас о чём, девочка? Какую Галю я знаю? Нет тут у нас никаких Галь.

Коперник надула губы, - Я про язык, на котором вы разговариваете!

- Эй, златовласка, потише. Я хоть и кажусь добряком, но могу и отшлёпать за плохое поведение. А язык этот – отцов и дедов моих. Все мы на нём говорим. Да и ты, как я погляжу, тоже не по куриному лепечешь.

- Тут просто одна мааааленькая деталь. Его, язык этот, изобретут через триста с лишним лет. И вы никак не можете на нём разговаривать. Так что это всё либо какая-то глупая шутка, либо мой сон.

Минотавр наклонился к Лине, показал пальцем в небо, - Смотри.

Она задрала голову вверх, разглядывая облака, а рогатый, тем временем, внезапно ущипнул её за попу. Не очень больно, но вполне ощутимо, - Ну, что, всё ещё думаешь, что я тебе приснился?

– Фу, как грубо… - ответила девушка и показательно отвернулась.

Минотавр замялся, - Ладно, ты это… не обижайся. Я же мужик простой. Охотник. К всяческим правилам не приученный.

***

Травяной настой, который пил местный народ, был немного терпким, даже горьковатым, но вкусным. Что именно содержалось в составе, Лина не смогла понять. Однако, напиток оказался на удивление бодрящим. Сил прибавилось и после лёгкого овощного ужина. Как и следовало догадаться, местные оказались вегетарианцами и вообще, большими поклонниками здорового образа жизни.

Коперник сгорала от любопытства, и расспрашивала обо всём, а простодушный минотавр ей охотно рассказывал о культуре и быте своего народа.

– А такие, как я вам попадались? – спросила девушка.

- Безрогие? Да. Бывало, забредали.

- Эй! Мы не безрогие! Мы – люди.

-Нет, девочка, не путай. Мы – люди. А вы – безрогие. Вечно лезете драться, кричите что-то на непонятном языке. Ты первая, кто по-нашему разговаривает.

Лина решила не обижаться в очередной раз на прямодушие собеседника. Её внимание привлекла картинка на стене.

– А кто это? – спросила она.

– Великая спасительница! Она возродила наш народ, когда мы практически вымирали, спасла, научила всему, что мы знаем. Благодаря её доброте и терпению, мы живём в мире, не устраиваем поединков до смерти. Она рассказала, как выращивать овощи, строить дома.

Лина присмотрелась к изображению. Больше всего «спасительница» напоминала космонавта в террианском скафандре для выхода в открытый космос. Такие же старые модели были и на борту «Эксперта» в количестве трёх штук.

– И как её звали, эту вашу Великую?

Минотавр выдохнул и с глубочайшим уважением произнёс, -Э-ла…

Коперник поперхнулась чаем. Конечно, никто не исключал случайности, но быкоголовый назвал имя её матери. Скафандр на этой старинной картинке до жути напоминал стандартный. Его мать точно надевала во времена своих миссий на разведботе. А что, если… Да нет, это же другие времена и всё такое.

- Э-ла-да, - продолжил минотавр.

Горячий чай стекал по коленям, обжигая кожу. Фраза обеспечила отвал челюсти на следующие пару минут.

– А вот с этого места, подробнее, пожалуйста, - наконец выдавила из себя Лина и уставилась на минотавра.

Разговор ввёл девушку в полнейшее замешательство. Получалось, что её мать оказалась в прошлом, спасла целый исчезающий вид, всему обучила… А затем исчезла – так же таинственно, как и появилась.

---

Обстановка накалялась. Пусть на странноватых паучьих лицах и не читались эмоции, понять, что дело пахнет керосином смог бы даже недалёкий Норман.

– А чем вы питались, до того, как наткнулись на таких, как я? – прервала затянувшееся молчание Анна.

– Наши мужчины охотились. Потом звери пропали. Совсем зверей не стало. Они начали воровать детёнышей рогатых гигантов. Они сейчас пришли мстить. Наши мужчины наверху умирают, - объяснила паучиха.

– А куда делись звери? Вы их что, всех переловили? – удивилась капитан.

– Не знаем мы, - честно ответила паучиха, и развела лапами в стороны, - пропали. Все пропали. Нет больше еды. Перебиваемся, чем можем. Не стали бы мы вас есть и рогатых тоже. Жить детям надо.

– Вопрос к вам, дамочки. Если бы я предложила привозить сюда еду, что вы можете дать взамен? Вы здесь что-то производите, собираете?

Паучьи мамаши начали шептаться, обсуждая, что же предложить. Одна кинулась в другой конец комнаты, где показала на замаскированный проход, - Там. Смотри.

В незамысловатой кладовке лежали людские и не очень, вещи. Среди них хватало совершенно непонятного хлама, но вот золото, мешки с порохом, ящики с монетами, кофе, причём свежий – всё это явно стоило огромных денег. Фронтера прикинула, сколько можно купить еды на эту сумму, и вышло, что поколений этак шесть пауков может жить по-королевски, ни в чём себе не отказывая.

Весь этот полезный скарб собирался с разбившихся кораблей, авто-караванов и других средств перевозки. Судя по количеству, попаданцев на территории Столпа хватало. Анне не хотелось спрашивать, скольких из них пустили на корм паучкам. Сейчас появился вполне реальный шанс вывести ситуацию в мирное русло. Организовать доставку продуктов к зоне контакта, передавать их сюда, и забирать оплату. На таком нехитром бизнесе можно было поднять состояние, получая в карман разницу. Ведь пауки не понимали даже сути торговли.

Пока капитан рассуждала о плюсах такой сделки, над головой шум заметно усилился. Видимо, быки прорвали оборону и бушевали в паучьем стане. Если они найдут люк, тогда конец и ей, и планам. А заодно и мамашам с детьми. Не то, чтобы Фронтера являлась страстным арахнофилом, но и смерти этому едва выживающему виду не желала. Глаза Анны, блуждающие по подземной комнате в поиске решений и подсказок, встретились с одной из трёх пар мамаши-паучихи.

– Дела наверху явно плохи. Рекомендую уходить дальше и заваливать за собой вход. У вас же есть пути выхода отсюда?

Шестиглазая голова опустила две нижние пары в пол, - нет другого выхода. Отец заложил всё, чтобы пленники не сбегали…

– Приехали… А если вот такая ситуация? Он не думал про вашу безопасность? Ваш Тугоррак тот еще олух.

Вдалеке раздался знакомый скрип и на дно подземелья кто-то спрыгнул. Или упал. С этого расстояния разобрать детали Фронтера не сумела, а потому прислушалась к звукам.

Топ-топ, стучали по камню тяжелые копыта. Топ-топ – отдавалось в стенах узкого коридора и повторялось в ушах Анны. Она выставила вперёд факел. Мамаши поднялись со своих мест и встали вместе с ней на входе, готовясь к последнему бою за жизни детёнышей.

Наконец он показался. Здоровенный мускулистый бычара с человеческими руками, каждая потолще, чем у Нормана, и здоровенным тесаком на поясе. Он внимательно уставился на Анну, затем посмотрел на паучих, словно пытаясь что-то понять. Матери застрекотали, зашипели и пошли прямо на него.

– Эй, тихо вы! Мне нужна только девчонка эта!

Разумеется, фразу никто не понял, потому что пауки «галю» не знали, как и Фронтера…

– Вот же народ дикий! Эй, Лина, она здесь. Только её не отпускают эти…многоглазые.

Когда в проходе показалась белобрысая девчонка с таким же тесаком, только поменьше, логика окончательно покинула мозги капитана.

– Вы что, вместе? – спросила она.

– Ага, - кивнула Коперник, - Знакомься, это мой друг Артус. Он охотник. А вот эти многолапые детей его народа жрут.

Анна кивнула, – Я в курсе. И уже придумала, как решить вопрос.

---

Вече минотавров и совет пауков собрались в общий круг. Разногласий накопилось предостаточно. Слишком много крови разделяло их. Слишком много загубленных жизней. И ведь причина банальная – голод.

Террианцы, которые прошли через людоедство, да и жители этой версии Земли отлично понимали ситуацию. Кто в ней прав? Кто виноват? Сейчас следовало искать не крайних, а выход из ситуации.

Тугоррак Кетар Второй взял слово первым:

– У нашего народа есть простое правило. Не жалеть ни себя, ни других, когда речь идет о детях и женщинах. Спасение рода превыше всего. Когда исчезла дичь из древнего леса, мы долгое время голодали, отдавая все припасы малышам. Что нам оставалось делать? Смотреть, как они гибнут? Я понимаю и принимаю ваш гнев, рогатые воины. Имели ли мы право менять жизни ваших детей на жизни собственного потомства? Нет. Был ли у нас иной выход? Только гибель. Пусть нас рассудят Те, кто над нами.

Вождь минотавров дождался, когда паук завершит речь.

– Красиво заливаешь, многорукий. Только вот слова твои нам детей не вернут. Как не вернут и мужей плачущим женам. Напомню, что наше племя ни разу не вторглось в твои пределы первым. Нам тоже не сладко в этом лесу. Но у каждой семьи хозяйство. Выживаем, как можем. А вам что мешает делать то же самое? Выращивайте съедобную живность, кормите детишек и живите со всеми в мире. Так нет, проще ведь жрать нашу малышню. Воровать их по ночам.

Есть только один способ рассудить нас. Старый, дедовский способ – закон Четырёх. Лидер и лучший воин нашего племени против тебя, Тугоррак и лучшего из твоих бойцов.

Лина, молчавшая всё это время, вскочила. – Так, ребята, вы тут только что распинались про погибших воинов, детей, плачущих жен. И сейчас кто-то из вас, а точнее – двое, или даже больше, помрут. Вот тут, прямо на поляне. Просто потому, что кто-то когда-то что-то сказал или написал. Традиции, это замечательно. Но только тогда, когда они помогают жить, а не умирать и убивать других.

Быкоголовый окинул взглядом маленькую девочку, посмевшую перечить воле предков, хмыкнул и ткнул в неё пальцем, – Хочешь справедливости? Иди и сражайся за свои мирные идеалы. Вперёд. Эй, пауки, у вас есть такой же идиот-мечтатель, готовый отшлёпать этого ребёнка во славу ваших паучьих идеалов?

Если бы челюсть Коперник состояла из тяжелого сплава, она бы точно отбила пальцы ног. В центр поляны вышла Фронтера:

– Ну что, старпом, покажешь, чему тебя учили на далёких звёздах?

– Планетах, кэп. Звёзды – штука погорячее, чем соус твоего кока, – улыбнулась Лина. Идея драться с Анной её не слишком воодушевляла. Только вот сейчас вокруг них собралось десятка три злых и готовых на все полу-быков, и примерно столько же пауков. Все они ждали зрелище.

Фронтера положила пояс с ножом под ноги, продемонстрировала сопернице руки. Та поступила по её примеру. Воины двух племён выстроились в ровный круг. Выйти за его пределы мог только победитель поединка.

– До первой крови? - с усмешкой спросила Лина.

– До первого нокаута, - ответила капитан.

Первые две минуты Коперник думала, что Анна не собирается нападать. Та ходила кругами, опустив руки, и словно напрашиваясь на прямой удар в голову, но, стоило старпому расслабиться, как тут же последовала крепкая зуботычина, после которой из бычьего стана послышалось недовольное «Уууу», а пауки удовлетворённо застрекотали.

Туман над головами сгущался, но те, кто стоял вокруг бойцов, не замечали этого. Они ждали крови. После третьего пропущенного удара Лина не выдержала. Уж если она уделала громилу Нормана, то с женщиной точно сможет справиться. Её самоуверенность тотчас получила по носу, вместе с головой…

– Да что за… - возмутилась Коперник. Она перехватила летящий в её ухо кулак, прогнулась и провела бросок. Только вот Фронтера приземлилась на обе ноги, ухватила девушку за щиколотку, и потянула на себя.

Лина рухнула на землю, но брыкнула капитана в падении. Попала в нос. Первая кровь, которой ждала толпа, успешно пролилась на траву.

Фронтера утерлась рукавом, - Давай, давай, девочка. Покажи, на что способна.

– Анна, пока мы не поубивали друг друга, скажите, ради чего?

– Я сама была матерью, и знаю, что такое потерять ребёнка. Потому отлично понимаю этих пауков. Если бы у меня был всего один шанс спасти свою дочь, пошла бы на что угодно.

– Даже на убийство и пожирание чужих детей? – в ужасе воскликнула Лина.

– на всё, – ответила Анна и вместе с этими словами, заставившими старпома на мгновение отвлечься, в сторону Лины прилетел кулак, точно впечатавшийся в подбородок девушки.

– Уносите, - прошептала Фронтера, – А теперь обсудим условия мира. Без соплей и романтического бреда.

Тело Лины на секунду вспыхнуло ярко-желтым светом. Она встала, протянула руку в сторону Анны, и та отлетела на несколько метров назад, свалив нескольких пауков, спешивших утаскивать нокаутированную девушку.

– Я чуть-чуть задержался, - сказала Коперник мужским голосом, – Кажется, пора завершать весь этот межплеменной балаган.

– Что происходит? – непонимающе спросил Тугоррак. Он окончательно запутался в происходящем.

– Сволочь… - прошептала Фронтера, - Теперь понятно, почему Орден так вас ненавидит.

Лина расхохоталась, – Ненавидят? Они банально боятся. Потому что мы попрали их богов, свергли идолов, поставив во главе науку, здравомыслие и логику. А на этом они не умеют зарабатывать.

– Не попрали, а сами заняли место старых богов, - возразила Анна, отряхиваясь от земли и травы. Конечно, показали местным дурачкам пару фокусов, те уши и развесили. А вы ничем не лучше. Такое же фуфло, как и старые идолы. Только с амбициями. Выпендрёжники несчастные.

Рука Лины потянулась в сторону капитана, которая успела подойти ближе. Та перехватила её за запястье, но тут же получила болезненный тычок в солнечное сплетение второй рукой. Поток воздуха, или чего-то еще, что Анна почувствовать не могла, вновь отбросил её в сторону. Только на этот раз, женщине удалось удержаться на ногах.

– Нет, скотина золотистая. Тебе придется либо убить меня, либо выслушать. Третьего не дано, - заорала Фронтера и побежала прямо на «одержимую» дирижером Лину.

Кто знает, что сотворил бы библиотекарь с ничего не значащей для него женщиной. Толпа замерла, ожидая расправы. Пауки безучастно наблюдали за картиной. Их совершенно не заботила судьба той, кто сейчас защищал их интересы. Быки вообще ничего не понимали, они в недоумении уставились на двух женщин в круге.

В то самое мгновение, когда ладонь Лины расправилась в уже привычном жесте, её тело согнулось пополам, лицо скривилось. Глаза вновь зажглись. Свечение стало столь сильным, что стоящие вокруг зажмурились.

– Я понимаю, что ты защищаешь меня, но не так это нужно делать.

Коперник стояла лицом к лицу с золотым человеком. Тот кивнул и рассыпался на блестящие песчинки. Они струйкой перетекли в ладони девушки, а затем в шар-медальон на её шее.

– Простите, капитан… Я не думала, что так всё выйдет.

Анна кивнула, – Ты тоже прости, что дважды вырубила тебя. Была парочка поводов.

– Дважды? – удивленно переспросила девушка?

– Угу, – кивнула капитан и отправила старпома отдыхать во второй раз. Только теперь уже дирижер не стал вмешиваться, – Убедительная победа со счётом два – ноль в мою пользу, - Констатировала Фронтера.

---

Старпом проснулась от противного щекочущего ощущения в носу. Приоткрыв один глаз, она поняла, что лежит на полу, а в лицо ей светит тонкий солнечный лучик. Девушка громко чихнула, отчего появилось неприятное ощущение внутри её многострадальной черепной коробки..

Голова Лины гудела, как судовой колокол… Хотя, какой там колокол. В её черепе сейчас играл симфонический оркестр из труб. А сзади кто-то стучал лопатой по «крышке». Она не особо помнила, что именно произошло. Хотелось потереть дважды ушибленный подбородок, к которому так хорошо приложилась Фронтера. Только вот руки оказались крепко связанными за спиной. Нож забрали, как и всё, чем можно было перерезать веревку. Крикнуть Коперник тоже не смогла – вот рту торчала тряпка, надежно перемотанная несколько раз другим обрывком ткани, так, чтобы Лина не выплюнула кляп.

Все это означало, что пауки победили, и Анна диктует условия. Но почему Дирижер до сих пор не освободил её в таких обстоятельствах? Одно лишь радовало – ноги остались свободными, и она могла перемещаться внутри этого замкнутого пространства.

– Эй, ты где? – обратилась она к библиотекарю. Для верности Коперник потрясла кулон в воздухе. Но джин из лампы не появился.

Что бы в этих обстоятельствах делала Полоцкая? Она бы наверняка придумала выход.

В ответ на её мысли прозвучал ехидный смешок Дирижера.

– Что тут смешного? Я в плену, а ты и палец о палец не ударишь, чтобы я спаслась?

– Я не обязан всякий раз открывать дверь тем, у кого есть с собой ключи.

Лина взбесилась, - Ты можешь говорить словами, а не загадками?

Библиотекарь появился перед ней. Судя по всему, девушка умудрилась его достать:

– Незадолго до всех этих событий, ты умерла с десяток раз. И твоя подруга – тоже. Я не божество и никого не воскрешал, если кому-то это интересно. А теперь включи свою голову хоть раз в жизни, и подумай, как ты избежала смерти и забвения? Давай, напряги извилины, если еще способна.

Тирада обеспечила отвал челюсти, но Лина искренне попыталась осознать всё сказанное. В её памяти промелькнули эпизоды прошлого. Девушка согнулась пополам от приступа рвоты. Столько крови и мяса, местами собственных…

– Теперь начинаешь соображать?

– Угу, буркнула Коперник, вытирая лицо, – Это всё гокка, да?

– Аааа… ты безнадёжна. Тебе не нужна никакая гокка. Ты такой родилась, дурья твоя башка! И всё, что происходит вокруг – тоже не случайность, если еще не поняла. Ты думаешь, почему все везде говорят на понятных тебе языках? Монстры, другие народы, да все вокруг?!

Лина села на холодный пол. В её голове это всё никак не желало укладываться. Она что – бессмертна и сотворила сама эту реальность?

– А еще Анна тебя узнала. Не сразу, но узнала. Потому и вырубила два раза подряд, – продолжил Дирижер, – Ты похитила её единственного ребёнка.

---

Ангелине Коперник лет этак десять не хотелось реветь, обхватив руки коленками. Но сейчас её душа и тело желали именно орать, рыдать в голос, заливая горючими слезами пол каземата. Она билась в истерике, то затихая, то вновь захлёбываясь плачем.

Вот только коленки она не обхватила. Потому что безучастный к её горю Дирижер не соизволил развязать девушку, справедливо заметив, что она сама доигралась.

– Я же ничего… совсем ничего не помню… - всхлипывала она, пытаясь дотянуться плечом до щеки, чтобы утереть слезы.

– Я-то в курсе. А вот Анна отлично помнит события, которые произошли двадцать шесть лет назад. И теперь, когда она узнала твоё лицо, сопоставила факты, и её не смущает, что ты ни капельки не постарела… В общем, Линочка, ты в жопе, как говорят у вас, террианцев. Большущей жопе. Потому что миссис Фронтера – не просто мамаша. Она пират. Жестокий и беспощадный убийца. И ей не составит труда пытать тебя ровно до тех пор, пока ты не ответишь, где её ребёнок.

Лина кивнула. В её голове мелькали разрозненные кадры из десятков «дублей» прожитых жизней. В который раз она проживает последние два года? А сколько раз, в разных вариациях, повторялся сегодняшний день? И кто, или что она такое, в конце концов?

Ей хотелось вспомнить, кто же этот ребёнок, почему она решилась на похищение, и куда дела малыша…

– Твой разум поставил блоки, чтобы ты не сошла с ума. Умирать столько раз – травматичная для сознания штука. Ты и так не семи пядей во лбу, а так бы вообще была ку-ку…

– Эй… ты еще про блондинок пошути, - огрызнулась Лина.

Библиотекарь усмехнулся, - Ты настолько стереотипна со своими тараканами, что даже шутить не нужно. Подмечай за тобой проколы, да и всё.

Над головами собеседников послышались шаги. Тяжелый люк сдвинулся и на дно темницы упала верёвка.

– Хм, может, тебя решили казнить?

Лине до жути хотелось съездить по наглой физиономии, но связанные за спиной руки мешали воплотить идею. Как в этом состоянии подниматься по верёвке, она тоже не слишком понимала.

Но Коперник просчиталась. По канату спустилась Анна. А вслед за ней на пол упало несколько предметов. Во всяком случае, так показалось в начале. Когда «предметы» встали на тонкие лапки и поползли вперед, в сторону пленницы, стало ясно – это маленькие пауки. Детишки обступили добычу. Издавая цокающие звуки, они теснили девушку к стене.

– Ты будешь смотреть, как меня сожрут? – в ужасе крикнула она Дирижеру.

– Я видел не один десяток твоих смертей. Одна тупее другой. У тебя талант глупо погибать. Но съедают тебя впервые. Хоть что-то новое.

Фронтера похлопала, - Браво. У тебя отличное чувство юмора. Почти, как у моего бывшего боцмана. Правда, он выпал за борт с высоты два километра. Но парень был тот еще весельчак. Ой, чуть не забыла. Это я его вытолкнула. Когда он додумался ущипнуть меня за зад. К чему я это? К тому, что очень не люблю, когда меня злят.

–Анна, я…

– Заткнись. Я слышала ваш разговор, и в курсе, что ты ничего не помнишь. Но твой золотистый дружок может решить проблему, правда?

Библиотекарь кивнул, – Могу. Только с чего ты взяла, что я стану это делать? Девчонка поедет крышей, а мне оно точно не надо. Я и без того засиделся в этом горе-мирке. Так что, капитан Фронтера, я лучше подожду, пока девочка сама, или с вашей помощью, склеит ласты, и мы с ней окажемся подальше отсюда.

– Хороший план. Но мне интересно послушать, что скажет наша забывашка. А чтобы ты не мешал, придется принять кое-какие меры.

Анна бросила на пол небольшой черный предмет, и в помещении стало темнее, чем было. Оно наполнилось едким черным дымом. Даже более черным, чем тот, что окутывал теневых змей. Дирижер застыл, словно статуя.

– А вот теперь поговорим по душам, подмигнула Лине капитан.

---

Придя в себя, Норман несколько раз пожалел о том, что не двинул кони в этой чертовой дыре. Его голова гудела, как колокол на ратуше в праздник, а каждая мышца ныла так, словно их по отдельности растянули, пока он пребывал в отключке. Одно радовало в этой странной истории – верёвки на руках оказались кем-то заботливо разрезанными.

- Анна...- пробормотал он сквозь полудрёму, пытаясь встать на непослушные ноги.

Встать и пойти, подобно библейскому Лазарю, удалось не с первой попытки. Бывший старпом падал, поднимался и вновь падал на сырую землю.

Беззвучно матерясь, он шёл-полз по направлению к лагерю, пытаясь привести в порядок непослушные ноги и органы чувств.

Пока Норман полз, навстречу ему вылезло нечто. Габариты приближающегося звездеца впечатлили бывалого "летуна". Если сам пират был далеко не маленького роста, то неизвестный превосходил его на две головы. Следовательно, в нем было не менее семи с половиной футов.

Летучий моряк встал в боевую стойку, покачиваясь так, словно "принял на грудь" бочонок пива.

- Эка тебя болтает, родной. Может быть, присядешь на траву лучше. Вояка из тебя сейчас никакой.

Силуэт приближался, и чем меньше становилось расстояние, тем сильнее Норману казалось, что он после всех событий сошел с ума.

Языка он не понимал, ведь говорил минотавр на "гале", которой пиратов никто не учил. Удивляло не умение разговаривать. Куда сильнее ошарашила внешность великана. Ведь людей с бычьими головами доселе видеть не приходилось.

Он бы списал видение на "белочку". Но хорошо помнил, не смотря ни на что - вечером никаких серьёзных пьянок не было. Следовательно, либо это галлюцинация, либо его чем-то опоили после аварии корабля.

- Где Анна?!- заорал пират.

имя - единственное, что быко-человек понял без перевода. Он указал в сторону большого шатра метрах в ста от места их встречи.

Бывшему старпому понадобилось минут пять, чтобы добраться туда, куда показывал минотавр. Он едва не упал при входе в шатёр.

Внутри стояла Фронтера в окружении быко-людей и других жутких тварей, похожих на пауков. Она что-то рассказывала им, жестикулировала.

- Анна, я тебя спа...- в этот момент Норман споткнулся и вкатился, словно медвежонок внутрь, распластавшись на полу, - Су...

- Отлично. Только сначала я закончу свою речь.

- Тебя не обижали?

Капитан отрицательно помотала головой, - Всё хорошо. Конечно, сначала мной хотели покормить детей. Потом я пережила штурм паучьего лагеря. А теперь вот мирю два племени. Кстати, твоя подружка Лина - предательница. Она похитила мою дочь много лет назад.

Эта фраза пробудила полусонного пирата. Он=то отлично помнил, что дочь Анны пропала двадцать шесть лет назад, и юная Коперник в тот момент ещё не родилась.

- Анна, это же невозможно...

- Возможно, Норман. Моя уже бывшая помощница путешествует во времени. Не знаю, что она со своим золотистым еще натворила. Не удивлюсь, если у неё руки по локоть в крови невинных.

На этой фразе все вокруг замолкли, а глаза Фронтеры округлились. Внутрь вошла Лина. Её кожа сияла золотыми песчинками, а глаза казались бездонными тоннелями, источающими сияние.

- Прости, Анна. Делая это, я хотела спасти твоего ребёнка. В тот момент Дирижеры должны были уничтожить планету вместе с реликвией. Если бы я не забрала девочку, то история вселенной оборвалась, не начавшись. Они... Они не понимают!

Фронтера помотала головой:

- Что за бред ты несёшь? Спасла? Дирижеры? И вообще, у тебя внутри снова этот... Эй! - обратилась она к Библиотекарю, - Я хочу говорить не с тобой, а с девчонкой.

Дирижер прикоснулся к плечу капитана. Он оказался у неё за спиной:

- Это не я. Это ОН. Он говорит.

- Кто? Что еще за он? - разгневанно спросила Анна, готовая вновь отправить напарницу в нокаут.

- Я покажу тебе, - Лина взяла женщину за руку, и свет из её глаз стал ещё ярче.

А вот для Фронтеры всё померкло. Она очутилась в своей старой квартире. Вот дочь в колыбели, вот она, готовится к работе. И где-то рядом Лина. В следующий миг действие переместилось в огромный каменный зал, где-то далеко.

Там стояли Дирижеры. Они что-то обсуждали. Речь шла об артефакте, каких-то судьях. Один из присутствующих угрожал остальным.

- Если вы это сделаете, я сам обращусь к поглотителям!

- Мы обязаны стереть тот мир, - отвечал ему другой. Если не сделать это, мы сами обречены.

Первый помотал головой, = Мы, или судьба мироздания? Что важнее? Никогда не думал, что мы способны быть эгоистами. Я ухожу!

- Ункар, постой, не делай этого! - крикнули ему вслед. Но золотой человек исчез.

В следующий миг он оказался в другом месте. Возле кровати маленькой девочки. Это была не дочь Анны. В постели лежала рыжеволосая девчонка лет десяти. К ее телу тянулись трубочки, какие-то приборы показывали пульс, давление, другие данные.

Золотой человек сел рядом и прикоснулся к её лбу:

- Это всё, что я могу сделать для тебя... Узри и прими...

Он рассыпался на миллиарды песчинок, окутывая тело ребёнка, и словно "впитываясь" в него.

Девочка открыла глаза, - Ункар... ты... зачем?..

- Чтобы жил мир, - прозвучало в её голове, - Научись. Пойми. Спаси её. Вместе вы исцелите вселенную.

После этой картины в голове Анны вырисовывался общий план того, что произошло. Лина каким-то образом попала в прошлое, когда Фронтера была молодой, и выкрала ребёнка, думая, что спасает его с планеты, которую хотели уничтожить. А вот дальше элементов пазла не хватало. Добиться пояснений у Лины она не успела, так как та потеряла управление телом, как только свет в глазах погас.

- Это ведь не ты… Не ты – та девочка в кровати, - прошептала капитан. Она не понимала, что именно происходит, но догадывалась, что Коперник замешана в чем-то настолько невероятном, что сложно было даже охватить всё это сознанием.

Лина вновь открыла глаза, - Ты пойдешь со мной искать её.

---

Команда отъявленных головорезов, пара быколюдей, пауки. Интересный экипаж получился. Лина с Анной сумели объединить их всех общей идеей.

Библиотекарь собрал корабль, но не был уверен, что судну под силу проникнуть сквозь плотную оболочку столпа. Чем её прорвать, оставалось загадкой даже для него самого.

- Вы отвезете нас домой? – спросил один из минотавров. Примерно то же самое интересовало его недавних оппонентов – странных многоруких созданий. У них были обрывки звёздных карт, на которых изображались звездные системы, некогда являвшиеся домом. В этой реальности там могло давно не существовать жизни. Ведь не случайно мать Лины их эвакуировала. Но, если Коперник удастся воспользоваться своей случайно обретенной способностью, и «вырвать» их из цепких лап этого странного мира, так похожего на старую Терру…

- В тебе сила моего собрата Ункара. Если мы объединим наш свет, можно будет прорвать заслон, - обратился Дирижер к Лине.

Девушка покраснела, - Я понятия не имею, как это сделать… Оно обычно само.

- Плохо дело… Я тоже понятия не имею, как пробуждать в тебе эти навыки. Они проявляются… Стоп. Они проявляются в минуты опасности, критические моменты и при твоей физической смерти.

Глаза Лины округлились, - Ты что, убить меня вздумал?!

– Есть у меня идея получше! – загадочно пробормотал библиотекарь.

---

- Ну и куда мы летим, - задумчиво спросил минотавр. К кому он сейчас обращался? К Лине, Дирижеру, или к черным дымчатым небесам, не мог ответить даже сам вопрошающий.

Разумеется, никто ему не ответил. Ветер дул в лицо, развевая густую шевелюру на бычьей голове. Борта скрипели от перегрузок, но летучий корабль двигался навстречу своей судьбе.

Фронтера стояла на мостике вместе с Коперник. Женщины смотрели друг другу в глаза, словно пытаясь разглядеть сквозь зрачки происходящее в голове, увидеть мысли.

- Всё ещё не верите мне? – Лина ощущала вину, но не знала, как её загладить. Они с Анной не общались с того самого момента, как капитан узнала тайну исчезновения дочери.

–А с чего бы мне верить той, кто собой не владеет. Мы все в опасности, находясь рядом с тобой.

Дирижер, внезапно материализовавшийся рядом, кивнул, - Капитан права. Ты – ходячая бомба. Пока я с тобой, погибло очень много невинного народа. Виталис, например. И неизвестно, сколько еще таких же, как он – статистов.

– И что мне сделать? Я даже умереть не могу, судя по всему… Так что не представляю, как искупить всё, что случилось по моей вине…

- От мёртвой тебя толку бы не было никакого, - мрачно повела итог Фронтера, - Выводи нас из этого места, а дальше посмотрим.

Дирижер кивнул и добавил:

- Да, кстати, леди капитан. Можете верить, можете не верить, но вот эти самые «столпы тьмы» - людская работа. Это ваши заказчики – Черный орден. Разумеется, валят всё на нас, Дирижеров. Дескать, мы всё время гадости людям делаем. Хотя, если включить логику, мы бы не мелочились и зачистили планету от вашего вида, как делали не раз.

– Да, вы ничуть не уступаете богам религий. Так же легко лишаете жизней миллиарды живых существ. Мы же не пластилиновые фигурки! – возмутилась Фронтера.

Библиотекарь кивнул, - Не пластилиновые. Обычная углеродная форма жизни, коих мы налепили миллиарды видов. – на слове «налепили» он сделал ехиднейшую интонацию, чтобы поддеть капитана.

Лина прервала разговор, - Мы сейчас тут все перессоримся, а нужно спасать мир, вообще-то!

Золотой человек отвернулся, - Мне лично это не нужно. Хочешь – спасай. Мешать не стану.

- Но и помогать тоже? – спросила Коперник.

– Последнее, что я сделаю для тебя.

– Что «последнее»? Ничего не поняла…

– Всё ты поняла. Я ухожу. Сразу же после того, как ты найдешь её дочь и мы вернём судьям артефакт. Устал я. Устал от постоянного идиотизма происходящего, от того, что все вокруг тупят так, словно у них полмозга удалили хирургическим путём.

– Не психуй. Вроде бы высшее существо, а ведёшь себя, будто мальчик с юношеским максимализмом, - в голосе Анны сейчас было столько иронии, что её почувствовали даже минотавры, не понимающие язык людей.

Норман, стоявший на мостике, крикнул, - Мы приближаемся к краю!

Библиотекарь заметно занервничал.

– Что-то не так? – спросила Лина.

– Я не уверен, что органические объекты могут пересечь границу столпа. Точнее, уверен, что не могут.

– И что нам делать? – в глазах Коперник появились слёзы.

Дирижер ничего не ответил. Он взмыл в воздух, оставляя за собой след из золотых звёздочек-песчинок, ускорился до невероятной скорости, и врезался в стену черного дыма. Образовалась дыра с рваными краями.

– Вперёд! Ускоряемся, пока дыра не затянулась! – громко крикнула Фронтера своим подчинённым.

– Он что, умер? – Лина зарыдала, упала на колени, но Анна тут же подняла её.

– Он это сделал не для того, чтобы ты тут сопли распускала. Хочешь, чтобы смерть его не стала напрасной? Верни мне дочь и ту хреновину судьям.

Разрыв за кораблём действительно быстро затянулся.

Норман подошел к девушке и обнял её. Лина уткнулась носом в кожаный доспех пирата, тихо всхлипывая. С её одежды опадали маленькие золотые песчинки.

Мелодия пустоты

Не бойся сделать больно. Бойся сделать это напрасно.

Запах гари, оставшийся на корабле после прорыва заслона из тёмных облаков, напоминал о произошедшем. Он въелся в каждую доску корабля, пропитал одежду, не давая забыть о том, что случилось. Напоминали об этом и дивные создания, которых приютила на борту Фронтера.

Коперник и капитан не обмолвились и словом с того момента, как Библиотекарь выпустил их из странного замкнутого мира ценой своей жизни. Лина не могла понять одного – что в ней такого? Почему ради неё и из-за неё гибнут все вокруг? И почему Дирижер, пообещавший помочь в миссии возвращения дочери Анне, решил поступить вот так, неожиданно для всех?

Фронтера, всё это время стоявшая на верхней палубе, наконец, подошла к своему бывшему старпому (Норману вернули его должность).

– Слушай, я хотела тебе сказать… Мы многое пережили вместе. И теперь, когда я знаю, почему ты так поступила, думаю…

– Я знаю, что виновата. И знаю, что не могу вернуть всё, как было. Анна, если ты сможешь когда-нибудь меня простить…

Норман, смотревший на картину со стороны, заржал, как конь, - Вы бы себя видели! Выглядите, как в каком-нибудь спектакле про несчастную любовь.

В ту же секунду в старпома прилетело ведро. Фронтера редко промахивалась в своей жизни. Потому, мгновение спустя, уже сидел, прикладывая к разбитому лбу мокрую тряпку.

Капитан и Коперник направились в каюту Анны, чтобы поговорить наедине.

– Ты ведь знаешь, кто она и где?

Лина кивнула, - скорее, догадываюсь. И теперь я вдвойне хочу найти её.

– Вы хорошо знакомы? – Фронтера посмотрела в глаза собеседницы, выискивая в них ответы на вопросы, которые еще не были заданы.

– Мы провели несколько месяцев вместе, умирали, воскресали, устроили восстание против человечества, попали в разные варианты истории мира. А вот теперь, я с трудом представляю, где она…

Капитан уселась в любимое кресло. Ну, ты же штурман. Значит, должна чувствовать курс, как хорошая собака-ищейка. Куда путь держим?

– На север. Туда, куда нас послал Орден. Что-то подсказывает, что это не случайность.

Фронтера кивнула, - Эксперт по найму Черного Ордена – Урсула Макинтайр сказала, что шансы на выживание 40/60. Люблю эту бабу. Она всегда говорит правду, когда предлагает деньги. Так вот, я знала, на что иду. Но теперь, кроме золота, у меня есть хорошая мотивация. И ради этой цели я готова вырезать целый легион и съесть сердце дракона.

– Жалко драконов. Я одного видела, он красивый, - ответила Лина. В этот момент она вспомнила Виталиса, и накатившая грусть заставила её замолкнуть.

Анна достала пожелтевшую фотокарточку. Коперник могла поклясться, что на ней Полоцкая с маленьким ребенком на руках.

– Это единственная память о дочери.

***

День в пути не принёс ничего интересного и нового. Но тоску и сонливость разогнал шум моторов. «Коллеги» нагнали корабль Фронтеры. Теперь сзади плелись еще четыре летучих судна, готовых к штурму вражеских крепостей. Пехотные соединения также успешно пересекли границу и продвигались на территории противника. Но даже в таких условиях шансы на успех казались призрачными.

– Впереди крепость, - сообщил Норман. Он, как и прочие члены команды, отлично осознавал, что без Дирижера на борту, их корабль – не более, чем деревянный щит с мишенью для артиллерийских батарей на земле. Будь на борту бомбы, оставался вариант подъема на высоту, не просматриваемую с земли. Но там, в условиях разреженного воздуха, управление кораблём превратилось бы в проблему.

Фронтера с невозмутимым лицом обернулась к Лине:

– Ну что, штурман, какие есть идеи в плане не сдохнуть в ближайшие пять минут?

Беззаботность Коперник испарилась в тот же миг. Девушка взобралась повыше, захватив капитанскую подзорную трубу. В поле зрения попались три вышки, парочка орудий противовоздушной обороны. Всё остальное защищало базу от наземных атак.

– Мы пропустим вперёд остальных. Пушки отвлекутся, мы снизимся и снесём правую башню.

Анна кивнула, – Окей. А что ты собираешься делать с пушками, бьющими вон оттуда, - она указала на ПВО.

– Ничего. Мы пройдем так низко, как это вообще возможно. И ударим по ним из наших носовых орудий.

– Девочка, из нас всех бессмертна тут только ты. Неужели, по-твоему, никто не будет стрелять из крепости по низколетящей цели? Там гарнизон, пушки в бойницах. И шансы на то, что все промажут, равны нулю. Ты фантастики явно перечитала, - Анна старалась сказать это строго, но не обидно. Сейчас у них оставалась всего пара минут на манёвры.

Побег

Полоцкая молилась всем мыслимым и немыслимым силам во вселенной, чтобы у ее нового союзника хватило энергии выбраться из ангара. Она сумела ему доходчиво объяснить, что за вторжение на военную базу и нападение на личный состав грозит, скорее всего, смертная казнь. Что такое смерть, звездолет понимал, ибо сам был вполне смертен, как любое «живое» существо.

Оказалось, что убедительность может заставить даже эту таратайку с мозгами превозмогать по полной программе. Космический странник не только разломал крышу над собой, но и протянул около двух километров, после чего извинился и рухнул в чащу леса.

Он сделал всё для того, чтобы для пассажиров приземление брюхом о сосны не показалось катастрофой. Сам он сейчас испытывал вполне физическую боль, с которой стоически справлялся. Все-таки, отсутствие энергии на включение щитов оказалось для него явлением не самым привычным.

Алиса и её спутники, которых корабль заботливо согласился подбросить «куда угодно, лишь бы подальше», на своих шкурах прочувствовали, что такое падение с трехсотметровой высоты и повисание в воздухе в подвешенном состоянии. Коконы для спасения экипажа – хорошая штука. Но пока ты летишь вниз, не зная о них, в штаны наложить проще простого.

– Все живы? – на всякий случай переспросил звездолет.

Алиса сдержала комментарий, полный нецензурных выражений. Но это ей не помогло, учитывая, что она пребывала фактически в брюхе существа, читающего мысли.

– Я из чистой вежливости уточнил. Никого не хотел обидеть, - корабль искусно овладел эмоциональными окрасками и оттенками интонаций. Сейчас он изобразил неловкость.

Полоцкая мысленно попросила опустить её на пол, или что там у него внутри. Кокон опустился вниз, и она тут же пожалела о своей просьбе. Находясь на высоте метров двадцать над землей, и зацепившись за верхушки деревьев, болтливый летательный аппарат мог в любой момент рухнуть. Да и сейчас он висел под большим углом, из-за чего, освобожденная от временных пут женщина банально скатилась вниз.

Спасли ее только мягкие поверхности импровизированной каюты.

---

Полоцкая проснулась. Хотя точно помнила, что не засыпала на корабле. Оглядевшись по сторонам, она обнаружила, что Тесаловы еще в отключке. Судя по всему, их состояние объяснялось какой-то защитной функцией корабля.

– Что произошло? Зачем ты нас усыпил.

– Извини, но у меня нет другого выбора. Здесь нет никакой биомассы, до которой я мог бы добраться. Придется пожертвовать кем-то. Ты мне нравишься. А эти двое бесполезны.

– Не поняла? Ты их что, съесть собрался? – Закричала Алиса, пытаясь выбраться из клейкого кокона.

Корабль промолчал, но ответ и не требовался. Живому звездолету надоело торчать на дереве, да и на планете вообще.

– Подожди. Ты сказал, что нужна биомасса. Любая органика? Так?

– Именно. У тебя есть предложения получше, чем эти сто сорок шесть килограммов еды внутри меня?

– Под тобой сотни гектаров леса. Что такое лес? Это древесина. Вполне себе органические соединения, которые могут сгодиться на первое время, пока не подвернется чего получше. Понимаешь, о чем я?

– Дорогая моя, - умилительным тоном пропел корабль, - Не нужно сравнивать целлюлозу, которую я получу из этих деревьев, с белками и жирами человеческого тела. Плюс кальций из костей, и много других, не менее полезных веществ, соединений. Вегетарианская диета, прямо скажем, не моё. Можешь даже не уговаривать, я привередлив в еде.

– Всё, что ты рассказал мне – ложь?

Космический людоед призадумался на мгновение:

- Не ложь. Кроме моего происхождения. Это я вытащил из твоей памяти. Что-то из вашего, террианского творчества. Мне понравилась идея огромной живой планеты. Разумеется, это выдумка. Художественная интерпретация того, что я нашел у тебя в голове. И вообще. Я тут подумал, и пришел к выводу, что съесть всех троих будет эффективнее. Такого объема мне хватит, чтобы пролететь несколько километров в поисках пищи.

– Если уж нет выхода, жри меня. Но эти люди не должны пострадать. Они рисковали жизнью просто, чтобы помочь мне. Прошу тебя…

Свет в глазах начал мерцать, в ушах Полоцкой зашумело. Когда ей удалось «навести резкость», Алиса осознала, что уже не связана нитями кокона, а её спутники сидят напротив, с такими же недоумевающими лицами.

–Интересный вы вид, - задумчиво сказал корабль. Каждый был готов пожертвовать жизнью за остальных. Это заслуживает уважения.

Тесалов старший вытер со лба испарину, - Вы не будете нас есть?

– Не несите чушь, учёный. Я не питаюсь разумными формами. Это был банальный психологический тест.

– Зачем? Зачем нужно было нас запугивать, ненормальное ты создание? – Алиса на грани истерики колотила кулаками в мягкие стены.

– Успокойся. Я хотел знать, насколько вам можно доверять. Ведь вы стоите фактически на моём сердце. Здесь может пребывать только экипаж. А я всегда хотел видеть «на борту» достойных.

– Еще скажи, что мы избранные, - съязвил Алекс.

– Ты же говорил, что сам себе экипаж? – напомнила Полоцкая.

Корабль выждал, пока все желающие выскажутся, помянут его незлым тихим словом, а затем ответил:

Я пять тысяч земных лет ждал тех, кто поведет меня в новый путь. Скажу честно, это долго. А я нетерпелив, и не люблю торчать на планетах так долго.

- Опусти нас на землю. Немедленно, - потребовала Алиса

- Это у вас гормональное. Я вижу показатели. Да и нервы уже сдают. Нужно больше отдыхать, прибегать к применению ваших репродуктивных органов. Тогда станете немного спокойнее.

– Ах, ты, сукин… корабль… - Полоцкая пнула мягкую стену, и та затряслась, словно желе в тарелке, – Ты в мою жизнь не лезь! Когда хочу, тогда и использую органы! Не тебе меня учить!

Гости понятия не имели, умеет ли космолёт шутить или издеваться. Но у него отлично получалось задевать их за живое.

– Вот зря вы так реагируете. Я же добра вам всем желаю. К примеру, молодой мог бы вам помочь в решении проблемы. И не нужно отрицать. Биохимические тесты и реакции показывают, что у него к вам влечение.

После этой фразы засмущался даже Алекс. Лицо Полоцкой стало цвета красного знамени. Сейчас она была готова сожрать изнутри наглое создание.

И только старый ученый заливался смехом. Со стороны молодежь выглядела столь комично, что даже памятник не выдержал, глядя на эту сцену.

---

Майор Овинов не без труда встал. Мышцы болели так, словно каждую из них надорвали в нескольких местах. Он пихнул зам командира по технической части. Тот, кряхтя, словно древний старик, поднялся на колени. Большего его тело выдать не смогло. Он страдальчески закатил глаза, шепча ругательства, достал из нагрудного кармашка платок и вытер пот со лба:

– Дима, ты знаешь, какая сука это устроила?

Овинов кивнул, - Догадываюсь. И яйца я ему вырву.

Понемногу в чувство приходили солдаты. Разумеется, ни о каком дежурстве речь уже не шла. Бойцы осмотрели искорёженный ангар, из которого вылетел корабль, прочесали всю базу, но так ничего и не смогли найти.

В штабной зазвонил телефон. Майор кинулся поднимать трубку.

Выслушав порцию отборнейшего мата от командира, он пояснил ситуацию. Минутная пауза на другом конце провода красноречиво говорила о том, что Ельницкий в шоке от услышанного. Уложив в голове отчет Овинова, он сообщил о ситуации с прорывом границы и воздушной атакой. Бойцам предстояло отправиться в крепость для оказания помощи гарнизону.

На пояснения майора по поводу состояния солдат, командир честно ответил о своём отношении к этому обстоятельству.

--

Никто не мог представить, какое количество наемных войск направил Черный орден на первую операцию. Лазутчики – диверсанты в крепости взорвали склад. Это дало наступающим войскам и летающим устройствам значительное преимущество.

Пока гарнизон отвлекся на первый взрыв, прозвучали еще два под башнями. Установки ПВО обстреляла артиллерия с земли. Вслед за ней удар нанесли пехотные отряды. Силы обороны оказались отрезаны друг от друга, лишены проводной связи.

Шесть воздушных кораблей ударили из орудий по стенам крепости. Круша камень и разрывая плоть, они похоронили последние надежды соперника. После непродолжительных боев город был взят и полностью захвачен пехотой.

---

Хотя никакого насилия на улицах не началось, Алиса понимала, что захватчики не менее опасны, чем пираты-маларийцы или лаккианцы. Но что-то дернуло её сходить на центральную площадь. Ей хотелось увидеть летучие корабли, о которых столько говорил Алекс.

Импровизированная пристань перед городской ратушей поместила шесть кораблей. Вокруг них сновали матросы, наёмники Черного Ордена и прочие оккупанты, недоверчиво поглядывающие на местных.

Среди пиратского войска оказалось немало женщин, что заметно удивляло горожан. Ведь местная армия принимала в свои ряды только мужское население.

Продираясь через толпу, Полоцкая заметила до боли знакомые черты…

Белые локоны и лицо, вымазанные в машинном масле, на голове невообразимо странная конструкция, мало напоминающая нормальный лётный шлем, форма Черного ордена, штурмовой метатель молний, ботинки на два размера больше... Но, в целом Лина мало изменилась. Впрочем, узнать её в таком виде смог бы только тот, кто знал девушку очень хорошо. На всю планету был лишь один такой человек - Алиса Полоцкая. 

- Шевелись, кавалерия! А ты чего встала, как вкопанная, абордажный лом тебе в жо... Алиса?

Этот момент требовалось снимать на фотокамеру, которой ни у летучих моряков, ни у спутников Полоцкой при себе не имелось. Потому, он остался в истории, лишь, в памяти немногих, проходивших мимо.

- Ты где была?! - заорала Алиса.

Коперник же разглядывала наряд потерянной подруги. Лина не верила своим глазам. Платье, кружева, туфельки на каблучке. И косметика. Божечки... самая настоящая косметика. Она даже потянулась грязными пальцами к лицу Полоцкой, за что получила по руке.

---

– Это у вас что, семейное что ли? Бить меня чуть что…

Полоцкая посмотрела на бывшую напарницу так, словно та сказала какую-то глупость. В смысле, ещё большую, чем обычно:

– Это ты сейчас о чем? Точнее, о ком?

Лина замялась, - Я тут тебя кое с кем познакомить должна…

---

От перегара и дыма трубки запотели даже иллюминаторы в капитанской каюте. Если вы видели древний террианский анимационный фильм «Ёжик в тумане», то эту картину можно было сравнить с десятикратным «ёжиком». У Лины слезились глаза от ядрёнейшего табака Фронтеры, запах которого заставлял даже крыс забиваться поглубже в свои норы.

Алиса же, как ни в чем не бывало, потягивала трубочку вместе с новообретенной мамашей, и, под пиратское пойло рассказывала той о своих приключениях за последние «надцать» лет жизни. Упустила она лишь свой не самый удачный опыт отношений «надолго». Впрочем, Анну меньше всего волновал этот вопрос.

А вот саму Полоцкую разбирало любопытство, кто же её настоящий папаша. Только вот, капитан на все подобные вопросы отвечала крайне скользкими фразами, стараясь не говорить прямо. В итоге Алиса даже не поняла, жив ли ее старик.

Исходя из поведения Фронтеры, Коперник сделала вывод, что это либо ошибка молодости, либо какая-то трагедия, воспоминания о которой могли причинить боль.

Из одного разговора, о котором Анна давно забыла, Лина запомнила, что Алиса была рождена от законного мужа. Это несколько упрощало задачу поиска. Ведь должны сохраниться записи о заключении брака, а в документах на ребенка обычно пишут данные обоих родителей.

Когда Алиса с матерью отправились на верхнюю палубу, покачиваясь и о чем-то болтая, Лина утянула запасной ключ от каюты. Теперь оставалось незаметно вернуться и покопаться в бумагах.

Девушка шла тихо, на цыпочках, стараясь не скрипеть старыми досками. Получалось через раз. Она знала, что у команды слух чуткий.

Вот она, заветная дверь. Девушка полезла в карман за ключом, но его там не оказалось. Как так могло получиться? Она могла побиться об заклад, что клала его в правый кармашек. Выпасть оттуда он мог только в том случае, если бы Лину кто-то поднял за ногу и хорошо потряс.

– Что-то потеряла?

Голос за спиной она бы никогда ни с кем не спутала.

– Анна? Я…

– Украсть что-то у пирата незаметно? А ты наивнее, чем кажешься, – Фронтера стояла одна. Алисы с ней уже не было. В её тонких пальцах блестел небольшой серебристый ключик, – Я решила, что мне он больше нужен, чем тебе. Так что в моей каюте есть такого, что ты решилась на такую отчаянную и глупую авантюру? Давай, удиви меня…

– Алиса заслуживает знать, кто её настоящий отец. – Лина была серьезна, как никогда. В её голосе слышались нотки решительности. Но капитан чхать хотела на мнение бывшей помощницы.

– Поверь, девочка, лучше ей этого не знать еще 27 лет. И уж точно, это не стоит знать тебе.

Услышав голоса в коридоре, начали собираться матросы. Анна понимала, что вокруг слишком много лишних ушей. Им-то точно не стоит знать подробности происходящего.

Воцарилось всеобщее молчание. Все ждали, чем закончится сцена. Тишину прервала Полоцкая.

– Я бы тоже хотела услышать ответ. Кто мой отец?

В глазах предводительницы пиратов застыла слезинка. Она шыкнула на матросов, и те тут же испарились, заняв места в своих каютах.

– Идём, разговор будет долгим…

---

Через полчаса три женщины вышли из каюты с такими лицами, словно у них всех кто-то умер.

Лина, ничего не говоря, направилась к себе. Алиса решила, что хочет проветриться и поднялась наверх. Капитан злобно зыркнула на подсматривающих подчиненных. Те тут же закрыли двери, понимая, что сейчас под горячую руку лучше не попадать.

Анна убедилась, что никто не видит и не слышит её, достала из кармана старую фотографию, оторвала половину и сожгла:

- Прости, дочь, но лучше ты будешь верить в эту историю, чем узнаешь правду…

---

Алиса сидела на палубе в раздумьях. Она оценивала ситуацию, понимая, что немалую роль в поражении гарнизона сыграло то, что Тесалов вырубил военных на базе. Стало быть, их вылазка привела к тому, что оборона потеряла несколько сотен бойцов. Сколько людей могло остаться в живых, если бы прибыло подкрепление? То есть, она виновата в том, что город оккупирован толпой головорезов, нанятых Черным Орденом.

Лина, её мать, люди и странные создания на корабле… Все они теперь преступники, пособники жестокого режима. И если война закончится не в пользу Ордена, всей компании грозит казнь. Это, если они переживут грядущую битву с подходящими к городу силами регулярной армии.

Незаметно она сошла с корабля и направилась вглубь старого города. Там её никто не ждал. Но сейчас требовалось немного уединения.

Конечно же, она понятия не имела, что Анна отправила вслед двоих матросов. Они по пути убрали двух грабителей, маньяка-насильника, и какого-то странного человека, который грозил их проклясть, размахивал четками, выронил магическую книгу, а после первого тычка в нос расплакался. Ох уж эти тёмные культисты…

Сама Фронтера готовилась. Она отлично понимала, что затишье перед бурей скоро закончится. И затянувшееся спокойствие не предвещало ровным счётом ничего хорошего. К резне она привыкла. Но одно дело – один на один. Даже один к трём… Но против всей местной армии пираты точно не выстоят и часа.

Песчинка в глазу

Мир рассыпался на тысячи кусочков миллиарды раз. Будь он красивой фарфоровой вазой, о нём бы поплакали и забыли. Но в этом случае всё было сложнее и проще одновременно.

Когда ты крохотная песчинка, носимая бурей, никому до тебя нет дела. Когда – горсть песка, тебя стараются вымести за порог. Потому, есть два пути – оставаться незаметной песчинкой или стать песчаной бурей.

Лина проснулась с жуткой головной болью. Если бы сейчас рядом с ней лежал самый прекрасный мужчина на Земле, и предлагал ей лучший секс во вселенной, она бы поморщила носик и ушла умываться. В глазах мельтешили разноцветные звёздочки. Будь вчера пьянка на корабле, можно было бы списать состояние на похмелье.

Коперник обошла весь корабль, но Алису так и не нашла. Ей даже показалось на мгновение, что произошедшая встреча – всего лишь яркий и хорошо запомнившийся сон.

Девушка поднялась наверх подышать свежим воздухом. На площади стояли солдаты. Все пребывали в ожидании. Слишком уж затянулось прибытие армии противника. Но куда больше беспокоил тот факт, что подкрепление также не прибыло. Подозрение вызывал и тот факт, что не приехал никто от Черного Ордена. Хотя в договоре с наёмниками этот пункт значился. Если фанатики боятся сюда соваться, значит, дело – труба. Это и ежу понятно.

Лина задумалась о том, что теперь, когда она знает, что Алиса жива, здесь делать нечего. Нужно эвакуироваться из странного места. Только вот что делать с Анной? Ведь если космические путешественницы исчезнут, Фронтера останется вновь одна. Но на сей раз она может сохранить в памяти эти события. Коперник с трудом понимала, как следует поступить в такой непростой ситуации. Её терзали сомнения. Да и как «выпрыгнуть»? Умереть еще раз? Ей как-то не слишком нравилась идея суицида. Героически пасть в бою с превосходящими силами соперника? Желания сражаться за этот дурацкий орден не возникало. Она и сюда-то прилетела лишь в надежде отыскать каким-то чудом напарницу.

– У меня есть идея.

Лина дёрнулась от страха, огляделась, но никого не увидела.

– Не пытайся меня разглядеть. Я не рядом. Я внутри.

– Библиотекарь? – спросила удивлённо Коперник.

– Нет. У тебя ещё одна попытка.

– Ункар? Ты жив?!

– И да, и нет. После того, как коллега побывал у тебя внутри, я получил немного энергии. Её мало для того, чтобы покинуть твоё тело. Но достаточно для того, чтобы общаться. Так что привыкай к раздвоению личности. Если тебя начнут считать сумасшедшей, я не виноват.

– Ункар… Спасибо тебе. Ты спас меня тогда…

Голос в голове стих. Словно сказочник о чём-то задумался.

– Ты не совсем понимаешь, что произошло, девочка. И я не смогу тебе этого объяснить сейчас. Я не тебя спас, а её…- Ункар вновь замолчал, заставляя Лину стоять с открытым от удивления ртом посреди палубы.

---

Трущобы Алленс-авеню можно было сравнить с трущобами из романа «Отверженные». Здесь царила своя, особая атмосфера. В этом месте каждая крыса мнила себя королевой, а объявись среди нищих коронованная особа, её бы осмеяли, разодрали одежду в лохмотья и выдали стальную кружку для подати. В этом месте все равны.

Когда Полоцкая пересекла «черту», отделяющую Алленс от центра, вокруг словно сменили декорации. Исчезли пёстрые витрины, цветочные горшки на окнах сменились на ржавые решетки. Вместо приветливых лиц – скорбные мины городской нищеты.

Замечала ли всё это Алиса? Скорее нет, чем да. Она брела, куда глаза глядят. Красивое платье припадало пылью, мокло в невысыхающих лужах. Локоны успели спутаться. Живот начинал урчать от голода, а денег с собой девушка не брала.

В один момент, словно «включившись», она остановилась на перекрёстке. Из –под ног врассыпную кинулись мыши, бродячий пёс обнюхал подол платья и тихо заскулил. Полоцкая наклонилась, чтобы потрепать дворнягу по сбившейся шерсти.

Впереди горела лампа над входом в таверну. Понимая, что бесплатно её никто не станет кормить и поить, Алиса задумалась, чем сможет расплатиться. Кольцо, браслет, серьги. Она сняла украшения, чтобы их не украли прохожие. Ей приходилось бывать в подобных местах на Терре-7, Манагассе, Малари. Районы для бедных у каждого народа имеют схожие черты. И главная из них – ощущение, что все здесь давно мертвы. Вместе с надеждами и мечтами.

Подол платья, окончательно истрепавшийся в дороге, пришлось укоротить при помощи осколка стекла. Из стильного наряда длиной в пол, оно превратилось в «миди», прикрывающее ноги до середины икры. Этого было вполне достаточно для удобства при ходьбе.

Полоцкая размяла руки, похрустела шеей, предвкушая мордобой с желающими покуситься на её честь, либо другие проблемы, уготованные судьбой.

---

Это место было словно списано с того бара, где она успела заработать наколку и напиться гокки. Единственным отличием было, пожалуй, отсутствие представителей других рас, выжирающих литры самых невероятных настоек, способных убить любое живое существо.

Бармен привлек внимание более всех присутствующих. В нём было что-то угрожающее. Словно этот здоровенный мужик отслужил палачом последние двадцать пять лет, а на пенсии решил открыть бар.

– Чего уставилась? Заходи, выпей, - подмигнул он ей, – Ты не похожа на местную. Недавно у нас?

Алиса пригляделась к разговорчивому великану. Верить кому-то в этом месте противопоказано. Показать недоверие – ещё опаснее.

Потому она мило улыбнулась мужчине, - Ага. Неделю, как приехала. Знакомлюсь с достопримечательностями.

На этой фразе заржали даже немые. Разумеется, не настоящие, а те, кто собирал подаяния, притворяясь таковыми.

Алиса оперлась о дубовую стойку бара, впиваясь взглядом в куртку бармена. На ней красовалась до боли знакомая эмблема.

– Что, увидела что-то необычное, - скривился в ухмылке здоровяк, – Да, было дело. Служил я Ордену. Как и многие в этих местах. Кто-то и сейчас служит. Они пиратам помогли город взять. Они взорвали линию обороны. А я… Я устал от этого всего.

–Кем ты был? – Нагло спросила Полоцкая, подстраиваясь под панибратский тон собеседника.

Тот убрал усмешку с лица, – Королём боли. Задавал нужным людям нужные вопросы правильным способом. Отвечали все. Кто выживал после вопроса.

– Пытки?

– Допросы с пристрастием, – На лице мужика вновь нарисовалась довольная улыбка.

Алиса спиной чувствовала, что её обступает толпа. Но сделала вид, что ничего не замечает, - А скажи-ка любезный, с чего ты так разоткровенничался с незнакомой бабой в кабаке? Тем более – с приезжей. Неужели, от одиночества страдаешь?

В зеркале за стойкой отлично было видно, что позади собралось достаточно желающих пустить девку по кругу. Кто-то достал нож или заточку, а кому-то было интересно посмотреть со стороны, чем закончится история.

Глаза искали твердые и острые предметы. Руки готовились к побоищу. Своевременно освобожденные от длинного платья ноги напряглись в готовности дать отпор любому, кто сунется.

Только вот на лице Полоцкой, привыкшей к пиратам, патрулям и прочему, все эти мысли никак не отображались. Она всё так же вопросительно глядела в глаза бывшего палача.

Интересно всё-таки она угадала с «профессией». Хорошо еще, что символику Черного ордена опознала. Впрочем, не читай она местных газет, и про Орден бы узнала только вчера.

Ей сейчас очень хотелось, чтобы в бар зашла Лина, или обретенная мать, а лучше – в сопровождении толпы пиратов. Но так бывает только в сказках. А сказок с концом «разной степени счастливости» за последних несколько месяцев накопилось столько, что хватило бы на многотомное собрание сочинений. Кажется, настал тот самый момент, когда сама вселенная сказала «стоп, я устала вас щадить и спасать».

Вот бы сейчас спустить на эту свору оборванцев парочку слизней. Чтобы забились по углам, как крысы, вопя и прося пощады.

Закончить мысль Полоцкая не успела, оглушенная ударом по голове. Она не потеряла сознание. В глазах просто на миг потемнело. Реакция, уже не столь быстрая как раньше, помогла чуть сместить точку попадания тяжелого предмета. Потому, большая часть массы, инерции и прочего, пришлись не в точку, намеченную бандитом, а вскользь. Тот факт, что Алиса не вырубилась, как это с ней бывало не единожды за время недавних странствий, уже удивляло.

Она развернулась, ударив костяшками пальцев в кадык тому, кто имел наглость на неё напасть. Следующий удар, к сожалению, принадлежал уже не Полоцкой. Это бармен приложился бутылкой от шампанского по голове непрошеной гостьи. На пол упали несколько капелек крови, но девушка устояла на подкосившихся ногах, отмахиваясь от очередного желающего треснуть её по башке.

Тяжело выдохнув, она оттолкнулась ногой от стойки, одновременно вцепившись в глотку лысого мужика, с изрезанным лицом. Тот даже опешил на мгновение.

Тело обожгла резкая боль. Это кто-то полоснул ножом по спине. Фортуна смеялась над ней… Удача? Да, ведь могли и пырнуть под рёбра. Но кому от этого легче?

Мерзавцы игрались, не нападая всей толпой, а дразня жертву, словно кошка испуганную мышь. Голова кружилась, к горлу подкатывала тошнота, ноги становились всё более ватными, грозя не удержать хозяйку, окруженную сворой цепных псов, готовых разорвать в любой момент.

Еще несколько тяжелых ударов сапогами по ногам, в живот, тычок в солнечное сплетение. Алиса согнулась в три погибели, прикрыла голову руками… Каждый хотел пнуть, ударить кулаком, дать пощечину. Словно они мстили, срывались за свою незавидную судьбу. Мстить первому встречному? Отличное гостеприимство, что тут скажешь?

– Кончаем девку? - спросил низкорослый бандюган с кривым ножом, - или по кругу пустим? Первым будешь?

Когда ошмётки платья перестали скрывать кружевное бельё, Алиса давно лежала в беспамятстве, пуская слюни в лужу собственной крови.

– А баба-то хороша… Зря ты её порезал, - обратился один из бандюг к товарищу.

Тот кивнул. Похотливо поглядывая на полуобнаженное тело жертвы, он уже предвкушал приятное для себя завершение вечера.

Как мало нужно для того, чтобы люди превратились в диких зверей. Визжа и вопя, они кружили хороводом, вокруг распростёртого на полу тела едва живой девушки. Но никто не касался её, ожидая, когда бармен выйдет из-за стойки. Ему принадлежало сегодня «право первой ночи».

А тот не спешил. Налил себе стопку виски, он выпил залпом, занюхал перечницей, громко чихнул и утер нос рукавом.

– Э… аккуратнее с барышней, испортите шкурку – цена ей будет грош. А так и сами попользуем, и денег выручим за смазливую рабыню.

Головорезы склонились над Полоцкой, не видя и не слыша ничего вокруг. Двое взяли девушку за ноги, еще двое держали руки. А бармен достал нож, чтобы разрезать бельё, будто ленточку на торжественном открытии очередного магазина.

Кто-то охнул, но его вскрик-стон не привлёк внимание. А сам он стоял чуть поодаль, пронзенный тонким, словно шампур, лезвием. Обернувшись, он одними губами прошептал:

– Кровавая…

Когда в толпу зевак, столпившихся вокруг Алисы, упал труп, первым пришел в себя владелец заведения.

– Кровавая Анна пришла – шептались бандиты, теснясь к стойке.

Фронтера облизала кровь, обнажая серебристо-серую сталь клинка:

– Я всегда знала, что ты – грязный и мерзкий ублюдок. И что стоило тебя убить задолго до того, как ты превратился в то, чем стал сейчас. Но тут ты превзошел сам себя. Да… Конечно… Ты же понятия не имеешь, кто эта девочка. И чуть было не подписал себе смертный приговор.

–Анна, уйди. По-хорошему прошу, уйди. Прошлое ворошить нет смысла. Если эта девка из твоих, выкупи её. А нет, так мы с парнями найдем применение.

– Ты изнасилуешь и продашь в рабство собственную дочь? – в этот момент в голосе капитана пиратов была такая нотка презрения, что ее почувствовал бы даже тот, кто не знал местного языка.

– Наша дочь умерла больше двадцати лет назад. И мы оба это знаем. – Бармен осмотрелся, понимая, что семейная сцена собрала много свидетелей, - Все вышли из бара… повторять не буду.

Спустя два часа и два литра виски.

– Ты с ума сошла, я никогда в жизни не поверю в такую чушь. Путешествия во времени, другие миры, полёты на кораблях к звёздам… За те двадцать лет, что мы не виделись, у тебя снесло крышу окончательно. Смирись. Просто смирись с этой мыслью

Анна молча вытирала кровь с лица Алисы, - Что смотришь? Неси еще тряпок и воды. Твои дебилы на ней места живого не оставили… Явись я минутой позже…

На лбу мужика образовалась большая вертикальная морщина, - Значит, это всё-таки не тупая шутка, не случайность, и не твоя шиза?

Анна легонько мотнула головой:

- Она вернулась. Та девчонка, которая украла нашего ребёнка. И сама привела нас туда, где мы нашли… Алису… Теперь её зовут Алиса.

– Забавно. Ведь именно так предлагала назвать её ты. А я настоял на имени моей бабушки, – усталая улыбка коснулась лица безжалостного палача. Он хотел прикоснуться к лицу Полоцкой, но Фронтера остановила бывшего мужа.

– Свой шанс быть хорошим отцом ты уже упустил. И я ей сказала, что её папаша другой человек… А теперь заткнись и придумай, во что её переодеть.

--

Тёмные кварталы старого города таят много угроз. Но даже здесь, под пеленой мрака, среди боли, отчаяния и разрушенных судеб, есть те, кому еще можно доверять. Их мало, но, как говорил один мудрец – даже один, это уже не ноль…

Анна сидела при свете керосиновой лампы, вглядываясь в лицо дочери. Та тихо спала, посапывая и вызывая умиление даже у головореза-папаши. Тот места себе не находил. Ещё бы, несколько часов назад он готов был засадить девчонке и пустить её по кругу. А тут вдруг выясняется, что это твоя взрослая 27-летняя дочь, прилетевшая из будущего, да ещё и с другой планеты… Палача жизнь к таким поворотам не готовила. Он почесывал лысеющую голову, пытаясь сообразить, что делать дальше в сложившейся ситуации.

Фронтера, злая на супруга, искоса поглядывала на него, ожидая подвоха. Но тот ничего не замышлял, лишь прикидывал, как эвакуировать из города семейку, внезапно образовавшуюся в его коморке

Ни Анна, ни пираты понятия не имели, что должно произойти в ближайшие двадцать четыре часа. А ищейки бармена давно доложили ему о планах военных.

– Вам пора уходить. Осталось часа два, потом здесь будет слишком жарко, - бывший палач окинул взглядом Полоцкую, посапывающую и вряд ли способную самостоятельно куда-то бежать, – Бери своих людей, а я помогу вытащить Алису.

Где-то вдалеке загудела сирена.

– Началось, - констатировал бармен. Он вскочил со стула и кинулся в угол коморы. Оторвав несколько половиц и приподняв тяжелый люк, мужчина указал вниз, – Этот ход ведёт в поле за городом. Там вас никто не достанет.

Фронтера подняла дочь, та сонно ухватила Анну за шею, - А ты?

– У меня здесь еще есть дела.

Капитан потащила Полоцкую к люку. Папаша, видя, что процесс движется слишком медленно, и выругавшись про себя, подхватил Алису одним лёгким движением, быстро спустил вниз и вернулся за женой:

– Поторопись. Если они начнут бомбить прямо сейчас, своды обрушатся и вы не выберетесь…

---

Подземный ход оказался высоким и вполне просторным. Временами своды поднимались на такую высоту, что здесь бы проехал небольшой автомобиль. Те, кто строил убежище, явно готовились основательно. В стенах закрепили лампы. Причем, не керосиновые, а электрические. Алиса щелкнула выключателем, и они осветили проход.

Алиса приходила в себя. Её мутило, и жутко болело всё тело. Она не слишком хорошо помнила обстоятельства, хотя и слышала часть разговора родителей, лежа в полудрёме.

– Он остался… - прошептала она высохшими губами. Почему… Почему он не ушел с нами?

Фронтера хмыкнула, - Ты за себя переживай, а не за этого…

– Но он же мой отец, - Полоцкая все ещё не могла понять, что происходит.

На лице Анны промелькнула едва заметная усмешка, - Он тоже так думает. Вот и пусть думает дальше.

Эта фраза еще сильнее запутала Полоцкую, которая и без того перестала понимать даже десятую часть происходящего в её судьбе.

– Зачем ты соврала ему?

На лице пиратской предводительницы застыла вселенская печаль. Вот, примерно так себя ощущала сама Полоцкая при общении с Линой.

– Доченька, это у тебя от травмы, или ты каждый день такую херню морозишь? – уточнила Фронтера, - Я захожу в помещение, где мой бывший муж и еще десятка полтора наёмников пытаются тебя изнасиловать и убить. Вариант «привет, мальчики, как дела?» явно не спас бы твою шкуру и девичью честь. Если у тебя есть еще несколько идиотских вопросов, задашь их после того, как мы выберемся за пределы города. Если ты не заметила, то у нас над головами не фестиваль идёт, а бомбы падают.

Своды в этот момент загудели, посыпался песок и мелкие камни. Словно кто-то наверху решил подкрепить слова Анны фактами.

– Я когда-нибудь узнаю правду о моём настоящем отце?

Анна заглянула в глаза дочери, – Я и сама не знаю всей правды.

---

После массированной бомбардировки в город, наконец, вошла пехота. Люди, обезумевшие от ужаса, и совершенно не понимающие, кто их убивает, радостно встречали освободителей. Но те хладнокровно убивали их всеми доступными способами. На улице выехали огнемётные машины, в подвалы домов забрасывались шашки с газом, солдаты стреляли в спины.

Народ, успевший сообразить, что их явно не спасать пришли, отступал в центр, к площади. Там готовились к бою оставшиеся в живых пираты и местные головорезы, понимающие, что лучше объединиться для спасения своих задниц.

Норман прятался за железным ящиком, отстреливаясь от приближающихся пехотинцев. Рядом с ним прятался горожанин лет сорока. По его виду любой бы догадался, что мужик явно не лавочник. За поясом – пара пистолетов, из голенища сапога торчал приличных габаритов нож.

– Что происходит? Почему они убивают местных? – спросил пират

– Закон Хоуэлса. Его лет сто не применяли уже… Если город во время войны оказывает поддержку силам противника, его считают вражеским и сносят ко всем чертям. С женщинами, детьми и всеми, кто оказался в этот момент внутри. Даже, если он приезжий. Кто ж тут будет разбираться.

Раненый боцман подполз поближе к старпому, - Чёрт её дери… где Фронтера? Нас сейчас перебьют, как крыс, а она шляется, хер знает, где!

Норман ухватил мужика своей здоровенной лапищей за шею, – Ещё пара слов в таком тоне о капитане и я лично выброшу тебя под ноги гвардейцам. Вопросы?

– Никак нет… – хрипло ответил боцман, выплёвывая сгусток крови на брусчатку, – Надо отходить. Мы тут мишень им для разминки.

Пираты, стараясь не высовываться, двинулись в сторону уцелевших домов. За ними потянулась вереница местных. Кто-то в процессе схлопотал пулю в спину, кому-то уже и без того досталось так, что сил отступать попросту не было. Раненых бросали на верную гибель. Пираты, видя такую картину, почувствовали себя вполне адекватными людьми. Они-то своих вытягивали, а безнадёжных добивали, чтобы тем не пришлось мучиться под пытками дознавателей.

Гвардейцы из догорающего города исчезли так же неожиданно, как и появились. Люди постепенно приходили в себя, оплакивали павших товарищей. Женщины рыдали над телами своих детей. Так продолжалось чуть более часа. Как только регулярная армия покинула кварталы, их место заняли бойцы черного ордена. Они действовали ничуть не менее жестоко и решительно, добивая раненых, безжалостно истребляя всё живое, что не додумалось скрыться, забиться глубже в норы.

---

В центр площади с неба сбросили верёвочную лестницу. По ней спустился человек в элегантном костюме, высоких сапогах и в черных кожаных перчатках. На вид ему было около пятидесяти. Густые черные волосы едва тронула седина. Он вдохнул сырой воздух, наполненный запахом крови, пожара и наступающей осени.

К нему подошел военный:

– Обер-капитан Дойс. Операция завершена.

– Поздравляю, всё прошло замечательно и вполне убедительно. – На лице представителя Черного ордена эмоций было не больше, чем у памятника, потому угадать, о чём он сейчас думает, не представлялось возможным.

Офицер кивнул:

– Решим вопрос быстрее. Нас не должны видеть вместе. Это угрожает интересам государства.

– Полно вам, мой юный друг. Армия делает людей такими параноиками… Мне кажется, здесь вряд ли остался кто-то желающий быть в центре событий. Ладно. Вот пакет с деньгами и инструкциями. Что делать дальше, разберётесь по ходу дела.

– Вас понял. Командование отвело основные войска. Официально ваше вторжение начнётся завтра в семь.

Офицер Ордена молча улыбнулся и ухватился за перекладину верёвочной лестницы.

---

Поле. Дикое поле, давно заросшее сорной травой. От края до края километра два. И ни души. С одной стороны, замечательно – никто не подстрелит и не скинет бомбу на голову. С другой – далеко от Лины, которая осталась там, с пиратами.

От этой мысли Полоцкой стало до того тошно, что она попросту села на корточки и заявила матери, что дальше никуда не пойдет.

– Дура, убили давно твою подружку. Хочешь вместе с ней на тот свет?

Алиса отрицательно мотнула головой:

– Не убили. Иначе бы меня тоже выбросило вместе с ней.

Фронтера отвесила дочери оплеуху:

– А с чего ты взяла, что так будет повторяться всегда? Ты знаешь, как эта штука работает? Нет! Так не пори чушь, и идём отсюда как можно дальше!

Алиса даже опешила. Внутри что-то подсказывало, что напарница жива. С другой стороны, мать безусловно права. Ведь нет никакой гарантии, что события будут развиваться по одному сценарию.

Фронтера тяжело выдохнула. Она-то отлично понимала, что дочь сейчас может слушать её, кивать, соглашаться, но всё равно пойдет под пули, лишь бы только вытянуть подругу. Капитан и сама поступила бы так в её годы. Сейчас опыт и здравый смысл брали верх над эмоциями.

– Иди… если хочешь.

– А ты? – Алиса посмотрела в глаза матери, и та кивнула:

– А ты думала, я тебя одну отпущу, дурёха?

Путь назад окончательно измотал Полоцкую. Она сбила ноги в дамских сапожках, совершенно не предназначенных для поиска приключений на пятую точку. Ещё бы несколько минут такого бега, и пальцы окончательно превратились в кровавое месиво.

Потому она остановилась, чтобы передохнуть.

– Анна… можно я буду называть тебя мамой? – Алиса уставилась на опешившую женщину ожидая хоть какой-то реакции.

Фронтера молчала. Её никто и никогда за годы жизни не называл мамой. Других детей она не завела, да и не от кого было, по сути. Мужчины в жизни менялись чаще, чем погода за окном, но ни одного из них она не считала достойным стать отцом будущего ребёнка. А ещё…ещё ей казалось, что родив еще детей, она предаст ту маленькую девочку с большими глазёнками, какой запомнилась Алиса.

– Конечно… конечно, можешь называть меня так, если захочешь.

Над головами что-то зашумело, колосья под ногами разметало ветром, и женщины посмотрели вверх.

Над головой парил тот самый говорящий звездолёт. Из приоткрытого люка махал рукой Тесалов – младший.

---

Корабль впустил гостей на борт, познакомился с Фронтерой и отпустил парочку шуток про суицидальные формы идиотизма пополам с самоотверженностью, к которым склонны Алиса и её друзья. Сообразив, что попутчики явно не в восторге от его юмора, путешественник уточнил, что это был своего рода комплимент. Ведь именно за такие качества он и выбрал эту компанию своим потенциальным экипажем.

– К слову, я сильно проголодался, и мне бы не помешало перекусить. Потому, мы сейчас можем направиться в гущу событий. Вы показываете, где свои, где чужие, и я решаю вашу проблему. По рукам?

Полоцкая не совсем поняла, что имел в виду корабль. Зато Фронтера быстро смекнула, что они обрели отличного союзника:

– Замётано. Летим в центр, к площади. Пираты – наши. Я покажу, кого забирать.

---

То, что творилось в центре, сложно было назвать войной. Людей давили, жгли, им отрезали головы. Пленных никто не брал. Да и смысл их брать, когда цель – зачистка.

Вояки, отчитавшиеся об успешном выполнении задач, давно ушли, а их дело довершал спецназ Ордена. Безжалостные профессионалы отыскивали даже катакомбы, забрасывая их шашками с ядовитыми газами, минируя выходы и бетонируя тоннели. Имея на руках планы, проданные предателями, они использовали эту информацию против самих продавцов.

С каждой минутой старый город вымирал.

Отряды карателей постепенно сужали кольцо, в котором находились остатки выживших. На одно из таких подразделений и нарвался корабль с Алисой и её компанией.

– Что нужно сказать?

Фронтера усмехнулась, - Приятного аппетита!

Огромная черная тень, пронесшаяся над головами, заставила спецназовцев уставиться в небо. В тот самый момент им на голову вылилось несколько сотен литров едкой черной жижи, напоминающей тут, из которой состоял судья Тиам. Судя по крикам снизу, ощущения она доставляла не самые приятные.

Следом корабль выплюнул иглы-споры, с невероятной скоростью прораставшие внутри тел. Эти миниатюрные создания превращали солдат в живые памятники, не давая им при этом быстро умереть.

Немного снизившись, звездолёт раскрыл нижний люк, напоминающий огромную пасть, усеянную зубами, и из неё потянулись гибкие щупальца, затягивающие людей в «брюхо».

--

Норман и боцман, наблюдавшие картину в центре, решили, что теперь им точно кранты. Если через ряды убийц прорваться смог бы только танк, то скрыться от этой летучей машины смерти не под силу никому. Каково же было их удивление, когда чудо неизвестной техники снизилось, и щупальцем спустило вниз Алису.

– Эй, да это же подруга Лины! – боцман радостно замахал руками, привлекая к себе внимание. Только вот он не учёл того, что на него в этот момент смотрела не только Полоцкая.

Вояка из Ордена, стоявший чуть дальше, прицельно выстрелил ему под ребро. Мужчина охнул, и завалился на спину. Стрелка тут же настигла пачка спор, превращая в живое изваяние.

Увидев Нормана, Алиса, осмотрелась, проверяя, нет ли еще солдат поблизости. Попутно, она пыталась понять, где Коперник. С пиратом её точно не было.

---

Стоило громиле подняться на борт, к нему тут же подскочила Алиса. В её глазах было столько ярости и отчаяния, что мужик стал пятиться назад и чуть не выпал в люк. Благо, за его спиной в тот же миг всё затянулось. Реакция у летучего была отменная.

– Куда делась Лина? Ты последний, кто её видел живой! - почти кричала Полоцкая, тряся здоровенного пирата.

Тот и сам хотел бы знать, где его подруга. Но в суматохе боя потерял девушку из виду.

– Учитывая, что эти солдаты не берут пленных, она либо жива, либо мертва, - констатировал корабль.

Фронтера усмехнулась, – Гениально. Сам догадался, или кто подсказал?

Понимая, что можно запросто рассориться с экипажем, кораблик томно вздохнул, спрятал щупальца в брюхо и полетел вперёд, прочёсывать улицы в поисках Коперник.

---

– Я всё понимаю, но то, что ты сделал, было слишком жестоко, - возмущалась Полоцкая. Её едва не вывернуло, когда она увидела, что случилось с бойцами Ордена.

Корабль молчал-молчал, а потом не выдержал:

– Я, между прочим, жизнью рисковал, чтобы спасти… барабанная дробь… одного пирата, которого впервые вижу. Перебил кучу ваших врагов. Не дал причинить вреда вам самим. И что, я теперь «плохой парень» только потому, что ем мясо? Сами-то не хлебом единым питаетесь, между прочим.

За мясоеда вступилась Фронтера, - Он ведь прав. Это был не худший вариант. Да и ему пообедать требовалось . А то упал бы от бессилия вместе с нами километров с трёх. Как по мне, пусть действительно врагов наших ест. А их, между прочим, стало теперь изрядно больше. Я ведь не думаю, что наш новый друг сожрал там всё живое. Кто-то добрался к своим и всё рассказал. И вообще, что с тобой такое? Тебя чуть не пустили по кругу пятнадцать человек. Причем, не врагов, а простых местных. А ты жалеешь убийц? Причем, бездушных, безжалостных. Если ты не в курсе, Черный Орден промывает им мозги так, что те могут только есть, спать и выполнять приказы. Потому, можно считать, что кораблик ел овощи.

– Не смешно, - нахмурилась Полоцкая. Мать в очередной раз была права. Только вот не привыкла Алиса убивать кого-то. Тем более так кровожадно и массово. Раньше из всех передряг удавалось выбраться без жертв. Даже мясорубка спецслужб и Ка’Луда завершилась возвратом во времени. А здесь никакая гокка уже не поможет. Боцмана застрелили, с десяток незнакомых людей съедено.

Фронтера села напротив дочери:

– Привыкай. Это жестокий мир, девочка. Я не буду рассказывать тебе прописные истины. Но помни, что стоит тебе отвернуться, как тут же за спиной появятся желающие завладеть тобой или тем, что тебе принадлежит. Я ведь не просто так стала Кровавой Анной. Когда-то в моей жизни произошли вещи, после которых милая девочка умерла. Её место заняла расчетливая, беспощадная и непредсказуемая я. Потому, мы сейчас общаемся. А иначе, дорогая моя, ты бы и могилку мою не нашла.

---

Лина дотронулась до горящего огнём бока. Кровь шла, хотя и не так обильно, как раньше. Руки холодели, слабость накатывала. Это только в старых террианских фильмах раненые герои бегают, спасают возлюбленных и сражаются со злодеями с кучей дырок в теле. В жизни всё куда хуже и прозаичнее. Ты истекаешь кровью до того, как враг тебя обнаружит, либо он добивает тебя, уже неспособного себя защищать. Исключения? Коперник на них не рассчитывала. Судя по всему, ей предстояло вновь умереть каким-нибудь ужасным способом. Только вот верного союзника в лице Библиотекаря больше нет. И Алиса неизвестно, где.

Шаги. Тяжелая поступь армейских сапог. Кто это был – регулярные войска или Черный легион? При любом из вариантов её ждала смерть. Разница лишь в том, насколько она была бы мучительной.

Печальнее всего то, что патронов оставалось только три. А судя по приближающимся шагам, там человек десять. Она, в лучшем случае, убивает двоих, и, если успеет, пускает третью пулю себе в голову. Впрочем, если они сами её пристрелят – тоже не самый плохой расклад. Пытки – явно не то, чем бы она хотела завершить эту версию своей жизни. Не так Лина представляла себе приключения, ой, не так!

Коперник тихонько выглянула за угол здания, и убедилась в том, что там шел отряд спецназа Черного ордена. Этим её допрашивать не нужно. Либо отрежут голову, либо просто застрелят. Десять. Десять бойцов, три патрона и дырка в теле. Явно не в её пользу всё складывается.

Девушка с трудом приподнялась на затёкших ногах. В висках застучало. Вот, сейчас ей по-девичьи захотелось расплакаться и уткнуться в чьё-то плечо. Только вот кроме безжалостных солдат за углом, мужиков рядом не наблюдалось.

- Эй, ты…- прошептал кто-то с другого конца.

Лина обернулась. Там стоял мужик с топором. Здоровенный бородатый мужик.

- Чего вам…? – спросила Коперник.

– Ты с Фронтерой?

Лина кивнула, и мужчина опустил мясницкий тесак, – Идем со мной. Я знаю здесь все ходы.

– А откуда вы знаете Анну?

Незнакомец криво улыбнулся, – Довелось прожить с ней три года в законном браке. Ладно. Сейчас не до разговоров о моих знакомствах с женщинами. Они уже рядом…

---

Как Коперник добрела до укрытия? Да никак. 90% пути новый знакомый тащил её на себе. Девушка то и дело теряла сознание, а придя в себя в очередной раз, обнаружила, что очутилась в каком-то подземелье. На холодный каменный пол хозяин настелил соломы, поставил деревянную койку и небольшой стол с тумбой. Ничего лишнего, как говориться. На импровизированном столике стояло блюдце с чашкой какой-то зеленой жидкости.

– Пей, быстрее отрубишься и от инфекции помогает.

Пойло, которое дал «мясник», оказалось настолько горьким и противным, что даже гокка показалась бы сейчас нектаром. Но, что поделать, если нужно вытаскивать пулю и ушивать рану.

– Возьми, - мужчина протянул Лине деревянный цилиндр, - Зажми зубами. А я тебя привяжу, чтобы не вырвалась.

Девушка недоверчиво взглянула на мужика с кожаными ремнями в одной руке и деревянной палочкой в другой. В голове промелькнули нехорошие мысли, но она старалась выбросить их из головы.

Пока Коперник размышляла, накатывала дрёма. Она постепенно притупляла чувство. Мысли становились тягучими, похожими на мыльную воду для выдувания пузырей или жидкий мёд. Лина хотела что-то спросить, пока сознание окончательно не отправилось гулять по дебрям беспамятства, но не успела.

---

Анна понимала, что пока они не найдут Лину, свалить из этой мясорубки не светит. Потому, была больше всех заинтересована в успехе операции. Поддерживал её и корабль, который потирал щупальца при одной мысли об увеличении экипажа. Он неплохо общался с Фронтерой, считая, что у них немало общего. К примеру, методы.

– И долго нам тут еще торчать? – ворчливо спросил Норман. Он меньше всех верил в то, что Лина жива. Потому решил смириться с мыслью, что подруга отправилась туда же, куда и боцман.

Под ногами пирата исчез пол, и он с криками провалился куда-то вниз.

– Полежи там и подумай о своем поведении, - добрым голосом сказал корабль.

Норман отбросил в сторону какой-то предмет и тут понял, что лежит среди полупереваренных останков съеденных людей.

– Эй, мудило летучее, выпусти меня! Я не намерен торчать у тебя в кишках! Я же тут в фарш превращусь!

Ответа не последовало. Анна удовлетворенно похлопала по стенке «каюты», одобряя поступок нового товарища. Дескать, пусть подумает, осознает.

Алиса немного испугалась, - Ты же только это… не перевари его там, хорошо?

– Я подумаю.

---

Лина сладко потянулась в постели, но поняла, что зря это сделала. Потому что рана, пусть и с пятью аккуратными швами, тут же напомнила о себе болью. Всё-таки, действие выпивки не бесконечно, а жаль…

Девушка попыталась приподняться, но сильная мужская рука удержала её.

– Лежи. Еще швы разойдутся. Значит, ты летала с Анной?

– Да, даже побыла немного ее старпомом. А потом…

– потом вас принесло сюда. С вами была другая девушка. Рыжая такая.

– Алиса?

– Она самая. Я хочу найти её. И ты мне поможешь.

– Зачем?

– Затем, что она – моя дочь.

В голове Коперник совершенно не укладывалась картина. Да, Анна говорила, что была замужем, и всё такое. Но этот человек никак не вписывался в представления о том, каким должен быть папа Полоцкой. Он… он должен быть героем. А не… Внутренний голос подсказал, что вообще-то этот мужик с внешностью маньяка её спас. Но Лина не слушала здравые мысли.

«Мясник» не торопился рассказывать подробности своей жизни, как Лина его не расспрашивала. Девушку распирало от любопытства. К тому же, это был способ отвлечься от боли, которую ей причиняла рана. Но новый знакомый увиливал от всех прямых ответов. Он оказался куда более крепким орешком, чем показался в начале.

– У нас времени совсем не осталось, - прервал он затянувшееся молчание, – Они и сюда доберутся. Или замуруют выходы, или заминируют. Я их методы хорошо изучил.

– А почему Фронтеру называют Кровавой Анной? – спросила Лина, словно не слушая собеседника.

– Будешь много спрашивать… Были на то причины.

---

Палач склонился над Линой, разглядывая рану.

– Что там? – девушка напряглась, видя эмоции на лице мужчины. Тот вытер пот со лба:

– Рана загноилась. Я всё-таки не врач… Нужен нормальный доктор, медикаменты. Иначе ты долго не протянешь. Заражение крови и тебе крышка. Тут я не помощник. Нужно выбираться и искать помощь. Идти сможешь?

– С загноившейся раной? Ну…я попробую, - Коперник попыталась изобразить улыбку, но получалось у неё не очень убедительно. Привстав, она ухватилась за шею нового знакомого и поковыляла к выходу.

Выходя, хозяин задержался у двери. Лина попыталась заглянуть через плечо, но мужчина отстранил её лицо:

– Не мешай. Я сюрприз им небольшой оставил. Вряд ли есть смысл возвращаться.

– Ловушка?

Палач кивнул.

С момента, как они покинули каморку, прошло не больше двух минут. Ровно столько понадобилось бойцам Черного ордена для того, чтобы нарваться на приготовленный им сюрприз. Громкий взрыв оповестил о том, что задумка хозяина оказалась верной.

Лина потрогала рану. Кровь просачивалась сквозь одежду, и даже ничего не понимающий в медицине человек сообразил бы, что далеко она не уйдет.

Она посмотрела большими грустными глазами на своего спутника, и тот подхватил её на руки. Так он и шёл по узкой улочке, пока Коперник не потеряла сознание, один черт знает, в который раз за время своего путешествия.

---

– Эй, может быть, выпустишь меня отсюда? Я задолбался нюхать разлагающиеся кишки солдат! И вообще, я жрать хочу! – разорялся норманн в ЖКТ корабля.

Звездолёт хмыкнул:

– Мне кажется, всё в полном порядке. Утебя до сих пор не пропал аппетит. Если нос холодный и влажный… Ой, что-то перепутал. И, да, я обнаружил активность поблизости. Взрыв, перемещения живых людей.

– Кто, где, сколько? – уточнила Алиса. Перед её лицом зажегся импровизированный голографический экран, да так внезапно, что девушка отпрыгнула в сторону.

Трое военных вооот здесь, - на экране появился красный кружок, – И еще двое штатских тут, – камера показала здоровенного мужика, продирающегося через завалы с девушкой на руках.

– Это Лина! Она жива! – завизжала от восторга Полоцкая. И тут же стихла, увидев недоумевающий взгляд матери.

Та с удивлением смотрела на картину. Её супруг героически спасает незнакомую девчонку? И это после того, что он едва не сотворил с Алисой. Как то не похоже на него. Она шепнула что-то на ухо дочери, так кивнула, а корабль, прочитал нужные мысли. Он затрещал по швам, сжимаясь и втискиваясь в узкий проход между домами.

– Твою «№;% мать, выпусти меня отсюда, вопил Норман, которого сейчас зажало между разложившимися трупами. Толстая личинка медленно подползая к глазу, а он не мог даже пошевелиться, потому что кишечный отсек сейчас сжался до полутораметровой ширины, трамбуя всё внутри. И юмор ситуации был в том, что корабль сейчас мог либо погадить на улицу с высоты метров десять, либо попытаться чуть-чуть расширить стенки. Его попытки привели к обильному газообразованию, от которого пират просто вырубился, упав лицом в догнивающий труп солдата. Личинка скатилась с его лица вниз, так и не узнав, что же там – в глазу…

– Молодой человек, да-да, именно вы. Не могли бы вы передать мне девушку, которую несёте?

Отвал челюсти палача свидетельствовал о том, что он в своей долгой жизни не видел и не слышал ничего более странного. К нему протянулось длинное щупальце, предлагая передать «бездыханное тело». Мужчина потянулся за ножом на поясе, стараясь при этом не уронить Лину, лежащую на одной руке.

– Вот, не советую. Во-первых, меня таким не напугать, ибо корпус выдерживает столкновения с фрагментами астероидов. Просто отдай мне её и иди по своим делам. А я сделаю вид, что тебя не видел, или даже съем тех троих, что идут по твоим следам. Либо…

– Либо что? – хрипло спросил мужчина.

– Либо я не буду сдерживать свои инстинкты. Вы достаточно вкусны и питательны. Ничуть не хуже тех троих. Да и съев вас вместе с ними я получу почти четыреста килограммов биомассы. Это…

– Ладно… Зачем она тебе? Сожрать хочешь?

Корабль рассмеялся, да так громко, что даже Норман очнулся у него в кишечнике и избавился от содержимого собственного желудка.

– Вообще-то, её друзья ищут.

Под брюхом образовалось подобие трапа, и вниз спустились Анна с Алисой.

– Ты с нами, или тебе не по пути? – спросила Фронтера.

Понимая, что от погони он может-таки не уйти, палач кивнул и поднялся наверх. Жена хотела было забрать у него Коперник, но увидев взгляд мужа, поняла, что лучше его не трогать.

---

За два часа в медицинской камере корабля Лина восстановилась. От раны остался лишь небольшой след на коже. Всё лучше, чем шрам от криво сшитой раны. Она потрогала бок, убедившись, что больше ничего не болит и не кровоточит. Девушка не могла понять, где находится, и что с ней произошло. А ещё она очень хотела знать, выжил ли её спаситель.

Когда Коперник выбралась из отсека, её изумлению не было предела. Вся компания в сборе – палач, Анна, Алиса, Норман и какие-то двое незнакомых мужчин – пожилой и молодой.

Они что-то оживленно обсуждали, время от времени задавая вопросы кому-то, чьего присутствия Лина не заметила…

---

– Слушай, а ты растительной пищей питаться можешь? Тоже ведь органика, и всё такое, - спросила Алиса.

– Девушка, я понимаю, что вы ксенобиолог, и всё такое… Но сравнивать траву и мясо… Мне гектар леса сожрать нужно для того, чтобы насытиться. А мяса хватит килограммов двести-триста. И вообще, мясо вкуснее. В воздухе повисла голограмма с говяжьим стейком королевских размеров, а рядом пучок кинзы.

– Убедительно, - сказала Лина, заставив всех обернуться, – А можно поинтересоваться, где я и что случилось?

---

Из рассказа Анны и «мясника» стало понятно, что Черный орден и местные власти давным-давно в сговоре. И что город «слит» намеренно. Только вот каковы их истинные цели, пока что никто не смог понять. Единственный, кто мог в этом разобраться – дирижер. Но он исчез. Возможно, даже погиб, спасая остальных.

Свет внутри помещения замигал, даже корабль насторожился, потому что не смог понять причину происходящего. Посреди каюты стоял золотой человек. Но это был не Библиотекарь.

– Прошу прощения, что без стука…

Норман и палач напряглись, готовясь к худшему, но Дирижёр поднял вверх руки, – Спокойствие. Я здесь не для того, чтобы вам навредить. Просто нужно, чтобы вы кое-что поняли.

– Ункар?... – Лина едва выдавила это имя из себя. Ей не верилось, что он всё-таки существует не только в её голове. У многих детей были воображаемые друзья. До сих пор единственным подтверждением его реальности были слова Библиотекаря.

– Мне понадобилось много времени на восстановление сил. Когда мой собрат был в твоём теле, он немного помог. Теперь я могу существовать вне твоей оболочки. Лина… ты многое еще не в состоянии понять. О том, кто ты, и зачем здесь.

Алиса взглянула на дирижера:

– Почему мне кажется, что я тебя знаю?

– Потому, что мы с тобой давно знакомы, девочка. Я провел много ночей у твоей кровати, рассказывая сказки.

Коперник удивлённо посмотрела на Ункара, – Её кровати? Но ведь это же я была больна. Мне ты всё это рассказывал! Что это всё значит?

Сказочник улыбнулся и ничего не ответил.

---

- Рас скажи, что здесь происходит? – попросила Полоцкая.

Ункар оказался загадочнее, чем его товарищ, отдавший жизнь ради девушек. Он не спешил выдавать тайны. Зато поведал о том, что местные люди – Черный орден и их последователи решили призвать «тёмных богов» – одну из старых рас, почти такую же древнюю, как Дирижеры. Эти создания реагируют на кровопролития. Чем больше жертв, тем ближе последний акт Игры, в которой участвует несколько сторон. Своего рода жертвоприношения приводят к появлению зон деформации реальности – столпов тьмы. Но они – лишь отголоски того ужаса, который падёт на Землю.

---

Лина отправилась в импровизированную душевую и нажала подобие кнопки, выступавшее из стены. Сверху полилась приятная тёплая вода. Струйки стекали по коже тонкими дорожками. За время своих странствий по этому миру Коперник успела позабыть, что такое нормальный душ. Единственное, чего сейчас не хватало, это мыло. Но где его взять здесь, на борту?

- У меня есть животный жир и большая часть необходимых ингредиентов.Только вряд ли тебе понравится мыло из переваренных мной солдат Ордена, - ответил корабль на её мысли. Девушка подскочила на месте от неожиданности:

- Ты мало того, что подсматриваешь, так еще и подслушиваешь мысли! Это что, получается, ты знаешь всё, о чем мы думаем?

- Разумеется. Это функция, которая нужна для спасения экипажа на случай контроля разума, безумия и прочих проблем, которые могут грозить. Плюс, никакой шпион внутри не сможет скрыть свои истинные цели. Я вас защищаю.

Коперник отрицательно мотнула белокурой головой, - Это не защита, а наглое вмешательство, и вообще!

- Да, вот последний довод серьезен. "И вообще", это отличный аргумент. И нет, я не пялюсь на тебя специально. Я - бесполое существо, лишенное сексуальных предпочтений. Тебя я вижу, как объект, излучающий тепло и мысли. О... Не обижайся! Я уверен, что с точки зрения человеческих мужчин ты красива.

Лина не выдержала, - Я вообще ни о чём не могу подумать так, чтобы ты не услышал? Мы здесь твои пленники, а не экипаж. А ты нас просто шантажируешь опасностью снаружи.

Звездолёт замолчал и задумался, - Хочешь правду? Я провалялся много лет в ангаре, ожидая вас, словно джинн в бутылке. И вот, когда я нашел вас и готов служить, спасать ваши мясные задницы, ты заявляешь, что я кого-то шантажирую? Как говорят люди - ты охренела. А я обиделся. Всё. Я с тобой не разговариваю.

В этот момент рядом с Линой появился Ункар, заставив девушку завизжать так, что даже корабль дёрнулся всем корпусом от неожиданности. Норман упал с кровати в своей каюте, а Фронтера влетела носом в столик, к которому шла.

- Не хотел никого напугать, но мне кажется, что вам пора прекращать этот разброд. Я понимаю вас обоих. Лина, он говорит правду. Можешь мне поверить.

Коперник посмотрела на дирижера, и тот опустил глаза, - Прости, никак не могу привыкнуть к вашим особенностям восприятия своих физических оболочек.

- Ункар, пожалуйста, выйди. Поговорим, когда я оденусь.

---

Норман, разбуженный падением, сидел на кровати в раздумьях. Наконец, он встал и решительно направился к каюте Анны. Когда он подошел к двери, и хотел было постучать, но услышал разговор Фронтеры с мужем.

- Карлос, я устала ото лжи... Думаю, ты имеешь право знать.

Палач перебил её, - Она ведь не моя дочь, так? Кто же её отец?

В тот момент, когда Анна собралась дать ответ супругу, пол под ногами старпома провалился, и он вновь оказался среди изрядно переваренных тел.

- Потому что ты не член экипажа, - ответил на его мысли корабль.

- Можно подумать, эти двое - члены экипажа...

- Миссис Фронтера останется. Я уверен. Она вряд ли бросит дочь. Так что про свои попытки построения отношений можешь забыть раз и навсегда.

- А если я решу лететь с ней?

Корабль подумал секунд пять, - Лучше я тебя переварю. А остальным скажу, что ты ушел, приревновав её к мужу. Ну не надо портить ей жизнь. Ты молодой, найдешь себе женщину своих лет. Подумай сам. Через три года ей пятьдесят. Еще через десять она уже будет старой бабкой по вашим меркам. А ты будешь еще крепким мужиком. Станешь делать то, что делают все представители твоего вида - искать других женщин, помоложе. А она будет страдать. Если будет страдать она, это не понравится Алисе. А значит, мне тоже. Да, я думаю на три хода вперёд, старпом. Так что, либо ты забываешь о ней, либо я выпускаю сюда все пищеварительные соки и перекусываю тобой. Усек?

Норман кивнул.

- Не надуришь. Я каждую твою мысль слышу, как свою. Пока в твоей башке тупой не появится что-то более интересное, будешь сидеть тут. А желудочный сок тем временем...

- Ладно, твоя взяла. Я ухожу. Только пообещай мне...

- Позабочусь, -корабль поднатужился и погадил Норманом над водоемом, который пролетал.

---

С утра Анна пыталась найти помощника, но тот как сквозь землю провалился. Наконец она решила задать вопрос кораблю, но тот её опередил.

- Он ушел. Навсегда.

***

Вся команда собралась в основном отсеке. Тесаловы молчали, Лина думала, а Анна с Алисой ругались по поводу поступка корабля.

– Какое он имел право так поступать? А если Норман погиб?! Мы не можем ему доверять!

– Вообще-то, корабль всё слышит, если ты забыла, - уточнила Полоцкая.

Фронтера ударила кулаком в мягкую и шершавую стенку, – Да плевать я хотела на это. Пусть слушает. Нельзя вот так бесцеремонно вмешиваться в нашу… в мою жизнь, вышвыривать из неё других людей и вообще!

- О… Знакомый аргумент, – усмехнулся корабль. А я думал, что это только у Лины он коронный. Копеник, обвините даму в плагиате, или как? – звездолёту надоело слушать бред, который несли женщины. Он легонько встряхнул корпус, заставив всех попадать, – Хотите мою часть этой истории услышать? Почему я вышвырнул этого засранца вон, и почему не спрашивал вас?

Фронтера скривила лицо, словно съела целый лимон, – Вот еще, выслушивать твои отмазки!

Алиса лишь развела руками, а Лина решила дать шанс. Тесаловы воздержались. Появившийся среди них Ункар даже удивления не вызвал. Зато он озвучил нужную фразу:

– Попробуй объясниться. А я буду арбитром. Соврать при мне ты не сможешь.\

Корабль показал небольшую голографическую проекцию. На ней команда увидела тело Нормана в разрезе. Затем он приблизил мозг.

– Вот здесь. Этот участок подвергся обработке. Чем, не знаю. Но работали явно специалисты. Вот внедренный объект, который, по идее, показывает, где находится человек.

- Жучок, - догадалась Лина.

– Вроде того. Но всё хуже. Он активирует контроль над сознанием человека. Полный контроль. Среди нас был шпион, который мог в любой момент убить кого-то из вас. И я бы мог не успеть ему помешать. Потому что не услышал бы опасные мысли. Итак… Спасибо мне. Можете не аплодировать.

Воцарилось молчание, словно сразу три ревизора решили посетить городок N. Фронтера села на место, уставилась взглядом в пол, и начала накручивать седую прядь на палец. Лина, всё ещё ошарашенная такой новостью, уселась рядом. Только Алиса осталась на своём месте. Она начинала понимать, что происходящее вокруг – часть какого-то большого плана. Если к Анне заранее заслали шпиона… Кто-то готовился, возможно, даже что-то знал…

Лина провела рукой по шершавой стенке, – Как бы то ни было, спасибо, что защищаешь нас…

---

Полоцкая проснулась рано и побрела наощупь в центральную каюту. Оттуда слышались голоса. Алекс с отцом и кораблём о чём-то оживлённо беседовали. Алиса вошла в разгар их спора. Тесаловы спорили, как она поняла, о необходимости спасения людей в городе. Корабль же поддевал на тему того, что тот хочет вытащить друга, а не думает о простых гражданах.

Наконец, Алекс, понимающий, что его мысли сейчас, как на ладони, сдался:

– Хорошо, твоя взяла. Я чертов эгоист и надеюсь спасти старого товарища. И, возможно, Сергееву. Она же нам помогла.

– То есть, я должен сейчас лететь туда? Нет, они-то меня вряд ли собьют, но и шансы найти среди руин двух человек… Даже, если ваши товарищи где-то прячутся, не слишком надейтесь их найти.

Алиса почесала макушку, распутала несколько прядей волос, уже тоскуя о тех условиях, что у неё были в отеле. В семь утра её стратегическое и тактическое мышление, как и любые конструктивные идеи, спало сладким сном, совершенно не желая отвлекаться от этого приятного занятия. А еще ей хотелось в душ. А вода в корабле закончилась. Этот вопрос её волновал несколько больше, чем споры с кем-либо. Но вот насчёт Макса и княгини она была полностью согласна с Тесаловым-младшим. Если те живы, стоит их вывезти подальше от этого места. Только куда, если власти намеренно всё подстроили и давно сотрудничают с противником?

Пока все думали, пришла сонная Лина. Она выглядела настолько забавно в невесть откуда взявшейся растянутой майке, что рассмеялся даже старый ученый. Коперник потешно захлопала ресницами, пытаясь, понять, что вызвало всеобщее веселье, и, наконец, не выдержав, выдала, - Ну, чего вы?!

Когда все успокоились и уселись, корабль предложил свой план. Идея была до безобразия проста, но, если бы она сработала, удалось бы спасти многих людей.

– Голосуем? – предложил старший Тесалов.

– Я за, - ответила Лина.

– Я тоже за, – поднял руку Алекс.

Пришедший последним палач расспросил, в чём дело и ответил, что воздерживается.

Остались Полоцкая, Анна, Тесалов-старший и Ункар.

– Я против. Не хочу рисковать ради незнакомых людей своей и вашими жизнями.

– Мама… Мы каждый день рискуем. А нам с Линой не привыкать. Столько уже помирали разными способами, что можно в книгу рекордов заносить.

Раздумья Анны прервал сильный толчок, заставивший корабль немного накрениться. К счастью, никто не пострадал. Только вещи разлетелись по каюте.

– Это что было, - спросила Полоцкая.

– Ваши доблестные войска ПВО пытаются нас остановить, - ответил звездолёт, – какие будут указания? Могу подавить огневые точки. Но есть кое-что похуже пушек. Вон там, левее приближается.

Развернулся экран внешнего обзора, на котором команда могла увидеть, что к городу движется столп тьмы. Он, кажется, стал даже больше, чем был. Только теперь от него исходило яркое свечение, во все стороны били молнии.

– Эта дрянь использует силу Библиотекаря… - констатировала Лина.

Ункар, молчавший всё это время, метнулся в сторону столпа.

---

В зареве молний, разрывающих тьму, сказочник не видел своего старого друга. Он слышал голоса тварей Бездны, ощущал безысходность надвигающейся великой пустоты. Но не мог, не хотел верить в то, что это тот самый, предсказанный когда-то конец.

– Борись! Ты сможешь, - крикнул он куда-то, в густые клубы клокочущей черной массы, - Борись!

Тишина вновь разорвалась раскатом грома и молния ударила в то самое место, где стоял Ункар. Он исчез за долю секунды до того, как разряд пронзил воздух.

– Ункар… Уходи. Этот мир обречён, как и я сам. Здесь больше нечего делать ни тебе, ни твоим спутницам.

Глаза сказочника на миг закрылись. Он увидел, как частицы его собрата понемногу угасают, становясь частью черного облака, – Ты должен это прекратить. Мы должны защищать жизнь, а не превращать её в корм для этих…

Рядом со сказочником появились две дымчатые фигуры, – Уходи, или станешь одним из нас… Тебе уже не вернуть своего друга. Даже не пытайся. Те, кто стал частью тьмы, назад не возвращаются. Он – вечная тьма на все времена.

– Нет! – Ункар ударил дымку рядом с собой, но та, словно мираж, осталась на том же месте.

– Не пытайся сопротивляться неизбежному, – прозвучал тихий голос Библиотекаря, – спасай тех, кого можно спасти. Я знаю, что делать.

Вибрации усилились, ярко-желтое свечение наполнило столп изнутри. Ункар всё понял и взмыл вверх, к кораблю.

---

Экипаж замер в ожидании. Тишину прерывало лишь постукивание сапога Фронтеры. По полу пробежал таракан, невесть откуда взявшийся внутри. Все тут же уставились на него, на мгновение позабыв об Ункаре, столпе и прочем. Пол поглотил насекомое, в мгновение превратив его в такую же биомассу, как всё остальное в кишечнике.

- Не отвлекайтесь, - ответил космолет на немой вопрос.

Наконец, сказочник вернулся. Он посмотрел на Алису и Лину, устало махнул рукой, рассыпая по полу золотистые звёздочки, – Черт с ним, уходим отсюда. Долго он не продержится. А когда тьма начнет его поглощать, будет большой «бум». Такой большой, что мы его вряд ли переживём. Потому, лучше в этот момент находиться где-то подальше отсюда.

По щеке Коперник побежала слезинка, она разрыдалась и Полоцкая обняла подругу. Она и сама была готова заплакать, но держалась.

Фронтера встала, посмотрела на сопливую компанию и встретилась взглядом с супругом. Тот лишь развёл руками, а Тесаловы, кажется, думали о чём-то совершенно ином. Скорее всего о том, что их план спасения друзей уже никого не интересует.

Анна, видя, что никому дела нет до происходящего, кроме дочери и её подруги, спросила Ункара, - А спасти твоего приятеля никак нельзя?

– Он слился с тьмой. Она часть его сути. Даже, если каким-то чудом извлечь его оттуда…

Лина подскочила на месте:

- от тебя почти ничего не осталось, но ты выжил. Почему с ним нельзя так же?

- потому что я не уверен, что тьма не заразила каждую частичку.

Корабль, всё это время молчавший, вдруг вмешался в разговор:

- Частицы, говорите. Я в очередной раз приношу извинения, но, вот:

В воздухе появилась проекция того самого момента, когда Библиотекарь отправился всех спасать, жертвуя собой. С десяток песчинок упали на пол корабля, еще несколько попали на волосы Лины и Анны. Судя по направлению ветра, явно не случайно.

– Ваш приятель предусмотрителен. Он ведь может возродиться из этого? Я правильно понимаю?

Ункар рассмеялся, - Хитёр! А я-то думал, как это он так спокойно решил отдать жизнь ради кого-то. Лина, подойди-ка ко мне.

Коперник выполнила просьбу, сказочник прикоснулся к ее волосам и две песчинки загорелись ярким светом.

– Как они так долго продержались там? – удивленно спросила Полоцкая.

Её «папаша» похлопал девушку по плечу здоровенной ручищей, - захочешь жить – и не так уцепишься за первую попавшуюся возможность. Анна? А у тебя тоже осталось?

Ункар повернулся к Фронтере и повторил манипуляции. Еще три песчинки взмыли в воздух.

- Это долго, но вполне возможно, - констатировал он.

- А теперь валим. На крейсерской, - добавил своё заключительное слово корабль. И да, на сладкое. У меня есть хорошая новость для девочек. Вместе с мяском, полученным из доблестных легионеров, я добыл интересные данные из их памяти. Теперь мне известно, где ваш корабль. Точнее, то, что от него осталось. Лететь трое суток. В обратную сторону. Так что голосуйте, куда сперва – в город, спасать товарищей или все-таки за корабликом. Мне без разницы. Энергетическая ценность с обеих сторон одинаковая.

– Ты вообще думаешь о чем-то, кроме еды? - недовольно буркнула Лина.

- О безопасности экипажа. А чтобы её обеспечивать, мне нужна еда. Много еды. А лучше – очень много. Вкусной, полезной и…

- Всё, прекрати. Мы поняли. Ты хочешь жрать.

---

- Теперь ты принадлежишь тьме… - шептали тени. Они обволакивали его, погружая в бесконечность Бездны, становясь всё сильнее.

– Ага, щас, разбежались, - ответил Библиотекарь. На долю секунды молнии погасли, грохот стих, а затем, рвущий барабанные перепонки свист заглушил все другие звуки.

Словно электрический ток, импульс пробежал по каждой частице столпа, который активно поглощал тело дирижера. И все они получили один сигнал. Ослепительная вспышка. Хлопок. Ударная волна на несколько километров во все стороны. И пустота. В центре того, что недавно было гигантским смерчем, образовались точка чистого света и рядом с ней другая – всепоглощающей тьмы. Словно инь и янь, они начали вечный танец, соединяясь и разделяясь, пожирая друг друга, разрушая сами основы бытия и вновь порождая микромиры. Под ними разверзся кратер глубиной около километра, на дне которого застыл стеклом песок, словно после ядерного взрыва.

По его поверхности пошли мелкие трещинки, и наружу показалась голова змеи:

- Я хаоссс…

- Я сссмерть, - ответила вторая. И добавила недоуменно, - шшшто происсходит?

- Ссссама не пойму, - ответила первая.

---

Полоцкая после новости о находке места себе не находила. С одной стороны она отлично понимала, что время не ждёт. Если Макс и княгиня живы, нужно помочь им прямо сейчас, с другой, внутри что-то шептало «скорее», «они заберут твоё сокровище». Наконец, она не выдержала:

– Мы должны быть последовательны. Спасаем ребят, а потом летим обратно. И, пожалуйста, поменьше кровопролитий. Я жутко устала постоянно наблюдать мясорубку.

– Ничего не могу обещать, - ответил корабль. В его пищеварительном тракте уже ветер гулял. Потому пацифистские настроения членов экипажа он не разделял, – Пристегните что там у вас есть, потому что я ускоряюсь. Надоело, что по мне снизу кидаются кусками свинца.

---

Полёт несколько затянулся и Полоцкая, устав от молчания, решила внести разнообразие. Она вышла в центр импровизированной каюты и, оглядев всех, хлопнула в ладоши:

– Минуточку внимания. У нас может не появиться второй такой возможности, потому предлагаю посвятить ближайшие полчаса выяснению по-настоящему важных вещей. Лина расскажет то, что скрывала от меня последние несколько месяцев, мама скажет, кто мой настоящий отец, палач… простите, не знаю вашего имени, объяснит, зачем спас Лину. А Ункар уточнит нюансы нашего с Коперник детства. Потому что я уже запуталась, кто лежал в коме и что вообще потом произошло.

Фронтера промолчала, Лина уставилась в пол, а сказочник попросту нагло исчез.

– Понятно. Минус одна интересная история этим вечером. - Алиса подошла к Коперник, – Не желаешь сказать, что-то поясняющее? О себе, об Ункаре, о том, что он от меня скрывает?

– Простите за наглость, но насчёт Ункара она сама не знает, - вмешался корабль.

Лина вспылила, – Ты… Вылезай из моей головы!!!

– Я в неё и не залезал. Твои мысли на поверхности. Тебя можно читать, как вывески на магазинах. Я поясню одну вещь – напряженность и недосказанность приводит к конфликтам. Я не заинтересован в развитии конфликта между членами экипажа. Так что либо вы скажете друг другу всё, либо это сделаю я. Расклад проще некуда.

Повисла тишина, которую Полоцкая совсем недавно попыталась разогнать.

– Считаю до трёх и начинаю рассказывать истории Ангелины и госпожи Фронтеры. Бонусом могу захватить любителя топоров, ученого и его наследника.

Тесаловы переглянулись, словно заговорщики. Палач криво улыбнулся. Ему было всё равно, что расскажет корабль. А вот его супруга заметно нервничала. Лина сжала губы. Она сейчас оказалась в еще более безвыходном положении, чем обычно.

– Мой отец высокопоставленный военный на Терре. Он надолго улетел по делам, оставив меня на попечение дяде. Пока я жила у него, влезла, куда не следует. Выяснила, что моя мама накопала информацию о первых миссиях исследователей. Оказывается, мы колонизировали не пустые планеты. Там были разумные виды, которых люди истребили… Мама попалась. Но ее решили не убивать, а отправить чёрт знает, куда. Она так и не вернулась. Уверена, что это не случайность, и дядя в этом замешан. Мой отец был одним из руководителей операций, связанных с Малари. И я, когда была под гоккой, оказалась в прошлом и предупредила его, что операция приведет к ужасным последствиям. Не знаю, послушал ли он меня в будущем. Маму видели живой минотавры. Она им помогла, когда что-то случилось на родной планете этого вида. Всё остальное ты знаешь…

Полоцкая кивнула, - Почти всё. Историю с Ункаром не знаю.

– Когда мама была беременна мной, она оказалась на одной планете, где росла гокка. Во время бури ветер принёс огромное облако спор, которыми она надышалась. Она не умерла, и я тоже выжила. Историю замяли. А потом, когда мне было лет десять, я просто отключилась. Помню, что видела как родители приходят в комнату, говорят со мной… Потом… Потом появился Ункар. Он сказал, что всё будет хорошо, что я поправлюсь. Он приходил ко мне почти каждый день, показывал другие миры, рассказывал о вселенной. А потом исчез. А я пришла в себя. Долгое время я считала его галлюцинаций, воображаемым другом, которого сама выдумала. Пока не встретила библиотекаря. А теперь вот… Я начинаю путаться. У меня бывают видения, в которых в постели лежу не я… а ты… Еще я не помню, как оказалась в прошлом и забрала маленькую тебя. Пусть корабль подтвердит.

– Это правда. Она не помнит. Зато её помните вы, Алиса. Хотя и были крохотным ребёнком. А еще могу добавить, что этот вот мир, где мы находимся, хотели уничтожить Дирижеры. Не ясно, зачем. Они заметали следы. Чьи – опять же мне не ясно.

Ункар вновь появился:

– Мы прибирали за ней, - кивнул он на Лину, – Судьи собиралась убить Лину. Потому что она исковеркала ткань реальности больше, чем мы все вместе взятые. И мы планировали стереть один из миров, с которым она должна соприкоснуться. Я был против. Единственный из всех. Мне помог лишь один собрат. Вы его знаете. Тиам, судья, который пришел за ним и за вами, девочки, это далеко не худший из поглотителей. Остальные подписали вам смертный приговор давным-давно. Лина многократно пыталась переписать историю. Она шесть раз попадала сюда, и всякий раз её миссия проваливалась. Потому что она каждый раз теряла часть памяти. Особенности перехода, что поделать…

Лина побагровела, - Почему… Почему я это делала?

– Потому что пыталась спасти Алису. Вы обе должны выжить. Других вариантов нет. Вы выживаете, мы находим артефакт, отдаём судьям, и пытаемся вернуть вас обеих в то время и место, где вы встретились взрослыми. Дальше объясню позже.

– Я не знаю, кто твой настоящий отец, - прервала Ункара Анна. Она встала и положила руку на плечо мужу, – Я не изменяла тебе. Меня никто не насиловал. Просто однажды я проснулась и мне стало плохо. Да, я долгое время считала ребенка твоим. Пока за мной не началась слежка. Однажды я нашла в своей сумочке записку со словами «это наш ребёнок».

– Их ребёнок? Чей? Кто они? – взволнованно спросила Алиса. Палач практически побелел от услышанного. История о непорочном зачатии супруги стала шоком.

Ункар мысленно обратился к кораблю и тот так же мысленно с ним согласился. Свет погас, началась жуткая тряска.

– Что происходит? – крикнула Полоцкая.

– У меня топливо заканчивается, - констатировал факт космолёт. По сути, он не соврал, хотя его хватило бы еще километра на два полёта.

Точка пустоты

"Я ноль и единица. Я слеза и улыбка. Я пустота и наполненность. Я память и забвение. Меня не было и я был всегда. Найди меня, забудь, то, кем ты был". 

надпись на Камне пустоты.

Свет. Душный, тусклый, словно в маленькой комнатке карцера. И абсолютная тишина. Словно все уснули или исчезли… Или умерли? Глоток воздуха, полный страха и ощущения безнадёжности ситуации…

– Что случилось? Где мы?

Мысли путались, Алиса даже не могла понять, произнесла она это вслух или подумала. Голова не то, чтобы болела. Ощущение было похоже на контузию. Наверное, она упала, ударилась. Впрочем, в первый ли раз за время странствий?

Встать удалось, причем, без особого труда. Оглядевшись и не найдя никого, Полоцкая вдруг поняла, что обстановка совершенно ей не знакома.

– Добро пожаловать, - прозвучал тихий голосок. Принадлежал он явно девушке или даже девочке. Только вот откуда он здесь, в замкнутом пространстве?

– Кто здесь? Где я? Что это за место? – Алиса рванулась туда, откуда, как ей показалось, слышала эти слова.

Тонкий детский смех, с нотками, напоминающими звук стеклянных кристалликов, которыми украшают нити для занавесок, заставил её вновь дёрнуться. На сей раз – в противоположную сторону.

– Ты кого-то потеряла? – голос вновь послышался совершенно из другого места. Словно он существовал отдельно и летал, как бабочка по странной комнате, – Наверное, себя. А помнишь, какой ты была раньше? Ты ведь умела веселиться, радоваться жизни. Когда успела всё это забыть?

В голове начало гудеть так, словно по старым и ржавым трубам пустили поток воды.

«Я с ума сошла. Или ударилась головой. Или умерла каким-то странным образом и это посмертный опыт». Алиса пыталась найти объяснение происходящему бреду, но мысли путались еще больше, уступая место панике и отчаянию.

– Давай, придумывай отмазки. Ты же умная. Что только не сделаешь для того, чтобы убежать от самой себя. А как насчёт того, чтобы наконец-то в себе разобраться? Кто ты? Зачем всё это? Кто такая эта белобрысая девчонка? Кто твой отец и что задумала мать? Задавай себе эти вопросы, а не тяни время. Я устала ждать. Я чертовски устала. Понимаешь???

Голос девочки сорвался на крик, в котором Полоцкая услышала и страх, и жуткую безнадёгу. Кто же она? Или…

– Давай, начинай думать! – подтолкнул Алису всё тот же голос, – Других вариантов нет. Я тебя никуда не отпущу, пока ты всё не поймёшь.

– Дай мне хоть какую-то подсказку, намёк! – не выдержала девушка. Она побежала наугад, уткнувшись в тёплую и мягкую стену, – Черт тебя раздери… Зачем всё это?

– Ты себя спроси, - ответил тонкий голосок.

Взгляд из-под рыжих волос сейчас бы прожег дыру даже в скале, – Я это и делаю сейчас, - прошипела пилотесса, сжимая кулаки, – Отвечай!

Перед её глазами появилась маленькая рыжеволосая девочка, – Браво. Мозговой штурм длился недолго. Я уже начинала бояться, что с возрастом настолько отупела, что ничего не выйдет. Отлично. Хвалю, моя дорогая «взрослая я». Первый шаг сделан. Ты застряла сама в себе. И я ничем не могу тебе помочь, - она улыбнулась и поклонилась невидимым зрителям, – Прошу любить и жаловать! Алиса-как-тебя-там. Без роду и без племени, невесть, откуда и зачем попавшая сама не знает куда.

– Что мне делать?

Веселье девочки сменилось иронией:

– Продолжать пользоваться мозгами. Мы ведь умные девочки и можем сами всё решить, правда?

– Чудесно. У меня раздвоение личности, я говорю сама с собой, и не вылезу из этого глюка, пока не разберусь в себе?

– Почти верно. Только это не у тебя, а у меня раздвоение, - уточнила девочка. Тебя, по сути, не существует. Пока не существует. И Лины, и всех остальных. Есть я, и большущая проблема. Слишком большая для десятилетнего ребёнка. Потому я и постучалась. Потому и прошу тебя, взрослую и жутко умную, придумать что-нибудь. Давай. Я не хочу разочаровываться в будущей себе.

– Кто такая Коперник? Мы ведь знаем, да? – Алиса пыталась построить логическую цепочку в голове, но что-то постоянно не складывалось.

– Если я скажу, что её не существует, как и всех остальных? Что это всё плод нашего с тобой воображения? Ты поверишь? – девочка уселась рядом, вглядываясь в алисины глаза.

Полоцкая задумалась на мгновение, – Но ведь… Ты сейчас хочешь услышать моё мнение? Они существуют. И по этой причине я здесь оказалась. И Коперник – не плод нашей фантазии, как ты сейчас намекнула. Она – не я, не выдумана мной в детстве, но как-то связана со мной вне времени. Да так, что вытащила меня из родного мира, чтобы спасти от стирания.

– Ты снова делаешь успехи. Хууух. Я не поглупела с возрастом, это радует. Еще один маааленький намёк. Найди артефакт. Это поможет. По-ка…

Свет погас. Девочка исчезла.

Вокруг сидела вся команда, включая Ункара. Корабль задумчиво произнёс:

– Интересно, однако… Кажется, нам всем нужно отдохнуть.

Royal Hunt

Не упали. Не разбили головы. Все живы. Это был настолько большой прогресс, что Полоцкая даже немного удивилась. Корабль мягко сел посреди леса, на вырубке. Пока что стоял только один вопрос – чем его кормить. Не дровосеками же.

– Приятно, что кто-то подумал хотя бы о моём пропитании. Но я вас успокою. Сейчас я не настолько беспомощен, как в ангаре, – ответил корабль на мысли Алисы.

Пока экипаж выбрался на свежий воздух, чтобы отдышаться и осмотреться, за спиной у них что-то заурчало, словно космолёт планировал справить большую нужду:

- Вы только не пугайтесь, хорошо? – предупредил он.

Из его чрева вылезло нечто странное, похожее одновременно на крабов и кальмаров черно-зелёного цвета.

– Это… что… такое? – едва выдавила из себя Лина.

– Охотнички, - ответил космолёт. Вы только не шумите. А то добычу спугнёте. Сейчас представление начнётся.

Из лона корабля вывалилось нечто, напоминающее слегка помятого оленя. Он кое-как встал на тонкие ножки, уставившись пустыми глазницами в сторону леса.

– Твою мать…- пробормотал палач. Анна промолчала, а Алиса только открыла рот от изумления и переглянулась с Коперник.

Олень издал странноватый звук, затем повторил его несколько раз.

– Зов, - прошептала Полоцкая, - Прячемся… Сейчас другие самцы придут, разбираться.

Не прошло и пяти минут, как кусты зашевелились, и на поляну вышел красавец-олень. Он наклонил голову, демонстрируя ветвистые рога, и подошел поближе. Та издала тихий шипящий звук, немного настороживший самца. Но он, ведомый инстинктами, продолжил свой путь к неминуемой смерти. Когда оленей разделяли буквально три метра, Из боков самки вырвались тонкие, похожие на побеги, щупальца, обвившие передние ноги оленя. Тот рванулся, попытался встать на дыбы. В тот же момент из-под земли выкопался один из охотников. Он напрыгнул сверху, заставляя жертву упасть. Второй тут же показался с другой стороны, нанеся меткий удар в шею животного.

– Поволокли, мальчики, нам еще убирать, запах отбивать и привлекать следующего – обратился корабль к охотникам, – Мне одного тощего оленя явно не хватит, чтобы вывезти вас из этой дыры. Так что, не высовывайтесь пока, - последняя фраза была обращена уже к экипажу, который наблюдал всё издалека.

Полоцкая, наблюдая за происходящим, думала не о жестокости, или чем-то подобном. Она оценивала логику корабля, которая всё чаще удивляла. Он настолько умён и расчётлив, способен разработать тактику действий для любой ситуации.

– Спасибо, - ответил космолёт на её мысли.

– Забываю, что меня теперь всегда слышат… Но, я действительно впечатлена. Как тебе это удаётся?

– Я владею суммарной логикой и знаниями всех рас и видов, с которыми соприкасался. К слову, твои знания зоологии мне очень пригодились на этой планете. Если бы ты хранила запах выделений самки, я бы его синтезировал. Так бы собралось больше оленей. Кстати, нам стоит поторопиться с эвакуацией с неё. Черный орден готовится к поглощению этой местности тьмой. Бездна поглотит всё. И, если я правильно понял, весьма скоро. Наёмники были не только вкусными, но и обладали ценными знаниями. Их хозяева не подозревали, каким образом можно добыть эту информацию.

---

К вечеру корабль набил брюхо местной живностью с запасом, и уведомил всех о своей готовности продолжить путешествие. К тому же, уже смеркалось, а ночевать в этой местности желания не было ни у кого.

Перед импровизированным трапом стоял старый палач, курил припасенный табак, сетуя на то, что тот успел отсыреть. Алиса подошла к нему, прислонилась к тёплому боку корабля и, выдержав паузу, спросила:

– Ну, что, какие планы дальше? Когда мы всё найдем и всех спасём, ты дальше с нами? Или пойдешь своей дорогой?

Мужчина усмехнулся, - Ты ведь знаешь, что я не твой отец, так какая тебе разница?

– Всё-таки, почему-то я не чувствую тебя чужим. Хоть мы и не родственники.

– Даже после того, как я чуть не засадил тебе и не пустил по кругу?

Полоцкая грустно улыбнулась, – Ты не первый, кто пытался это сделать. Да и помирать мне приходилась чаще, чем героям некоторых древних легенд. Меня пытали, казнили, пристрелили несколько раз. И я до сих пор не знаю, кто я такая на самом деле. Меня мало что уже пугает в этой жизни. Потому… Потому я прощаю тебя. И да, мне хотелось бы, чтобы ты остался. И мама…

– Не думаю, что Анна этого захочет, - ответил палач.

Фронтера подошла к парочке именно в этот момент:

– Чего я не захочу? Можно узнать?

Алиса взглянула на неё, затем на «папашу». Что-то у них было общее. Например, то, что они отчаянно старались всех вокруг убедить в своей брутальности. В том, что они такие злые, страшные и брутальные. А внутри… Внутри всё то же одиночество, что и у других.

---

Фронтера шла тихо, чуть ли не на цыпочках, забыв о маленькой детали.

– Куда крадётесь, мадам? – спросил её корабль.

Анна приложила палец к губам, – Тсс… Ты меня не видел и не слышал. Ты ведь будешь хорошим корабликом, правда?

Женщина улыбнулась в пустоту, понимая, что даже стены «видят», ощущают каждую её эмоцию.

– Замётано, - согласился космолёт. Вы только там аккуратно сами… Эх… Ладно. Если что, поурчу желудком, чтобы…

- Умница, - вновь улыбнулась Анна, и прошмыгнула в каюту супруга.

Палач сидел, задумчиво уставившись в одну точку. Он повёл бровью, услышав, что дверь приоткрылась.

– Ты? – он хотел встать, но Фронтера в одно мгновение оказалась у него на коленях. Одним прыжком, словно кошка, она приземлилась, прижимаясь всем телом к могучей груди.

– Молчи… Меня здесь нет и не было…

– Но…

Она закрыла его рот рукой и повалила на кровать.

---

Двое лежали на кровати. Над их головой образовалось окошко с тонкой пленкой, напоминающей стекло, через которое были видны звёзды.

– Ты останешься. Не ради меня. Просто… ты нужен ей. Нам…

– Разве? – палач удивлённо взглянул на жену.

– Ей нужен отец. Пусть ты ей и не родной. Но рядом никогда не было настоящего мужика. Того, кто мог бы защитить, научить чему-то. Она всегда одна, всего добивалась сама.

– Ты тоже. Я вообще не помню, чтобы ты об отце мне рассказывала.

– Вот именно. Я очень не хочу, чтобы Алиса стала похожей на меня.

Муж расхохотался, - То есть, лучше, пусть будет похожа на меня? Что-то мне подсказывает, что я куда больший мудак, чем ты, дорогая.

Фронтера поцеловала супруга в лоб, – Ты всегда меня недооценивал.

- Ладно. Я не стану меряться с тобой количеством покойников. Если она… вы этого действительно хотите, я останусь. Но только до тех пор, пока буду чувствовать, что нужен. Не хочу никому навязываться…

– Я знала, что ты мне не сможешь отказать!

– Скажи-ка, дорогая, ты это всё делаешь только ради дочери?

– Вообще-то, милый, у нас сегодня годовщина свадьбы. И мы, между прочим, не в разводе. А ты даже не можешь себе представить, как давно у меня не было…

Она оседлала мужа, царапая его волосатую мускулистую грудь коготками. Тот ухватил её за запястья, и притянул к себе, задыхаясь от возбуждения и запаха её волос. Даже сейчас, после всего, что произошло, он чувствовал что-то к ней.

Что чувствовала Анна, знали только она и безмолвный свидетель.

«Никогда не думал, что миссис Фронтера такая… Видимо, я не так хорошо знаю людей, как думал». Корабль задумчиво почесал кабину толстым щупальцем. «Интересно, есть ли в мире самки моего вида?» Он поймал себя на мысли, что переварил человеческую романтику и начал отгонять от себя эти крамольные мысли. Никаких нежностей. Никаких самок!

---

Лина продрала глаза не без труда. Она опустила одну ногу с кровати, затем другую. Левая, отлежанная в немыслимой позе, стала совсем ватной, и Коперник едва не грохнулась на ровном месте.

Девушка потихоньку доковыляла к выходу и направилась туда, где в её новом жилище был душ. Проходя мимо одного из коридоров, Лина краем глаза заметила, как полуголая Фронтера выбегает из каюты. Только вот, не из своей… капитан почувствовала на себе взгляд и обернулась.

– Ты меня не видела… - прошептала она и быстро направилась прочь, роняя одежду и пытаясь прикрыть всё, что можно.

– А что я? Я мыться… - ответила Коперник в пустоту.

В главной каюте сидели Тесаловы, что-то обсуждая и жуя свежеприготовленную оленину. Алиса, видимо, еще дрыхла. Алекс оценивающе оглядел помятую Лину, та буркнула что-то приветственное, но никто не разобрал её слов.

Вернувшись из душа, девушка застала уже всю компанию в сборе.

– Итак, я готов к вылету, и если никто не имеет возражений, стартуем прямо сейчас, - сообщил экипажу корабль.

---

Космолёт раздумывал над сложившейся ситуацией. Его план раскрытия всех тайн провалился. Отлично понимая причины, он не хотел усугублять ситуацию. Сейчас главной задачей было закончить миссию спасения, найти артефакт и свалить отсюда подальше. Ункар считал, что лучшим выходом будет эвакуироваться из этого участка реальности. Только вот как это сделать?

Сам Дирижер пока что не придумал никакого логичного плана, а то, что он предлагал, предполагало наличие у Лины определенных навыков управления своими новообретенными способностями. Но девушка (во всяком случае, пока) понятия не имела, как ими пользоваться.

Второй момент, который его волновал – выживание экипажа. В сложившихся обстоятельствах риск их гибели оставался слишком высоким. Он привык продумывать любую ситуацию на пять – десять ходов вперёд. Но в этой шахматной партии всё складывалось куда более нестандартно.

---

Удивительная штука – человеческое тело. Такое хрупкое и одновременно такое сильное. Вот и этот парень, что лежал на берегу – большой, крепкий, и такой беспомощный в борьбе со стихией. Рядом с важным видом ходили чайки, поглядывая на него, и оценивая, с какой стороны лучше начать трапезу.

Очередная волна окатила парня. Он почти не дышал. Пульс едва прощупывался. Матушка Монро прищурилась села рядышком и стала шептать что-то себе под нос. Юная девушка, что пришла с ней, потрогала пульс. Вдруг, она отскочила назад, словно ошпаренная – мужчина резко дёрнулся, выкашливая воду из лёгких.

Матушка прикоснулась к его лбу, – Тише-тише… всё хорошо. Теперь ты в безопасности. Люси, – обратилась она к помощнице, – Беги в приход и приведи кого-то в помощь. Мы этого бегемота не дотащим никак.

Монашка подхватилась, и побежала за подмогой. Белокурые волосы выбивались из-под капюшона, закрывая глаза.

За всей этой картиной в стороне наблюдали два офицера. Они дождались, пока «гонец» исчезнет из виду, и направились к старому причалу, где хлопотала настоятельница.

– Эй, мамаша, отойди. Нам нужен этот утопленник.

Старая женщина убрала с глаз прядь седых волос и оглядела незнакомцев. Один – высокий и худой альбинос. По его бледной, как у мертвеца коже понять возраст она понять не могла. Ему могло быть и двадцать. Но вот глаза… Они выдавали возраст и опыт прожитых лет. В этих серебристо-серых зрачках она видела пустоту. Словно умер их хозяин давно, да всё бродит по свету, как не упокоенный дух.

Его напарник не выделялся ничем. Приземистый блондин с короткой стрижкой. Он казался немого растерянным, и постоянно поглядывал на беловолосого, словно ожидая приказов. Но тот сейчас был занят другим вопросом. Ему хотелось поскорее избавиться от нежелательных свидетелей миссии. Но выстрелы бы привлекли внимание местных. А те не посмотрят на форму и попросту насадят на вилы.

– Ты на старости лет оглохла? – не выдержал альбинос и подошел ближе, – Не заставляй меня применять силу.

Пожилая монахиня измерила мужчину взглядом, – Сынок, я три войны пережила. Вряд ли меня может испугать вид твоего револьвера и сабли.

– Она что, издевается? – обратился к напарнику молчаливый офицер, мистер Семецки, я её проучу!

– Тихо. И я миллион раз просил тебя не называть мою фамилию при людях. Ладно… Мамаша, я тебе даю последний шанс. Иначе придется отправить тебя к твоему богу раньше времени. Считаю до трёх. Раз…

Тяжело вздохнув, матушка встала, и на глазах у ничего не понимающего «утопленника» достала из-под монашеского одеяния револьвер, – Сынок, у тебя есть два варианта. Идти, куда шёл со своим другом или отправиться к нашему общему богу. Я женщина старая, может рука дрогнуть… Так что сам понимаешь.

– Капитан…

– Тихо, – осадил напарника альбинос, – Это становится всё интереснее.

Он подошел вплотную, так, чтобы дуло пистолета уткнулось в красивый и чистый китель. В глазах мелькнул огонёк азарта.

– И примет тебя Продавний в чертоги свои, - прошептала настоятельница. Пуля завязла в кишечнике. Белобрысый согнулся пополам, судорожно хватаясь одной рукой за живот, а другой пытаясь нащупать оружие, висящее в кожаной кобуре на поясе. Болевой шок оказался сильнее муштры и навыков. Офицер свалился на землю, нелепо выпучив глаза и пытаясь что-то сказать. Его товарищ застыл на месте, словно замороженный.

– Сразу видно, штабные крысы. Сынок, ты своего друга забирай и ступайте. Там, в селении врач есть. Если успеешь, хорошо. А нет…

На звук выстрела собрались рыбаки и все, кто шастал в округе. Кто с топорами, кто с вилами и рогатинами. Здесь люди жили по своим законам, и не признавали власти ни Черного Ордена, ни любых других властей.

– Эй, люди… Помощь нужна, он помрёт сейчас! У меня деньги есть, - скулил младший офицер. Он подхватил блондинчика под руки, и испуганно таращился на злые лица деревенских жителей.

---

Задув свечу, Люси вышла из коморы, где лежал Норман. Немного напуганная, она побежала к матушке. Приоткрыв дверь, девушка увидела ту, стоящей перед образом Продавнего и читающей при тусклом свете лампадок последние строки Псалма первого завета.

«И тот, чья длань тебя коснулась единожды, с тобою навек. Всюду он – в плаче ребёнка, в пении птиц, в порыве ветра. Он – всё, что ты знаешь. Как пришел ты в мир, так и уйдешь – без памяти и без лица».

Юной монашке всегда хотелось знать, о чём эти слова. Что значит «без памяти и без лица». Сама она никогда не была религиозной, а в монастырь попала по воле отца. Она дождалась, пока пожилая монахиня скажет последние слова и повернется.

– Матушка Монро, он заснул… Но я увидела кое-что… В нём тьма. Он еще не знает об этом сам. Говорят, те, кого коснулась Бездна, никогда не станут такими, как раньше… - Молодая монашка выглядела напуганной. Слишком много событий за один день. Да еще и мужчина в монастыре. Её фантазия рисовала такие картины, от которых становилось жутко.

Матушка улыбнулась, – А кто сказал, что стать прежним – лучший исход? Любое испытание, что посылают нам небеса, это шанс измениться. А вот в какую сторону, зависит от нашей воли.

Люси удивлённо приподняла одну бровь, - Но разве это не воля Продавнего?

Настоятельница отрицательно мотнула головой, – его волю не знает никто. Потому мы и следуем лишь одной заповеди – оставаться людьми в любых обстоятельствах. И этим мы отличаемся от Церкви Бездны. Их цель – погрузить мир во тьму. Но здесь и так достаточно мрака, боли и смертей. Более чем есть, не нужно.

– Они злые… Они хотят привести в мир вечную тьму…

– Тьма или свет – это не выбор, милая. Мы не сторону выбираем. Пока сильные играют нашими жизнями, сами мы должны помнить, кем являемся на самом деле, - матушка положила руку на плечо девушки, и та села рядом. Люси задумалась. Она никогда не могла понять, какая она – матушка Монро. Иногда настоятельница говорила очень странные вещи. Уж очень они отличались от текстов Писания о Продавнем. А ещё сёстры поговаривали, что в её каморке хранятся древние книги, написанные еще до появления Чёрного ордена, во времена старой церкви.

– Завтра они придут за ним. И будут мстить. Нужно готовиться.

Старая монашка вложила в руки Люси пистолет, - помнишь, что сказано в десятом псалме?

– Да, матушка… Я готова отдать жизнь за вас и сестёр…

Настоятельница покачала головой, – Твоя задача – выжить и увести остальных за собой, а не умереть молодой.

– Но в псалме…

– Сказано о спасении жизней. А не о необходимости умирать.

Матушка потушила лампадки и вышла из комнаты. Она

---

Штабс-капитан читал разные рапорты, но та бумага, что лежала сейчас на его столе, совершенно не вписывалась в представления о жизни. «Старая монахиня выстрелила в капитана Семецки из револьвера, после чего, позволила оказать ему медицинскую помощь».

Далее шел рассказ о том, как у младшего офицера Маккормика забрали все деньги, табельное оружие и всё, что можно было продать, подлатали его раненого товарища, и выпроводили из рыбацкого селения.

Конечно, он видал в жизни много идиотов… Но чтобы настолько? В дверь постучали.

– Войдите.

На пороге стоял молодой офицер с толстой папкой подмышкой. По его недовольному лицу капитану стало понятно, что дело пахнет керосином. Прислали его по факту провала захвата объекта. Военному было не более двадцати пяти. Как он попал в такой отдел?

– Капитан?

– Да входите-входите. Я знаю, зачем вы пришли. Уже работаем над решением вопроса. Местонахождение меченого известно. Я уже готовлю операцию.

– Уже готовите? Звучит не слишком обнадёживающе. Кто был на миссии?

Капитан понимал, к чему клонит собеседник, но солгать не мог:

– Семецки и Маккормик. Вышло недоразумение…

– Недоразумение, говорите? Два опытных специалиста попытались захватить наглотавшегося воды и ослабленного человека, но получили… эм… вооруженный отпор от старой бабушки-монахини?

Капитан промолчал, понимая нелепость записи в рапорте.

– Надеюсь, вы понимаете последствия? Исполнители должны быть наказаны. Немедленно, капитан. За объектом пошлём ликвидатора. Он справится явно лучше, чем эти бесполезные кретины.

---

Корабль просканировал центральные районы, пытаясь определить, насколько безопасной может быть высадка экипажа. Что-то его настораживало в этой зловещей пустоте. Во-первых, он не мог обнаружить трупы жителей или солдат. Словно их стёрли из книги жизни, оставив лишь пустые дома, магазины и кафе. Ветер, гоняющий газеты, тишина, изредка прерываемая лаем собак.

– Я не зарегистрировал никаких признаков жизни. Включая животных семейства собачьих. Потому, лаять там некому. Вы понимаете, к чему я клоню? – обратился он к экипажу.

Алиса посмотрела на проекцию города и на её и без того мрачном лице появилось еще и сомнение. В осмысленности действий команды и обоснованности риска. Если живых нет, то можно улетать.

Коперник, в отличие от подруги, интересовал вопрос – что произошло с этими районами? Откуда лай, если никого нет.

– Я даже не хочу знать, что это может быть, - ответил на её мысли корабль. И не стану рисковать вашими жизнями, чтобы выяснить, куда делись люди. К тому же, отсутствие органической жизни означает, что я не смогу восполнить запасы энергии. К тому же, если кто-то или что-то истребило всю живность в округе, включая домашних животных и птиц, оно всё еще может находиться там. Если это не материальный объект, нам всем…

– Мы тебя поняли, – ответила Алиса, – Голосуем? Кто за десантирование и проверку местности?

Руку подняли Лина и Алекс. Остальные считали, что такая миссия – откровенное самоубийство.

– Как я и думал, – констатировал корабль.

***

Норман давно пришел в себя, но слушал разговоры монахинь, что ухаживали за ним. Он всё пытался понять, насколько его новые знакомые заслуживают доверия. Из того, что удалось услышать, он понял, что приход давно заброшен, и настоятельница сама собрала монашек и всё восстанавливает из руин. Ему чертовски хотелось узнать у неё некоторые вещи. Когда юная монахиня в очередной раз пришла убедиться, что с ним всё в порядке, парень схватил её за руку и попросил позвать настоятельницу. Испуганная Люси убежала, но просьбу выполнила.

Когда мать-настоятельница вошла в небольшую комнатку, Норман уже заготовил для неё несколько каверзных вопросов. Он никогда не был религиозен, да и зуб на служителей культов имел. Ему было интересно, почему женщина вступилась за него, да еще и подстрелила офицера.

– Ты хотел поговорить со мной? Я тебя слушаю.

– Скажите, зачем вы меня спасли. Не стану скрывать, я простой пират. То есть, с вашей, церковной точки зрения, пребываю на стороне зла.

Матушка Монро прищурила один глаз, словно подмигивая собеседнику:

– Нет добра и зла. Есть только субъективное благо для каждой стороны. То, что благо для тебя – зло для кого-то еще. Мы здесь защищаем благо простых людей. А служителей Бездны не нам их судить.

– Вот, вы такая правильная. Но что вам даёт это вечное служение культу в четырёх стенах?

Настоятельница устало улыбнулась:

– Я служу не культу, а человеку. Моя первая заповедь – кто, если не мы?

– И что это даёт лично вам? Спасение души?

– Уверенность в том, что у слабых есть надежда, которой не было у меня и многих других людей. Истинное служение может быть только людям, здесь и сейчас. Боги в нём совсем не нуждаются. Они могущественные и вполне самодостаточные, - ответила монахиня.

– Не похожи вы на монашку. А как же грехи, воля Всевышнего, ад и прочее, о чём говорят старые книги? Битва сил света с демонами?

Монро села на уголок кровати и ткнула пальцем в лоб Нормана:

– Здесь идёт битва твоих демонов с чужими. Никакой иной не будет.

– А как же Бездна? Я слышал, что говорила Люси.

Старая монахиня выдержала паузу, зажгла еще одну свечу и, наконец, ответила:

– Силы, далёкие от нашего понимания, всегда будут вести свою игру. Мы в ней не игроки и даже не пешки. Мы – пыль на шахматной доске. Пока они нас не замечают, всё хорошо. Но иногда во вселенной начинается генеральная уборка. Всё это никак не зависит от людей. Потому, всё, что мы можем и должны делать – оставаться собой, не идти против совести. Не смотря ни на что.

Пират усмехнулся:

– Вы юлите. Уходите от прямых ответов. Ладно, тогда задам вопрос попроще. Почему вы помогли мне и откуда знаете капитана Фронтеру?

– А это уже два вопроса, сынок.

Норман понял, что ничего не добьётся, спрашивая напрямую. Что же связывает эту женщину с Анной? Почему так изменился её голос при упоминании капитана? В принципе, по возрасту Монро вполне годилась Фронтере в матери. Неужели?..

Время не ждёт

Коперник, видя, что осталась в меньшинстве, решила не отступать. Она предложила Алексу последовать за ней. Видя, что ситуация накаляется, Ункар принимает решение составить им компанию. Корабль на это ответил только то, что может не успеть спасти две юные задницы, но Дирижер пообещал присмотреть за молодёжью.

По дороге к городу они заметили что-то странное. Сказочник проверил догадки. Это место вполне могло стать ловушкой для всех троих. Огромная территория оказалась в эпицентре пространственно-временной аномалии. По мнению Ункара, сотворить такое не смог бы никто в этом временном отрезке. Потому, он предположил, что виновник – кто-то из его собратьев, либо судей. Кто-то, имеющий силу и полномочия для управления такими структурами.

– Подождите меня здесь, – сказал он спутникам и исчез. Появился Дирижер минуты через две, – Люди не погибли и не исчезли. Они внутри этого аномального явления. Потому их не фиксируют приборы.

– Я пойду туда! – решительно сказала Лина.

Ункар и Алекс посмотрели на неё, как на ненормальную. Ведь она может запросто застрять в этой временной ловушке. И не факт, что удастся её спасти.

– Ребята, я с глюками времени на ты. Не бойтесь за меня.

--

Опустевший город замер. В нём остановилось всё, включая звуки. Тишина в обычном мире звенящая, а здесь… В первые минуты Лине показалось, что она полностью оглохла. Лишь голос Алекса за спиной переубедил девушку.

– Почему на нас не действует эту штука со временем? – спросил Тесалов.

– Сама не знаю. Ункар? Есть предположения?

Дирижер оценивал ситуацию. Он не мог понять принцип работы этого трюка со временем. Ему даже не попадалось ничего похожего, чтобы сравнить. Он посмотрел на Коперник и её товарища, и, молча, двинулся вперёд, сканируя каждый квант этой искаженной реальности на всех уровнях.

Его восприятие засекло деформацию структур, и, когда дирижер выяснил причину, ему стало не по себе. Аномалия привлекла падальщиков времени. Эти создания обычно собираются возле черных дыр, пожирая останки реальности, выплюнутые этими космическими объектами, словно кости индейки на день благодарения. Но видеть их здесь…

– Какими судьбами, конструктор миров? – спросил один из них.

– Ищем знакомых, – честно ответил Ункар.

Падальщик, обладающий неким подобием черного юмора, окинул взглядом постепенно разрушающийся город, – Решил присоединиться к трапезе?

Лина не слышала их разговор, но заметив, что рядом с дирижером оказалось нечто очень странное, поспешила к товарищу.

– Надо же… кто к нам пожаловал, - язвительно заметил пожиратель времени, – Главная мусорщица нашего маленького мира. Как говорят у вас, людей – преступники всегда возвращаются на место преступления.

– Я не преступник! – возмутилась Коперник.

– Скажи это сотням тысяч душ, которые вот-вот отправятся в небытие. Если бы не твоя глупость, неосмотрительность и наглость, мы бы сейчас обедали в другом месте. У тебя есть несколько мгновений, чтобы убраться. Иначе станешь закуской.

Девушка успела только рот открыть. Ункар телепортировал её и Алекса на борт корабля. Стоило им исчезнуть, как экипаж увидел на экране, как город схлопнулся, а на его месте образовалась пульсирующая черная воронка.

– Пока она «заморожена» во времени. Как только эффект закончится, планете… Да что там – всей системе конец.

– Ункар, мы что, не сможем спасти друзей?

Дирижер молчал. Он не мог позволить Лине вновь вернуться во времени. В сложившихся обстоятельствах, её могли попросту сожрать падальщики.

---

В два часа ночи на базе спали почти все. Кроме часовых и капитана. Когда он услышал, что кто-то пришел и говорит с дежурным на КПП, офицер, не долго думая, направился в лазарет, где лежал раненый. Альбинос тоже не спал в это время. Он удивился неожиданному визиту. Но еще больше стало его удивление, когда начальник потребовал немедленно бежать, захватив с собой напарника.

– За вами пришел уборщик Ордена. Они не прощают ошибок. Бегите.

Штабс-капитан тихо направился к выходу, понимая, что ему светит за содеянное. Он зашел в свой кабинет, взял табельное оружие, зарядил и уселся поудобнее в кресло.

Гость несколько задержался, но пришел. Он тихонько открыл дверь, и был изумлен, увидев, что его ждут. Вот и он – высокий, подтянутый. В идеально выглаженной черной форме. Китель с воротником-стойкой и серебряными пуговицами. Элита, одним словом. Их никто не отправляет на передовую, зато поручают все работы устранению нежелательных элементов и захвату шпионов.

Он почтительно склонил голову, входя внутрь.

– Думаю, вы уже догадались, кто я? Мне поручено убрать за вами. Сделать то, что не смогли ваши подчиненные.

– Делайте, - спокойно ответил капитан. Но моих офицеров я убивать не дам.

На лице убийцы промелькнула лёгкая усмешка:

– Я от них избавлюсь в любом случае. Только теперь придётся добавить еще один пункт в список. Вы осознаёте, что это предательство?

– Это защита личного состава от превышения должностных полномочий старшими офицерами. Я понимаю, что вы просто исполнитель. Но доношу до вашего сведения. Офицеры Маккормик и Семецки не совершили нарушений, за которые бы следовало их казнить.

Ликвидатор отрицательно мотнул головой:

– Это не вам решать капитан. Ждите утра. Вам объявят о приговоре. И да, можете считать себя уволенным в запас прямо с этого момента. А сейчас, с вашего позволения, я завершу их миссию, и решу вопрос так, как это нужно было сделать. У вас есть карта местности с монастырём?

----

Накрапывал Мелкий противный дождик и с самого утра мать-настоятельница чувствовала неладное. Она стояла во дворе монастыря, вглядываясь в сизую мглу тумана. Сырой воздух успел пропитать одежду, а ветер и мерзкая изморось довершили его миссию. Кутаясь в потрёпанную шаль, Монро прошлась вдоль невысокой оградки.

Она бы посчитала свои догадки паранойей, если бы не лёгкий аромат качественного мужского парфюма, отчётливо пробивающегося сквозь запах сырой земли и свежей травы. На территории прихода, кроме Нормана мужчин не было. А от последнего пахло, прямо скажем, не туалетной водой.

Солдаты? Не похоже на них. Те не прячутся, а нападают, стреляют, режут. Если мозги не промыты, берут девок помоложе для своих целей. «Безголовые» таким не интересуются. Просто выполняют приказ. И от них тоже ничем подобным не пахло отродясь. Этот запах был ей знаком... Только вот, откуда, матушка вспомнить не могла.

А ещё она думала сейчас, насколько забавная штука – закон. К примеру, если на частную территорию влез посторонний, в него можно стрелять. А если это, к примеру, государственный служащий, следящий за тобой, так это его, служащего проблема.

Револьвер удобно лёг в ладонь. Не уж-то опять придётся стрелять в одних незнакомцев ради спасения другого? Как же это утомительно… Монахиня сосредоточилась, стараясь услышать каждый звук. Вены на висках вздулись, время, словно остановилось на миг.

В этот момент из ворот монастыря выбежала Люси, сбив концентрацию. Матушка жестом указала ей вернуться назад. Девушка, хоть и не поняла, в чём дело, послушалась и поспешно скрылась внутри.

По пути в келью её перехватил Норман:

– Куда ты так несёшься? Что-то случилось?

Монашка перепугано хлопала длинными белыми ресницами из-под накидки.

– Сама не знаешь? Понятно. С Монро всё в порядке?

Глядя на лицо Люси, пират понял, что происходит что-то нестандартное. Он вернулся в свою комнату и захватил оттуда нож.

– Прячься. И не в келью. Там тебя будут искать в первую очередь. Только сперва предупреди сестёр. Пусть валят куда-нибудь подальше. А я что-то придумаю.

Девушка кивнула и побежала дальше, выводить остальных из монастыря.

Выходить во двор пират не решился. Первым делом он осмотрел все доступные и не закрытые на ключ помещения на предмет чего угодно, напоминающего оружие. Как назло, кроме пары кухонных ножей и тесака, ничего подходящего не нашлось. Нож подлиннее Норман заткнул за пояс, а тесаком вооружился на случай прямой стычки.

***

Гость никак не выдавал себя, а едва заметный запах его одеколона выветрился. Учитывая направление ветра, это могло означать лишь то, что он уже на территории комплекса. Может ли Норман позаботиться о себе? Успела ли Люси предупредить всех? Да и поняла ли девушка, в чём дело?

Безумно хотелось закурить. Впервые за последние лет десять. В каморке у Монро лежала пачка папирос, едких, как шуточки старого епископа, и вонючих, как портянки нищего на паперти. Что поделать, если ничего лучше в этих краях не найти. Папиросы лежали нетронутыми все эти годы. Делая уборку, она всякий раз их перекладывала, но не выбрасывала. Словно те были памятной вещью, не дававшей забыть о ком-то или о чём-то.

На морщинистом лице монахини появилась лёгкая улыбка. Мимолётная, словно мысль о приятном моменте из прошлого. Она стояла, постукивая пальцами по костяной накладке на рукояти револьвера, глубоко вдыхала сырой воздух. Кто знает, вдруг, это её последние мгновения?

Норман выглянул в узкое окошко. Настоятельница стояла во дворе, недвижно, словно статуя. Дождь усиливался, и пират подумал, что при всех обстоятельствах пожилой женщине не стоит мокнуть.

***

В кабинете офицера горела тусклая лампа. Он склонился над бумагами и что-то записывал в небольшой блокнот. В дверь постучали.

– Войдите, - крикнул он, и с удивлением посмотрел на вошедшего, - Что-то опять не так? Вы его потеряли?

– Никак нет... Послан утилизатор, миссия будет завершена сегодня же.

Офицер кивнул, - Хорошо. Садитесь. Кого послали?

– Маркуса. Он уже прибыл в монастырь

Холодный взгляд из-под очков обжег советника.

– Сан-Романо?

– Именно, сэр. Думаю, он быстро справится.

Офицер перестал писать и снял очки:

– Жаль парня. Ну... Земля ему пухом. Я сейчас не о пирате. Вы даже не представляете, куда его отправили... Почему мне никто никогда не докладывает детали? Чёрт... Монро же его закопает на монастырском огороде и пойдет на утреннюю молитву...

– О чём вы? Там же только монашки и старуха - настоятельница.

На этом месте старый военный рассмеялся, вызвав удивление подчиненного:

– Это ликвидатор ликвидаторов... На пенсии, так сказать. Хотя, правильнее было бы сказать, в самоволке. Мы пытались её остановить. Всё-таки, личная свобода - большая роскошь в наше время. Практика показывает, что любое желание свободно мыслить - само по себе угроза безопасности нашего общества. А подобные идеи в головах элитного убийцы и подавно. Потому мы не можем просто так отпускать желающих на все четыре стороны.

- Вы направляли к ней утилизаторов?

– Двенадцать. Одновременно. С тех пор о них никто ничего не слышал. Говорят, она превратила монастырь в лабиринт смерти, полный ловушек, которые можно активировать в любой момент. Профессионалы не справились. Потому я Маркусу могу лишь пожелать умереть быстро.

Офицер достал из ящика стола сигару, отрезал кончик и закурил.

– Рекомендую, кстати. Отличные сигары, привозные.

***

Утилизатор дождался, пока Монро вернулась в монастырь. Он не спешил. Всё-таки, ему сообщили, что у бабки имеется револьвер, который та не стесняется применить на желающих проверить порох в её пороховницах.

Наконец, терпение не выдержало. В конце концов, что он теряет? Назад с пустыми руками возвращаться – подписать себе смертный приговор. Да и вряд ли эта бабушка так проворна, чтобы его чем-то удивить. С такой мыслью, мужчина направился в сторону входа в основной монастырский корпус.

Его понемногу начинало знобить, потому хотелось поскорее оказаться внутри, подальше от сырости, тумана, и не желающего прекращаться противного мелкого дождя.

Под крышей монастыря действительно оказалось куда уютнее и теплее. Всюду горели свечи, и, судя по температуре, недавно топили печь. Он явственно ощущал запахи ладана, и чего-то еще, более тонкого, слащаво-приторного. Убийца расстегнул кобуру и достал пистолет. Больше всего его смущала тишина. Никто не ходит, не разговаривает, не читает молитвы. Ведь здесь должно жить десятка два женщин, помимо настоятельницы.

От мыслей отвлек странный шорох. Только вот, судя по ощущениям, он звучал не откуда-то издалека, а словно в его собственной голове. Яд?... Но как? Запах… Чёртова старуха. Она увела всех и отравила воздух какой-то дрянью.

– Маркууус, - протяжно позвал голос в голове.

– Нет… Так просто ты меня не угробишь, карга, - злобно прошипел утилизатор. В глазах рябило, голос продолжал повторять его имя. По стенам стекала чёрная жижа.

На лбу проступил холодный, пот, дыхание стало прерывистым, а в горле пересохло. Слишком медленно для убийства. Охотник хочет поиграть с добычей? Да кто же такая эта бабка?

Голос в голове превращался то в голос погибшей сестры, то приобретал интонации его матери. Временами он слышал в этом протяжном «Маркууус» нотки Элис… его милой Элис, которую он все эти годы старательно пытался забыть.

Утилизатор прицелился в пустоту, – Бам! Выходи… Я уже устал слушать и смотреть собственный бред.

Он сделал несколько шагов вперёд и под ногами что-то хрустнуло. «Чёрт» - успел подумать киллер, прежде, чем арбалетный болт оказался по самое оперение в его бедре.

Мужчина взвыл от боли и упал на колено, держась руками за раненую ногу. За спиной послышались тихие шаги.

– Здравствуй, Маркус. Возмужал, борода уже растёт… Жаль, что мы встретились при таких обстоятельствах.

Убийца оглянулся.

– Монро… Признаюсь, не ожидал тебя увидеть в таком месте. Угостишь свинцом или всё-таки виски?

– Смотря, зачем ты пришёл, - ответила монахиня, целясь ему точно в лоб.

– За твоим гостем. Он должен уйти со мной.

– А если он сам этого не хочет.

– Его никто не спрашивает.

– А зря. И пока он на моей территории и является моим гостем, можете не пытаться. Вы постоянно пытаетесь у меня что-то забрать. Сначала дочь, потом свободу и право выбирать… Я устала.

– Послушай… послушай, Монро. Ты же знаешь – за мной придут другие. И будут приходить вновь и вновь, пока не решится вопрос. Если понадобится, монастырь осадят военные. Чёртовые безголовые придурки, которые не станут с тобой разговаривать, и совсем не боятся боли. Ловушек у тебя здесь меньше, чем пушечного мяса у Ордена. Выхода нет. Ни у меня, ни у тебя.

Монахиня задула свечу на стене и подошла ближе, – Выхода нет для тех, кто его не ищет. Если готов выслушать, будешь жить. Итак, твой ответ?

***

Офицер наливал себе третью рюмку и почти докурил сигару. Его задумчивое лицо с холодными, как кубики льда глазами, немного пугало советника. Но любопытство взяло верх, и он задал вопрос:

– Кто она такая, эта Монро? Или это секретная информация?

Седовласый протянул вторую рюмку собеседнику.

– Основатели Ордена привели её к нам еще молодой. Ей было лет двадцать пять. Ничего о себе не помнила. Одежда странная, словно с Луны свалилась. Бормотала что-то несвязное. Мы её воспитали, обучили всему. Это был приказ сверху. Я до сих пор не понимаю, как можно было непонятно кого с потерей памяти брать на такую работу… Но она стала лучшей из нас. После трёх десятков успешных миссий её сделали командиром отряда утилизаторов. А еще через несколько лет перевели в особый отдел. Она устраняла тех, кто не справился или решил дезертировать. В этом отделе нет пенсии. Люди работают до тех пор, пока способны. А дальше… Либо их убьют на миссии, либо после.

– Монро провалила задание? – уточнил советник.

– Нет. Она всегда была идеальной. Последнюю миссию старушка выполнила в шестьдесят девять лет. А потом ушла… Она не могла простить нам то, что мы сделали…

– Сделали? Вы же помогли ей и дали пожизненную работу!

– Мы отняли её дочь, и позволяли видеться очень редко. Девчонка была нашей гарантией… Пока не сбежала. Говорят, она прибилась к каким-то бандитам, а потом её след потерялся. После этого Монро уже ничего не держало, но она осталась. Ушла только тогда, когда решила, что это нужно ей самой.

***

Алиса, Лина, Фронтера с мужем и Тесаловы сидели в главной каюте. Никто ничего не говорил. Ункар куда-то испарился, и корабль чувствовал себя неуютно от этой тишины внутри. Он привык к тому, что члены экипажа, это такие «тараканы в его голове», которые никогда не умолкают. И эта шизофрения создавала для него ощущение комфорта.

Первой не выдержала Лина. Она встала со своего места и топнула ногой:

– Я обязана всё исправить. Из-за меня пострадало слишком много людей… и не только людей. Не смогу я вот так дальше жить, зная, что по моей вине на тот свет отправится целая планета.

Алиса кивнула:

– Мы обе хороши. Наворотили слишком много. Нужно придумать, как вернуть всё на свои места.

Анна, посмотрев на боевой запал дочери и её подруги, покачала головой:

– Лина, ты уже со своими идеями сначала украла у меня ребёнка, потом втянула её в эту историю, а сейчас, похоже, решила окончательно угробить?

– Мама! Я уже взрослая женщина, и сама могу решать, что мне делать. Ты не можешь мне запретить!

– Запретить? Я что-то говорила о запретах. Нет, девочки. Просто на сей раз ваш поход возглавлю я. У меня единственной есть опыт командования и принятия тактических решений. Так что, отныне командир у вас мама. Возражения не принимаются.

Девушки переглянулись, и Лина подняла руки вверх, - Окей босс. Жду указаний…

Фронтера, довольная собой, прошлась по каюте:

– Итак, команда. Как вы уже все поняли, назад пути нет. Планете конец, спасти мы уже никого не сможем, и вернуться уже не получится. Разве что, если в будущем, прошлом и т.д. всё исправим.

В этот момент появился Ункар, он скептически посмотрел на Анну:

– А ничего, что вы, супруг и учёный с сыном вообще не вписываетесь в историю нового мира и новой Терры?

Капитан ухмыльнулась, – После того, что наворочено, появление нас в другом мире – меньшее из зол. Не думаю, что оно сделает хуже, чем есть. А мы все дружно сможем явно больше, чем две девушки, которые, уж простите, с каждым разом делают только хуже. Вернуться на погибающую планету и совсем не героически помереть? Нет, спасибо. Уж лучше я помогу спасти её.

– Мам… ты решила записаться в герои и стать «хорошей девочкой»?

Фронтера сделала обиженное выражение лица, - Я и так хорошая девочка… В сравнении с некоторыми персонажами, с которыми приходилось сталкиваться. А героем стать никогда не поздно. И я не планирую делать это посмертно. К слову, - обратилась она к Ункару, - А меня можно накурить или напоить той штукой, от которой эти две не помирают?

– Да вы все издеваетесь, – гневно бросил Дирижер и растворился в воздухе.

***

Ни Алиса с Линой, ни Фронтера понятия не имели, как всей честной компанией свалить в другую версию реальности, да ещё и вместе с кораблём. Единственный, кто мог прояснить ситуацию и помочь, это Ункар. Но его отсутствие красноречиво демонстрировало нежелание Дирижёра участвовать в процессе.

– Кораблик, а ты мог бы разобраться в веществе или живом организме и собрать что-то похожее? – спросила Коперник.

– В принципе, да. А что именно нужно синтезировать?

Девушка подмигнула напарнице, – Один весьма специфический напиток, который придётся пить всем.

Полоцкая отлично помнила акт вампиризма на Терре-1. Потому синтез гокки на фоне тех событий ей уже не казался чем-то диким.

Лина дала свою кровь на «опыты», и звездолёт собрал нечто похожее на ту самую выпивку из бара. Получилось несколько небольших порций, которых должно было хватить на команду. Корабль, чтобы не остаться здесь, начал процесс размножения спор гокки внутри своего организма. По его подсчётам, на это требовалось около трёх суток.

Этого времени как раз хватало для того, чтобы слетать за останками «Эксперта», и забрать их.

Небольшая база, где его содержали, осталась без охраны. Лишь собака на цепи лаяла на незваных гостей. Судно стояло без двигателей. Те остались на базе военных в уже несуществующем городе.

Звездолёт осмотрел бот со всех сторон и начал процесс ассимиляции. Больше всего это напоминало натягивание большого чехла на металлический каркас. После того, как основа оказалась внутри его тела, корабль стал менять свою форму. Теперь он напоминал со стороны огромную акулу. Только с щупальцами на пузе и прямоугольными элементами, выдававшими присутствие «Эксперта» внутри.

– Просьба есть, - обратилась Полоцкая, – Борт с номерами и названием покажи.

Звездолёт послушно раздвинул кожу на нужном участке.

***

Монро и утилизатор сидели за столом. Монахиня аккуратно удалила болт из ноги гостя и даже наложила лекарство на рану. Из-под бинта немного сочилась кровь, и Маркус поморщился, глядя на рану. Если старуха его не прикончит, придётся ещё ковылять назад, чтобы завершить их план. То, что сказала ему настоятельница, заставило убийцу иначе взглянуть на Орден и свою работу. Эмоции и мысли перемешались. Монро прекрасно понимала ситуацию, но виду не подавала.

Она протянула небольшую рюмку с крепким виски, от которого даже у местных алкашей глаза лезли на лоб.

– Не бойся, не отравлю. Хотела бы, давно отправила удобрять огород, – с усмешкой сказала она и первой выпила дозу «отравы». Маркус последовал её примеру.

Присутствие Нормана женщина ощутила быстрее, чем киллер. Она подняла руку вверх и, жестом, пригласила его войти.

– Знакомьтесь, Молодые люди. Нам предстоит обсудить кое-что очень важное.

***

Наконец все собрались за импровизированным столом. Каждый получил свою дозу «адова пойла», как окрестил его палач.

– За что пьём? – спросил Тесалов старший.

– За то, чтобы эта херня поскорее закончилась, но не вместе с нами, – ответила Анна и выпила залпом свою рюмку. Вслед за ней посуду осушили остальные члены команды.

Повисла зловещая тишина. Все ждали, когда что-то произойдёт. Но это таинственное «что-то» совершенно не желало происходить. Оно сейчас творилось где-то далеко, в другом месте, и не планировало отрываться от дел.

– Нет, должен быть какой-то выход… – грустно пробормотала Лина и повернулась к широкому иллюминатору. Мимо проносились фрагменты космического мусора и еще непонятно чего.

– Эй… ребята… я не хочу вас отрывать от ощущения безнадёжности ситуации, но, пожалуйста, посмотрите, что за бортом творится.

Все дружно выглянули в «окно», и убедились, что пребывают в открытом космосе.

В то же мгновение посреди каюты появился Ункар, – Не благодарите… Пришлось помочь вам не разлететься в разные уголки вселенной.

– Куда теперь, – спросил Алекс.

– Вперёд, к приключениям! – ответила Коперник и подмигнула товарищам.

Lone Star

Покой нам только снится

Полоцкая проверила всё, что еще работало на судне. К счастью, кроме двигателей, эти изверги не сняли с «Эксперта» ничего важного. А самое главное – никто не нашёл её лампу. Впрочем, Тесаловы вручили ей еще десяток разных антикварных для этого пространства-времени штуковин такого же типа.

Пока Алиса разбиралась с электроникой, запищал коммуникатор. Пока железка была без питания, системные настройки сбились, и вместо привычного звука теперь стояла жуткая пищалка «default sound».

С другой стороны, это означало хорошие новости – поблизости есть маяки дальней связи.

Лина проверила дату. Это же через день после того, как она устроилась на работу. Их выбросило не просто назад, но ещё и в такое время. То есть… им предстояло выполнить тот заказ еще раз. Жуть…

Алиса включила комм и за две минуты разговора несколько раз поменялась в лице.

Коперник прислушалась. Заказчик внёс изменения в контракт. Теперь он просил подбросить пассажира за дополнительную оплату. Дескать, тот поможет в выполнении миссии.

– Райлин? Да я скорее сдохну, чем впущу это чудовище на свой борт, – Возмутилась Полоцкая.

Заказчик развёл руками, - Тогда готовь верёвку, потому что это обязательное условие контракта. Читала пункт 7? Там что сказано? Я имею право добавлять условия сделки, оплачивая дополнительные неудобства. Вот, тебе и условия. Деньги перечислю прямо сейчас. А ты просто потерпишь парня до возвращения на Терра 7.

– В чем подвох? Зачем райлину лететь в эту дыру? Что он там забыл?

Комм выключился. Ответа Полоцкая так и не получила.

***

Лина понятия не имела, кто такие эти райлины и почему напарница в таком ужасе. Потому решила попросту дождаться момента, когда пассажир присоединится к ним. Но, когда стыковочный модуль его корабля соединился с «Экспертом», она была в лёгком шоке.

Огромный зелёный с фиолетовыми ногами – щупальцами осьминог шустро пробрался внутрь и галантно поклонился, тут же поскользнувшись и плюхнувшись на пол с высоты своего немалого роста. Он растёкся, подобно зелёно-фиолетовой луже, и тут же собрался:

- Привет, я Саймон – девок за жопы хватаймон. Порезвимся, красотки?

Улыбка на физиономии осьминога испарилась, когда он уткнулся в угрожающе-опасный взгляд Фронтеры, – Ладно-ладно, дамочка, всё нор-маль-но... Может быть, выпьем за знакомство? У меня, вот, суккари есть, бутылочка гокки?

- Неееет! - одновременно завопили Алиса с Линой, заставляя удивиться даже палача. Тот бы сейчас не отказался от чего-то горячительного. Но девушки совершенно не желали вывалиться отсюда в какие-то пространственно-временные дебри и начать всё с начала.

Алиса вышла вперёд и уставилась на гостя так, что тот сдал немного назад.

– Так, Саймон. Командую миссией я. Если ты не перестанешь вести себя, как клоун-альфа-самец, я лично тебя отправлю в открытый космос, и совесть мучить не будет. Фронтера удовлетворённо кивнула, а её супруг продемонстрировал приличных размеров тесак.

Осьминог сделал выводы и поднял пару щупалец вверх:

– Сдаюсь – сдаюсь. Какие будут указания, капитан?

– Упаковаться в свою каюту, – Ответила Полоцкая, и под гостем провалился пол.

– Эй, дружище, не перевари его, пожалуйста, – обратилась Алиса к кораблю.

Тот поурчал пищеварительным трактом, изрядно напугав райлина:

– Триста килограммов чистого белка пропадает… – печально ответил звездолёт, – Надеюсь, мне это компенсируют?

– Обещаю. Слово капитана.

***

Саймон оказался самым болтливым созданием, какое Алиса встречала в своей жизни. Она уже успела пожалеть, что не скормила его кораблю. Но сейчас ей нужно было выполнить заказ, чтобы в будущем, а точнее – в нынешнем настоящем, не возникло проблем. Впрочем, они здесь наверняка уже есть, как результат их с Линой деятельности. Оставалось лишь узнать, как теперь эта реальность выглядит, и что в ней изменилось.

Полоцкая наблюдала за тем, как у матери налаживаются отношения с мужем, а Тесаловы активно изучают современную науку, пользуясь бортовым компьютером и выходом в G-net.

Лина подошла к ней незаметно, и даже слегка напугала, позвав. Алиса обернулась, – Чего тебе?

– Нужно обдумать план действий. Не забыла, что артефакт не найден до сих пор? Судьи ждать не станут. Нужно снова лететь на Терра – 1 и найти его.

Полоцкая кивнула, – Сразу после нашей горе – миссии. В прошлый раз еле ноги унесли. А теперь еще и с этим, - кивнула она в сторону райлина, болтающего с учёным.

– Угу… - буркнула Коперник.

– Ладно… Нужно разобраться, что творится теперь в реальности после всего, что мы начудили. Лезь в G-net и проверяй всё – кто сейчас у власти, отношения между планетами, информацию о Кеше, его супруге и сыне, данные по военной операции. Заодно проверь насчёт своих родителей. А то эти эффекты бабочек могли всё перевернуть с ног на голову.

Осьминог услышал обрывок фразы, и уточнил, – Кого перевернуть? – щупальца обвились вокруг ног Алисы, и она внезапно оказалась подвешенной в воздухе, подметая пол каюты волосами.

– Поставь её на место, зелёное чудовище, - угрожающе крикнула Анна, целясь в райлина из пистолета.

Тот поболтал девушкой в воздухе и расплылся в улыбке, – Вы совсем шуток не понимаете? И, кстати, этой штукой меня не убьёшь. Насквозь пролетит, только рикошетом кого-то можете задеть. Так что не балуйтесь с оружием.

Лина зажала рот ладошкой, наблюдая за картиной. Примерно тем же занимались палач и Тесаловы.

– Ну, чего вы ржете? – возмутилась Полоцкая, - Хоть бы поддержали. Вот, если он вас бы так?!

Осьминог подмигнул Алисе, – Да не вопрос!

В тот же миг еще две конечности превратили в летучих мышей Анну и Лину.

Предусмотрительный экс-бармен решил свалить, пока зверюга не решила продолжить.

– А вы куда уходите так рано? Представление только началось, расхохотался райлин.

Фронтера била рукоятью револьвера по мягкой и скользкой коже щупальца, но боли это не причиняло.

Тесаловы начали красться вслед за мужем Анны, и в этот момент объявился Ункар.

– Так, поваляли дурака, и хватит, – обратился он к разыгравшемуся осьминогу, – Есть сейчас поважнее дела, чем экипаж отвлекать от задач. Поставил всех на места и занялся чем-то общественно полезным.

– А то что? И вообще, ты еще что такое?

Ункар не сдвинулся с места, когда свободное щупальце попыталось его ударить. Конечность пролетела сквозь Дирижера, а тот на миг превратился в россыпь золотистых звёздочек.

– Повторять не буду, – угрожающим тоном добавил сказочник.

– Ой, да что вы такие нервные все…

Девушки были тотчас поставлены аккуратно на ноги, а сам райлин уполз в свою каюту, изображая вселенскую обиду.

– А я предлагал сразу его съесть, – заметил корабль.

***

Не то, чтобы райлины были самой умной расой, но за миллионы лет эволюции они приобрели не только странное чувство юмора. Их главной особенностью считалась уникальная память. Каждая особь – по сути, небольшой компьютер с базой данных. Что знает вид, то знает отдельный райлин. Как? Учёные на Терре до сих пор не могут понять, как осуществляется передача этих данных. Не подтвердились гипотезы про записи в ДНК, и особые синаптические связи между нейронами разных райлинов. А на все «Как?» осьминоги не могли дать вразумительного ответа.

По этой простой причине Саймон отлично знал, кто такие Дирижеры, был в курсе истории с Террой. Обладая идеальным слухом, он уловил каждое слово, сказанное Алисой. Его природное любопытство не раз играло злую шутку, но так хотелось узнать, кто же такие его спутницы, что они такое натворили, и что за артефакт ищут.

Не учёл он лишь одного. Того, что корабль, абсолютно лояльный экипажу, знал каждую его мысль, и уже был готов принять меры, если гость на борту как-то помешает девушкам. И, в отличие от Анны, звездолёт имел в распоряжении козыри, способные напугать осьминога.

***

Коперник выполнила приказ. Она изучила данные по истории, военным операциям, новости, и собственное досье. Никаких явных отклонений обнаружено не было. Ей вдруг стало интересно, сталкивалась ли Полоцкая с Кешей в этой версии реальности, и попадётся ли им Эн’киин?

Про Кешу, принцессу и их сына галактическая сеть молчала. Данные имелись только о том, что они некогда претендовали на трон.

Вдруг её внимание привлекла одна новость «Повстанцы – террористы взорвали бомбу в пресс-центре манагассийского дипломатического корпуса. Террористы – люди… С каких пор у Терры и Манагасса есть разногласия? Да ещё и настолько серьёзные? Она начала копаться в более ранних новостях, и обнаружила, что это не первый случай, а ответственность за теракты так на себя никто и не взял. Получалась странная картина – кто-то намеренно портил отношения двух дружественных народов, чтобы поссорить Терру со всеми, с кем только можно.

Коперник проверила, где отец. Тот по-прежнему находился на крейсере "Абердин". Интереса ради она уточнила состояние по всей семье. Дядя оставался на Терра-7, мать пропала без вести. А она сама… Про Лину данные оказались закрыты. Она зашла со своего официального аккаунта, чтобы получить доступ хоть к чему-то о себе самой. Но три символа на галле, означающие секретную информацию, вновь появились на экране.

Дрожащими руками девушка проверила базы разыскиваемых. Не обнаружив там себя, она с облегчением вздохнула. Тогда в чём же дело? Дядя обнаружил пропажу? Но зачем закрывать доступ к данным? Или… он хочет, чтобы Лина пропала. Ведь она – всё, что осталось у отца… О давнем конфликте между братьями Коперник была в курсе. Только не знала, что послужило его причиной.

От поисков отвлек писк комма на главной консоли. Традиционная проверка патруля. Всё бы хорошо, если бы ни четверо пассажиров, на которых нет документов.

– Могу ассимилировать этот ваш патруль. Внутри, наверняка, есть кто-то съедобный, - предложил корабль.

Но Лина отмахнулась, – Тебе бы только есть. Если мы сожрём их и захватим, сюда слетится целая армия. Всех не сожрёшь.

Космолёт вздохнул, – Ну, можно было попытаться. Съесть не съем, но…

– Никаких «но». Мы не едим своих. Даже, если те мешают. Если бы Алиса рассуждала, как ты, я бы давно стала её завтраком. Это уже не говоря про Анну…

Коперник заявила это столь твёрдо и решительно, что собеседник замолк.

Тем временем патрульный корабль подошёл достаточно близко, чтобы начинать беспокоиться. Его экипаж подал сигнал о том, что они планируют войти на борт.

– Саймон, у тебя документы при себе? – Спросила Полоцкая.

Осьминог кивнул, залез щупальцем куда-то в недра своих внутренностей, и выудил оттуда инфо-кристалл.

– Это было мерзко, но я рада, что ты их хотя бы не забыл. А вот с остальными сложнее. Нужно вас как-то спрятать. Но куда?

- Кхм… – прервал размышления вслух корабль, – не хочу показаться назойливым, и не планирую никого пугать, но во мне очень много свободного места. И не только в пищеварительном тракте. Я могу запросто закрыть четырёх человек наглухо, так, что их никто никогда не отыщет.

– Действуй, - согласилась с ним Алиса, – мама, Алекс, Николай – бегом, куда он скажет. Ты, – обратилась она к палачу, за старшего!

– Он? – хором возмутились все.

Капитан кивнула:

– Это мой корабль. Что бы там мама себе не придумала.

Анна покачала головой. Дескать, дочка вся в неё удалась.

Когда все скрылись, Полоцкая нажала на кнопку и… поняла, что стыковочный отсек нынче где-то в недрах плоти корабля. Тот мысль услышал и освободил участок, позволяя гостям проникнуть внутрь.

Манагассийский патруль бесцеремонно вошёл, дабы убедиться, что у владельцев непонятного корабля всё в порядке с документами. Физиономии знакомые. Они не раз попадались Алисе на этом участке. Интересно, помнят ли они её в этой реальности?

Лина развалилась в кресле, крутя на пальце кристалл со своими документами. Алиса последовала её примеру.

– Дамы и…э… - замялись патрульные, пытаясь определить пол райлина.

– Мужик я, хочешь, докажу? – подмигнул он.

– Н-нет, спасибо, мы вам охотно верим. Документы при себе?

– Разумеется! – расплылся в улыбке осьминог, протягивая кристалл, истекающий противной слизью.

Проверка проходила быстро, потому что Саймон так достал гостей, что те готовы были доплатить Полоцкой, чтобы тот от них отстал.

Наконец дело дошло до Лины. Когда её кристалл вставили в считывающее устройство, девушка напряглась.

– Простите, но вы не числитесь в нашей базе данных.

Алиса в недоумении уставилась на патрульного, – Как это она не числится?

– Вот, сами посмотрите, – протянул ей прибор манагассиец. На экране мерцала надпись на галле, сообщающая о том, что такой номер документа в базе галактического совета не зарегистрирован. Следовательно, он не действителен.

– Вам придётся проследовать с нами для выяснения обстоятельств, – обратились сотрудники космической службы безопасности к Коперник. Та опешила. Она вспомнила, что не смогла получить о себе информацию и её осенило.

– Стойте. Точнее, идите сюда!

Вся компания подошла к терминалу, на который Лина вывела изображение. Там действительно была её фотография, личные данные и запись о том, что информация секретная. Причём с таким уровнем доступа, что, наверное, у премьер-министра Терры такого нет.

Манагассийцы отошли и о чём-то переговорили на родном языке. Судя по всему, они не знали, как поступить. Ведь их начальство увидит на экране то же самое. Если постучаться выше, руководство службы будет вынуждено слать запрос на Терру, в командование службы безопасности. И весь этот процесс затянется, возможно, на месяца.

Но отпустить Лину просто так, тоже чревато. Вдруг она шпион, или опасный преступник. Или вообще – участник эксперимента. Вариантов много, и один хуже другого.

Саймон и корабль всерьёз задумались о том, что двое патрульных, это неплохой обед.

Ситуация зависла. Манагассийцам по закону полагалось наложить арест на корабль, а всех препроводить на ближайшую планету содружества наций Галактического совета. Но предстоящая волокита и разбирательства казались им ещё худшим вариантом, чем закрытие глаз на один странный корабль.

– Кстати, что у вас за аппарат такой странный, – вдруг спросил один из них.

– Райлинская модификация, – нагло соврал Саймон.

За переборкой кто-то громко чихнул. То ли Алекс, то ли его отец.

– Здесь ещё кто-то есть? – спросил офицер патруля.

Полоцкая поняла, что сейчас начнётся обыск. Она уже была сама готова скормить этих навязчивых проверяющих космолёту, успевшему проголодаться.

– Только животные в карантине… – ответила Алиса, понимая, что ей всё равно никто не поверит.

Тем временем, командир с патрульного корабля окликнул коллег по рации. Те нехотя описали ситуацию, и заметно помрачнели.

Боюсь, что нам придётся препроводить вас в участок до выяснения обстоятельств, а корабль отправить в доки на досмотр. Мы приносим свои извинения за неудобства, но этого требует законодательство Галактического Содружества.

Полоцкая кивнула, соглашаясь, а мысленно обратилась к кораблю, чтобы тот ничего не утворил в сложившейся ситуации.

Вот и слетали на миссию… Вот и нашли артефакт на Терра-1. Теперь надо думать, как не загреметь за решётку. А если найдут нелегалов на борту… Или если корабль учудит что-то летальное для манагассийской полиции…

– Эй, ребята, а нельзя как-то уладить вопрос полюбовно? – спросил у патрульных Райлин.

Те подвисли на пару секунд, а затем тот, что постарше, ответил:

– Вы пытаетесь дать нам взятку при исполнении?

Саймон улыбнулся, – Что вы, о какой взятке идёт речь? Я просто хотел отблагодарить вас за то, что вы любезно сопроводите нас в безопасный сектор, и отчитаетесь перед начальством, что у вас возник сбой в системе доступа к базе данных.

– Это взятка должностному лицу…

– Погодите, - прервал их осьминог. Я, кажется, забыл упомянуть важную деталь. Тысяча кредитов, которые будут пожертвованы на нужды участка. Ворота покрасить там… окна поставить новые. Ну и…

Договорить благодетель не успел. На него наставили оружие и зачитали права.

Теперь ситуация осложнилась тем, что одному из пассажиров грозила статья. Кто же мог знать, что на Манагассе в этом квартале жёсткие проверки службы по борьбе с коррупцией, а все разговоры команды прослушивает пилот на патрульном корабле.

***

Лететь прямо на Манагасс было далековато. Потому корабль сел на перевалочном пункте. Его манагассийцы, по сути, арендовали. Здесь находился гражданский космопорт, паршивый отель, полицейский участок и заброшенная террианская военная база. Местного населения от силы тысячи две душ. Пока база была в строю, многие работали в сфере обслуживания. Теперь же они остались без работы. Всё, что могли сделать власти Манагасса – предложить эвакуацию. Но многие здешние жители не имели ни кола, ни двора на исторической родине. Власти установили небольшое пособие, обещая в обозримом будущем придумать программу развития.

Большая часть планеты, хоть и подверглась терраформингу, так и не была освоена и заселена. Потому что никаких интересных для людей ресурсов в этих краях не обнаружили, а особенности атмосферы и погода более подходили стойким уроженцам Манагасса, чем соплеменникам Алисы и Лины. Перепады температуры и постоянно высокий уровень влажности – полбеды.

Участок, в который привели девушек и Саймона, выглядел так, словно его открыли в заброшенном лет сто назад здании. Трещины на потолке, грязные стеновые панели, мерцающие лампы на потолке. Такую жуть Алиса видела только в старинных террианских фильмах. Понять, что строили это всё не манагассийцы можно было по архитектуре. Никаких футуристических элементов. Всё строго квадратное и прямоугольное. Вот только почему они не делают ремонт?

Раздумья Полоцкой прервал стук двери и короткий щелчок за спиной. «Механический замок» констатировала она для себя. Когда это построено?

– Пройдемте. Госпожа Коперник в эту комнату, пожалуйста, а госпожа Полоцкая – направо.

Для чего местная полиция разделяет задержанных Саймон догадался сразу. Хотят сверить показания. Ему же пришлось просто сидеть в комнате для ожидающих. Документы в порядке, причина пребывания на борту известна, нарушений за ним не числится.

***

Коперник уселась на неровный стул с порванной обшивкой и осмотрелась. Комната для допросов выглядела так же паршиво, как и коридор здания. Здесь, видимо, не слышали про уборку и ремонт, а допрашивать попросту некого…

В помещение вошёл дознаватель, или как он тут называется. Грузный манагассиец в возрасте, с кривым шрамом через левую щёку. Он больше походил на пирата из команды Фронтеры, чем на кабинетного работника.

– Итак… Познакомимся. Меня зовут Кайен Итаррак. Я здесь для того, чтобы задать вам несколько простых вопросов.

Лина кивнула и уставилась на собеседника.

– Так… Мы проверили еще раз ваши документы. Странная ситуация. Голокристалл настоящий, информация на него записывалась один раз и не редактировалась. Только дополнения о прохождении курсов подготовки штурмана. Но ваше личное дело в школе отсутствует. И на Терра-7 не зарегистрировано никого по имени Ангелина Коперник.

– Это девичья фамилия моей матери. Я по ней получала эти документы. Нужно было попасть на обучение в обход решения моего отца, – честно ответила девушка.

Манагассиец кивнул, – Допустим. А могу ли я взглянуть на документы, которыми вы пользовались до того, как получили этот кристалл? К сожалению, по какой-то причине этот содержит закрытую информацию. Причём, уровень секретности настолько высокий, что никто на этой базе не имеет доступа к информации. Поверить, что вы простой штурман, было бы слишком наивно.

– Понимаю, что звучит всё неправдоподобно, но я простой штурман. Без лётного опыта. Устроилась на работу через кадровое агентство. Можно же проверить это всё.

У следователя сузились зрачки. Он присел напротив Лины и уставился ей в глаза:

– Кто же вы такая, госпожа Коперник, что информацию о вас засекретили на таком уровне? На террианские спецслужбы работаете? Так сознайтесь. Мы подадим запрос, и отпустим, как только ваше начальство подтвердит, что вы у них числитесь.

Коперник тяжело выдохнула. Как же сложно с этими полицейскими. Эх… быть может, стоило скормить патруль кораблю? Хуже бы точно не стало, после всего, что с ней случилось.

– Я что-то непонятное сказал? – вежливо уточнил дознаватель.

В дверь постучали. С недовольной миной манагассиец вышел. Не было его минут пять, и всё это время у двери дежурил полицейский, чтобы Лина не улизнула.

«Фух» - выдохнула Лина, порядком уставшая от психологического давления и тяжёлого взгляда. Она откинулась на стуле, и чуть было не грохнулась, потому что тот держался на соплях, как и всё остальной.

Только девушка расслабилась, как ощутила лёгкий укол. Словно кто-то ткнул иголкой и тут же убрал её. Она взглянула вниз, и увидела, как по полу от неё бежит какое-то насекомое. Вроде террианских многоножек, только слишком правильной геометрической формы. Догонять странное создание смысла не было. Лина потёрла место укуса, в надежде, что эта тварь хотя бы не ядовита для людей.

Когда следователь вернулся, судя по шагам, он пришел не один. Коперник напряглась, ожидая любых сюрпризов. В комнату вместе с манагассийцем вошёл человек – высокий темнокожий мужчина крепкого телосложения и с гладко выбритой головой.

– На выход, – скомандовал он Лине. Та лишь пожала плечами, встала и проследовала за незнакомцем.

***

Райлин успел заскучать в комнате ожидания, а Полоцкую даже никто не допрашивал. Её оставили в охраняемой комнате и закрыли на ключ.

Чернокожий мужчина, освободивший арестанток, дождался, пока манагассийцы оставят его наедине с Алисой, Линой и Саймоном.

Итак, дамы и господа. Времени у меня не очень много. Сейчас мы быстро решаем один вопрос, и вы свободны. Но для этого нужно проследовать со мной. Корабль пока что останется здесь. За ним присмотрят местные.

Полоцкая отрицательно помотала головой, – Не пойдёт. Я «Эксперт» не брошу. Там животные. Им уход нужен. Да и мало ли… Ещё залезет кто внутрь.

Райлин поддакнул, – У меня на борту ценные вещи! Если они пропадут, я подам жалобу!

– На кого? – в недоумении спросил собеседник.

Лина всё это время осматривала их освободителя. Кого-то он ей точно напоминал. Повадками – одного из наёмников на базе Ка’Луда. Да и от самого Ка в нём тоже что-то было.

– В общем, будь по вашему. Вы берёте свой корабль и летите со мной. Безопасность гарантирую.

Полоцкая недоверчиво взглянула на собеседника, – А чего это мы вам верить должны?

– У вас пока что не было повода сомневаться в моей честности, – ответил незнакомец. И да, меня зовут Джеймс. Ваши имена нам известны.

***

Саймон, всегда любопытный, удалился в каюту. Остальные члены экипажа, услышав, что в каюте посторонние, предпочли затаиться. Джеймс осмотрелся и сел в кресло, возле главной консоли терминала.

Полоцкая понимала две вещи – что у этого парня есть полномочия, достаточные, чтобы открытым текстом послать местного генерала, и что просто так документы Лины никто бы не заблокировал. Но кто даст ответы на накопившиеся вопросы? Джеймс походил на наёмника или бандита, но его повадки заметно отличались от народа, вроде Кеши или тех маларийцев, на базе которых они с Коперник побывали. Что же, попытка не пытка… Можно задать ему пару-тройку вопросов. Вряд ли он ответит правду, но кое-в-чём можно разобраться.

Алиса повернулась к собеседнику и спросила:

– А кого это мы так заинтересовали, что нас решили вытащить из участка на окраине манагассийских владений? Да и откуда у вас информация о том, что мы здесь?

– Вопрос правильный, но вот спрашиваете вы не того. Полагаю, у вас есть достаточно влиятельные друзья…

– Знаете, что-то я таких друзей у себя не припомню. Я обычный пилот, без связей, знакомых «наверху» и прочих плюшек. Лина? Может быть, ты что-то понимаешь?

Коперник помотала головой, – Понятия не имею. Родня не в курсе, где я. А больше некому. Да и узнай они, меня бы давно притащили домой за ухо, как нашкодившего ребёнка. Так что присоединяюсь к вопросу:

– Что от нас потребовалось этим «влиятельным друзьям»? И это они устроили цирк с моим инфо-кристаллом? Я точно знаю, что с документами всё было в порядке.

Мужчина улыбнулся и ответил:

– Ваши документы меня уж точно не касаются. Ну а то, что от вас требуется, вы, в скором времени, сможете лично обсудить с вашим доброжелателем, если вас это конечно вас это устраивает... – он сделал многозначительную паузу.

Лина повернулась к напарнице, – Он издевается. Точно издевается. К слову, - обратилась она к Джеймсу, – А если нас не устраивает? Вы нас силой туда потащите?

– Ну что вы, просто пойдете своей дорогой, пока не попадетесь на следующей проверке документов. Искренне надеюсь, что это будет более приличное учреждение. Либо… Можно обсудить это очевидное недоразумение с моим нанимателем. Быть может это окажется в его компетенции.

– Я человек простой и прямой, - ответила Полоцкая, – И более, чем уверена, что и наша поимка, и чудесное освобождение – часть сценария, спланированного вашим…эм…нанимателем. А я не люблю играть по сценарию. Кроме того, у меня заказ. Если я на несколько суток отлучусь обсуждать неизвестно что, неизвестно с кем, то просрочу его. А это не в моих интересах. Потому, надеюсь, что у вас очень весомые причины задерживать нас.

Мужчина устало вздохнул, сделавшись совершенно равнодушным в лице, – Мисс Полоцкая, вы вольны верить во все, что вам заблагорассудится. Уверен, для того был вполне весомый повод. Повторюсь, не в моей компетенции отвечать на подобные вопросы.

– Видимо мои пути пересеклись с кем-то серьёзным. Иначе вы бы не прилетели в такую глушь? Не так ли? Можете хотя бы намекнуть, что это за человек… или не человек? – спросила Алиса.

Джеймс повернулся в кресле к консоли, где уже через несколько секунд развернулись материалы по запросу “Mirage Dynamics” в штатном браузере для выхода в G-net. – Полагаю вам это о чем-то да говорит. Надеюсь на этом вопросы закончены? – Он встал с капитанского кресла, небрежно оправив полы пиджака.

Алисе не раз приходилось выполнять задания для мелких фармацевтических компаний, работавших, прямо или косвенно на этого индустриального монстра. В этой истории появлялся какой-то смысл. Только вот, что сейчас нужно добыть? Ведь у них есть достаточно денег и возможностей, чтобы целую экспедицию послать куда угодно. Но задавать этот вопрос Полоцкая не стала. Она кивнула, – Хорошо. Тогда можем отправляться. Я подготовлю корабль, а вы сбросьте координаты курса.

– В этом нет необходимости, следуйте нашим курсом. Все же я предпочел бы не тратить время зря... – неоднозначно произнес темнокожий мужчина и направился к выходу из корабля.

Дождавшись, когда за гостем закроется люк, Лина скомандовала кораблю выпустить остальных членов экипажа.

– Фу… Я думала, что помру в этом жутком зловонии, – недовольно пробурчала Фронтера.

Её супруг поддержал её, – Да, я успел вспомнить самые вонючие кабаки старого города, пока сидел взаперти. А вот та штука, которой нас в это время кормили, вполне сносна на вкус.

Корабль довольно поурчал внутренностями, – Благодарю за похвалу. Рецепт прост – немного растительного белка, немного животного, чуть клетчатки. С животным было, прямо скажем, не очень. Пришлось пожертвовать частью запасов. Надеюсь, вам понравились эти солдаты?

– Что? – Анна позеленела и убежала в корабельный туалет.

У палача лицо тоже слегка побелело.

– Что? У вас, людей, это, кажется, называется шуткой.

***

Трое суток болтания в космосе – вот цена выбора Полоцкой. Всё-таки скорость «Эксперта» оставляла желать лучшего, а выдавать вероятные возможности «био-дополнения» не хотелось.

К концу последнего дня они добрались до террианских территорий. На карте светились ключевые точки, среди которых Терра-4.

На экране показалось Лицо Джеймса, – Леди, готовьтесь к посадке.

Алиса кивнула изображению на терминале, и запустила автопилот для перехода в посадочный режим.

На планете их уже ожидала машина с тонированными стёклами. Водителя Джеймс попросил покинуть салон и занял его место за рулём.

– Куда теперь, – спросила Лина.

– Я провожу... – кратко ответил он.

Новое задание

Буквально за 10 минут Джеймс привез их к высотному зданию. Судя по вывескам – крупный отельный комплекс, на крыше которого располагался ресторан.

Лина хмыкнула, – Чувствую себя девочкой по вызову… Привезли на машине в гостинице к незнакомому мужику…

Полоцкая проигнорировала высказывание напарницы, а Джеймс одобрительно улыбнулся.

– Итак, - уточнила Алиса, - этаж, номер? Или вы так и будете постоянно ходить везде с нами?

– Ну, разумеется. Я должен убедиться, что вы доставлены в целости и сохранности. – он вышел из машины и открыл перед пассажирами дверь. – И, кстати, - обратился он к Коперник, - Почему вы решили, что это мужчина?

Лина не нашла, что ответить на вполне логичный вопрос.

В холле их встретил портье, которому Джеймс протянул карточку. Тот проверил данные по базе и удовлетворённо кивнул. Два охранника, стоящие по углам, и всматривающиеся в лица гостей, чуть расслабились.

– Ваш внешний вид оставляет желать лучшего. – Джеймс скептически оглядел одежду спутниц, – Искренне надеюсь, что господин Майерс предвидел это, распорядившись доставить вас безотлагательно.

– Ага! Я же говорила, что это мужик! – вскрикнула Лина и тут же умолкла, понимая, что глупо выглядит.

Алиса промолчала, но внутренний голос не забыл напомнить про шикарное синее платье, которое они так и не купят. Эх, шопотерапия… Она тут же взяла себя в руки. Роль кисейной барышни в кружевном наряде была ей не так и чужда.

Лифт неожиданно быстро доставил гостей на самый верх здания. Здесь, помимо обслуживающего персонала не было почти никого.

Тем временем их собеседник стал спиной к двери лифта, закрывая выход, и начал давать указания:

– Рекомендую вам обращаться к нему «господин Майерс» или «сэр», не говорить, пока к вам не обратятся, вести себя тихо и по возможности учтиво. Ни в коем случае не смотрите ему в глаза. И… Не бойтесь, как правило он не кусается.

Стоило ему закончить монолог, как дверь с характерным звенящим сигналом открылась за его спиной.

– Хух, – выпалила Лина, - Я уже устала стоять, задрав голову, и слушать это всё. Может, уже пойдём с вашим боссом разговаривать?

– Учтиво… - особенно акцентировал на этом внимание мужчина.

Впереди, на очередном ресепшене, два амбала пропустили делегацию, не задавая лишних вопросов. Судя по форме одежды, эта охрана работала не на заведение.

Внутри оказалось на удивление пусто. Зал освещался эффектной хрустальной люстрой, сохраняя лёгкий полумрак, и ощущение тайны. Удивляло наличие в огромном зале всего одного небольшого столика, за которым их уже ждали.

Девушки готовы были увидеть всякое, но явно не моложавого стройного блондина в простой белой рубашке без галстука, золотых запонок и прочих атрибутов буржуазного стиля.

– Прямо, как на свидание пригласили… - тихо прошептала Коперник.

– По пути вы это назвали несколько иначе, - подметил сопровождающий.

Лина хотела было поздороваться, но почувствовала на себе тяжелый взгляд Джеймса и осеклась.

Словно почувствовав прибытие гостей, хозяин вечера поднялся и жестом пригласил девушек к столу.

– Мисс Полоцкая, как раз вовремя. – его неожиданно добродушный тон окончательно заставил девушек опешить. – Мне казалось, что вы работаете в одиночку… Представите ее? – он кивнул на Лину, подозвал официанта, и попросил еще один стул для второй гостьи.

Алиса дождалась, пока Коперник усадят за стол.

– Ангелина Коперник. Мой штурман и личный помощник. Думала, ваш эм… служащий доложил, что я приеду не одна?

– Вы не спрашивали… – вкрадчиво подметил стоящий в сторонке помощник.

Блондинчик едва заметно улыбнулся:

– Думаю, так даже лучше. Ну, поскольку спешить нам совершенно некуда… – на последнем слове он сделал акцент, – Сперва трапеза, а потом можно будет обсудить ваш новый контракт.

Он легко прикоснулся к поверхности стола, и та превратилась в сенсорное меню.

Глаза Лины округлились. Некоторые названия она видела впервые, но выглядело все очень аппетитно. В желудке заурчало, и девушка покраснела.

Алиса выбрала себе несколько блюд, а Коперник всё листала список мясных рецептов. Всё-таки белковые продукты корабля, это несколько иной сорт кулинарии… Наконец она выбрала что-то, особенно красивое и успокоилась.

– Как вы относитесь к винам Терры 3? – учтиво спросил собеседник.

– Доверюсь вашему выбору, – максимально вежливо ответила Полоцкая.

Когда официант принёс поднос с заказом, глаза Лины загорелись хищными огоньками, но она тут же взяла себя в руки. Алиса подняла бокал с вином и вдохнула аромат. Действительно неплохо. Впрочем, если бы она разбиралась в винах… В любом случае, это должно быть лучше и дороже, чем всё, что она пила раньше.

Сделав глоток, девушка удовлетворенно отметила приятный вкус с лёгкой кислинкой.

– Как вам вино? – спросил Майерс.

– Неплохо, - ответила Алиса, стараясь всем своим видом показать, что потреблять такие напитки для неё дело обыденное. Впрочем, если он так хорошо осведомлен о её делах, то знает и о финансовом положении.

Тем временем, Коперник, совершенно не обращая внимания на светскую беседу, уплетала мясо, позабыв о всяком приличии. По щекам текли капельки жира, но она сейчас не думала ни о чём. Только о том, что в ближайшие лет десять такой обед ей точно не светит.

– Приятно видеть, что еда может вызывать такую радость…

Гастрономическое воодушевление Лины вызывало у присутствующих куда больший интерес, чем сама беседа. Даже Джеймс уже не скрывал улыбку.

Алиса доела свой обед, взяла салфетку и, приведя себя в порядок, обратилась к собеседнику:

– Благодарю за радушный приём, но мне, всё же, хотелось бы узнать суть вашего предложения.

Майерс кивнул:

– От вас требуется то же, что и всегда, в рамках вашей профессии. С той лишь разницей, что вы теперь будете работать на меня.

Алиса кивнула, – Я догадывалась, что интересую вас в качестве специалиста по определенным вопросам. Только вот, есть неувязка. У меня действующий контракт, срыв которого не сулит ничего хорошего. Мне грозит уплата неустоек работодателю и пассажиру.

– Условности… Полагаю, если я улажу этот вопрос, причин отказываться у вас уже не будет? Мне нужны компетентные специалисты.

– Спасибо за комплимент. Хорошо, тогда перейдём к сути задания. Маршрут, дата, цель, время на выполнение миссии, и, уж простите, оплата. Хотелось бы знать, ради чего я бросаю проверенного клиента.

– Джеймс. – позвал босс помощника.

Высоченный темнокожий мужчина подошел к столику, и Лина почувствовала, как над ней возвышается гора. Она привыкла, что все вокруг выше неё, но обычно это были маларийцы. А вот таких здоровенных людей она видела редко.

Тем временем «адъютант» вытянул вперёд правую руку, на запястье которой был закреплён небольшой проектор, развернувший объёмную карту, – В принципе, ничего необычного, если не считать условий работы, – он протянул Полоцкой два чека.

Алиса взяла бумаги быстро пробежалась по строчкам:

– Хорошо, с первым всё ясно. А за что оплата по второму?

– Сопутствующие риски, это все прописано в вашем контракте, - коротко ответил Майерс.

Лина поперхнулась остатком мяса. Полоцкая приподняла бровь, – С этого места, пожалуйста, подробнее.

— Планета Рубикон - 6, на которую вы отправляетесь, пользуется дурной репутацией. Так как она вне юрисдикции Галактического Совета, там собирается вся шваль с окрестностей – Малари, Лакка, Шаббарры, даже Онда. Это уже не говоря о кланах террианской мафии, обосновавшихся в тех краях, и устроивших там «штаб-квартиру». Потому, беглые преступники, мародёры и прочие головорезы в тех краях – дело обычное. Уровень преступности в 126 раз выше, чем на планетах Совета, постоянные разборки кланов, и прочие прелести провинциальной жизни. Только не стройте такие лица, помимо вас туда отправится еще два специалиста и отряд сопровождения.

Коперник задумалась о реальных перспективах получить оплату посмертно, в виде компенсации членам семьи. С одной стороны, ей помирать не в первой. С другой – почему-то стало до жути страшно. Но, что поделать, если она решила попробовать всё исправить.

А ещё она чувствовала себя здесь лишней. Все словно намеренно её игнорировали. Потому Лина решила напомнить о себе сама.

– И что нужно привезти?

— Одно весьма проворное существо, характерное для этой области. Не обязательно целиком, достаточно фрагмента, содержащего некую железу, — новая голограмма продемонстрировала анатомические особенности создания, напоминающего когтисто-клыкастого оленя. — Прежде всего, нас интересует целостность объекта. Так что не стоит извлекать орган самостоятельно. Вам достаточно знать, что он позволит в значительной мере продвинуть весьма перспективный проект...

Девушки переглянулись, и Лина уточнила, – А этот ваш «олень» сам по себе агрессивен? Хотелось бы знать, с чем имеем дело. Вдруг он ядовитый, или кислотой плюётся?

Майерс приподнял бровь, а в уголки губ дёрнулись в едва заметной улыбке:

— Олень? Интересное сравнение... Да, он ядовит, но если существо решит на вас напасть, это будет всем нам на руку... Экономия времени, вам не придется его выслеживать и преследовать, а отделу исследований ждать.

Алиса взвесила все «за» и «против». После слизней и прочей гадости, способной свести в могилу или учинить что похуже, ядовитый олень не казался чем-то особо устрашающим. Она кивнула, – Хорошо. А что за персонал полетит с нами?

— Как я уже сказал, двое специалистов и отряд сопровождения. Думаю, этого будет вполне достаточно для обеспечения безопасности.

Лина на мгновение о чём-то задумалась. А затем, неожиданно спросила:

– А если там целая планета головорезов… Какие у нас вообще шансы вернуться назад?

– Пусть по этому поводу болит моя голова. Провал этой, с позволения сказать, миссии не входит в число моих планов.

– Я могу лететь на своём корабле?- уточнила Алиса.

– Это исключено в силу его приметности и, уж простите, неповоротливости. Мы снабдим вас транспортом и пилотом…

Вот на этом месте Алиса «подвисла». Потому что на сей раз на борту была уже не просто любимая вещица, а целая команда, включая её мать. Это уже куда сложнее, чем объяснить Саймону, что он никуда не летит. Конечно, корабль решит временные проблемы с пропитанием. Но вряд ли Анна с мужем и Тесаловы захотят торчать внутри неизвестно сколько. Пустить их гулять по Терра-4 – тоже не вариант. Они могут попасть в неприятности. Да и адаптация к новому времени и обстоятельствам для женщины-пирата и её мужа – палача может завершится очень быстро в отделении местной полиции.

– Вас что-то беспокоит? – осведомился Майерс, глядя на озадаченную Полоцкую.

– Есть пара моментов, которые мне нужно уладить перед вылетом. Понадобится буквально два – три часа. Надеюсь, вылет не прямо сейчас?

– Похвальное рвение. В вашем распоряжении ровно сутки. Джеймс, тебя это тоже касается. Всё должно быть готово к этому моменту.

Пока Алиса с Линой пытались уложить в головах услышанное и увиденное, принимающая сторона решила откланяться. Майерс аккуратно вытерся бумажным полотенцем и добавил, – Время пошло.

Он встал, оправил одежду, кивнул помощнику, и они бодрой походкой направились к выходу. Когда до двери оставалось пройти буквально парочку шагов, Лина вскочила из-за стола и крикнула вслед уходящим, – Ой, простите, а за обед заплачено? – После этой фразы девушка покраснела, как вареный рак и плюхнулась на место.

Когда блондин с подручным сумели угомонить бушующие эмоции, и повернуться с серьёзными лицами к гостьям, Джеймс ответил:

– А вы как думаете? – и, после небольшой паузы, продолжил, – Не волнуйтесь, продолжайте трапезу. Скоро принесут десерт.

На этом парочка удалилась, а официант действительно подошёл к столу, ставя на него дополнительный поднос.

***

По пути вниз Джеймс прервал затянувшееся молчание, – Сэр, всё давно готово к операции. Для чего затягивать вылет? Помнится, вы, как правило, торопите своих подчиненных по поводу и без. Что же изменилось сейчас?

– Спешка нам в данный момент ни к чему, а ты убедись, что дамы не воспользуются отпущенным им временем, чтобы скрыться. Они – важная часть предстоящего плана.

– Тем более не понимаю, зачем было давать им такую свободу действий.

– Тебе и не нужно. Кстати говоря, пора бы уже поднимать мертвецов, время идет.

***

Совещание на борту «Эксперта» затянулось на два с лишним часа. Ожидаемо бурной оказалась реакция Анны. Она, по вполне логичным причинам, не доверяла новому нанимателю дочери.

– А если он тебя подставит и ты погибнешь? – возмущенно кричала она.

Полоцкая уселась в кресло и отмахнулась, – Да какая разница, мы же все бессмертные теперь.

– Не совсем, – Уточнил Ункар. Вы смертны. Просто способны к пересбору частиц и сохранению сознания вне тела. За это отвечает гокка. Но никто из вас не застрахован от более печальной участи. Плен, серьёзные ранения, болезни с неприятными последствиями для организма. К примеру, вам может оторвать ноги. Что делать в подобном случае?

– Добить, чтобы не мучались, – вставил своё слово палач.

Фронтера шикнула на супруга, – Идеальный отец. Тебе бы только добивать!

Тот удивленно поднял руки вверх, – Ну а что? Так и оставлять обрубок? Если она может «воскреснуть» целой, это куда практичнее!

Ункар кивнул, - С одной стороны, вы правы. С другой, вас раскидает в пространстве и времени. Я давно перестал понимать, как воздействует гокка на Алису и Ангелину. Раньше прослеживались закономерности. Теперь – нет. В частности, во время пребывания на родине Алисы, я уточнил, что она успела побывать там не раз. И к моменту последнего нашего прибытия, там была её копия. Только успевшая постареть. Я засёк её присутствие, но времени, чтобы разобраться, было мало. Хорошо, что мы эвакуировались. Встреча двух Алис привела бы к большим проблемам.

– Меня две? – ошеломлённо вымолвила Полоцкая.

Сказочник кивнул, – Возможно, даже больше. В этой реальности пока что одна. И это очень хорошо для нас всех.

– А я одна? – спросила Дирижёра Коперник.

Тот вновь кивнул, – С тобой отдельная история. Пока я не могу рассказать всего. Еще одна деталь – я остаюсь с остальными, и буду отвечать за их безопасность. Так что вы очень постарайтесь за это время не покалечиться и не погибнуть. Искать вас в вечности – занятие утомительное.

Стены Иерихона

В Зале Первой ночи стоял Тиам. Рядом с ним – горстки пепла собратьев. Кто совершил это злодеяние? Он вглядывался в тьму вечности, но не находил ответа. Кто мог истребить тех, кто не знает смерти и существует вне времени? Горстка Дирижёров? Но откуда им взять такую силу? Тогда кто? В его сознании всплывали обрывки фраз о пробуждении древней Тьмы. Её следы приходилось наблюдать не раз, но так близко? В святая святых их вечного ордена?

Люди и создания им подобные постоянно творят нечто, приводящее к катастрофическим последствиям. То, что печать сорвана известно давно. Теперь, скованные когда-то волей Первых судей, твари, бесчинствуют на свободе. И это вызов всему разумному и живому.

Пока первичный не вернулся в созданную им реальность, нужно остановить этот ужас. И помочь в этом способно лишь одно существо во вселенной.

Структура храма оставалась нестабильной. Он ощущал, как что-то, невероятно сильное, разрушает сами основы мироздания. И тонкая ткань реальности начала рваться именно здесь. Жив ли кто-то из старых судей? Если они уцелели, есть хоть какой-то шанс задержать процесс, пока он подготовит тех, кто способен помочь.

– Мои соболезнования, – прозвучал тихий голос из другого конца помещения.

– Зачем? – спросил Тиам.

Свет в зале померк, а в самом центре зажглись два красных огонька:

– Затем, что мы устали сидеть на цепи. Пора напомнить, что вы не хозяева, а корм. Пора поглотить то, что вы называете миром, и вернуть прежние порядки.

Судья кивнул, – Допустим. Ваши цели ясны. Тогда почему я до сих пор жив?

Огоньки погасли и зажглись вновь прямо напротив него:

– Ты станешь глашатаем нашей воли.

***

Ункар на миг исчез, и вновь появился перед командой:

– К слову, за кораблём следят. Нельзя, чтобы они узнали, что вы тут не одни. Это совсем не входит в наши планы. Я не уверен в том, что они уйдут после того, как Алиса с Линой покинут борт.

Полоцкая кивнула, – Ты прав. Думаю, это люди Майерса. Учитывая сумму контракта, и то, насколько это для него важно логично, что страхуется. Ладно, сейчас это не самая большая проблема. Меня больше интересует, что вы будете делать, пока мы с Линой летим в эти дебри?

– Лично я планирую изучать ваш мир посредством этого ммм… - ответил Тесалов – старший.

– Джи-Нета, – подсказала Коперник.

– Допустим… Мама? – Алиса вопросительно взглянула на Анну, в ожидании.

Фронтера плюхнулась в любимое кресло дочери, – Буду донимать твоего приятеля Ункара. Пусть занимается нашей адаптацией. Ведь назад я, видимо, не попаду. Хочу узнать про современную жизнь, этих ваших соседей из космоса. Как себя вести, чтобы не загреметь за решётку.

– Похвально. А ты? – обратилась Полоцкая к палачу.

Тот задумался. Секунд через пять ответил, – Пожалуй, присоединюсь к жене. Хочу выяснить, как в ваших краях разжиться деньгами и открыть бар.

Алекс, всё это время молчавший, вступил в беседу, – А я хотел бы исследовать космос. Займусь изучением астрономии и других наук, которые понадобятся.

Пилотессу устроили бы все ответы. Но она успела неплохо узнать мать за это время. Потому не слишком доверяла её словам. Но вслух лишь пожелала всем удачи и отправилась в каюту за вещами.

***

Когда люк за девушками захлопнулся, Анна встала с кресла, из которого не вылезала почти три часа, – Итак, друг мой золотой. Рассказывай, что у вас тут творится, кто чем заправляет, кого бояться, кого уважать?

– С чего начать? – уточнил Ункар.

Фронтера почесала макушку, – Начни с видов, с которыми люди сейчас дружат или враждуют. Все, кто известен.

Сказочник кивнул, – Рассказ будет долгий. Но времени у нас много.

– Вот, и славно, - довольно улыбнулась Анна. Сначала про этих… Которые проверку учинили.

– Манагассийцы. Планета Манагасс, это огромный город, разделённый на отдельные сектора. У каждого сектора есть свой… мэр, так сказать. Мэры отчитываются перед центральной властью. А центральная власть лижет зад властям Терры. Пожалуй, это единственный вид, который любит людей.

– Почему? – спросил палач.

– Потому что военно-космические силы Терры охраняют орбиту от налётов пиратов – онда.

– А они кто такие? И чего нападают?

– С этим сложнее, - Дирижёр вздохнул. Онда все считают тупыми. Только вот, в реальности всё наоборот. Они – древняя культура, весьма цивидизованные. А пираты – так, небольшие радикально настроенные группы. Только вот они не просто так нападают. Лет этак пятьсот назад всё было наоборот. Манагасс совершал набеги на их родную планету. Грабили, убивали, брали в плен. В общем, издевались, как хотели. Потом у манагассийцев сменилась власть. Новые вожди переписали историю, и вычеркнули из неё все упоминания об этих зверствах. В итоге, получается, что онда нападают без видимой на то причины, либо ради наживы. К слову, за последние лет пятьдесят пиратский флот разросся до размеров небольшой армии. Терру они не победят, но Манагасс мог бы попросту исчезнуть со всех карт.

Анна задумчиво пробормотала, – Интересно… А как они выглядят, эти онда?

– Как прямоходячие амфибии, ростом чуть выше полутора метров. Похожи на жаб. У них сложная фонетика языка. Говорить на «гале» они могут только с коммуникатором. С Галактическим Советом у них нет дипломатических связей. Сами на контакт не идут. Но неофициально активно торгуют.

***

К месту встречи Полоцкая с напарницей прибыли вовремя. Огромный комплекс космомпорта Терры-4 впечатлял размахом. Основное здание и два его крыла напоминали стальную птицу, длинная шея которой устремилась в небо. За этим монументальным сооружением располагались взлётные полосы, инженерные сооружения и несколько небольших модулей для обслуживающих работников.

– Компания «Терра-Старлайн» приветствует вас, – прозвучал звонкий женский голос из динамиков. Только принадлежал он не живому человеку. Обычная запись, включаемая автоматически при появлении посетителей.

Девушки нашли ту часть космодрома, где по указаниям Майерса, их должен был ждать транспорт. Только вот на этой части космодрома, где обычно суетился персонал, сейчас сновали лишь сервисные боты-уборщики, протирающие площадку и стекла здания.

В стороне стоял тот самый автомобиль, в котором Джеймс привёз их к своему боссу. Дверь приоткрылась, показалась рука, которая жестом указала дамам сесть в салон.

Коперник хмыкнула, но забросила сумку на заднее сиденье. Алиса последовала её примеру,– Ну и где корабль, специалисты и прочие? – озадаченно спросила Лина.

– Мы стартуем не из центрального космопорта? – уточнила Полоцкая.

– Не самое удачное место для десантного челнока, не находите? Кстати, вам тоже доброго дня.

Полоцкой очень хотелось задать вопрос про слежку, но она спросила, – Хорошо, но для чего был весь этот фарс с прибытием в строго обозначенное время и место точно к вылету?

— К тому, что у меня осталось ровно полчаса на то, чтобы доставить вас к месту вылета. Ценю вашу пунктуальность. А теперь я буду весьма признателен, если вы составите компанию вашему багажу внутри машины, – Джеймс намеренно сделал ударение на слове «внутри», побуждая девушек, наконец, занять свои места. Судя по тону, он действительно спешил.

***

Ункар никогда не думал, что может устать, но лекция по расологии затянулась на два с лишним часа. Он рассказал всё, произошло с Террой-1, описал освоение дальнего космоса после Исхода, не забыл о причинах конфликта с Малари.

– То есть, люди подстроили всё? – спросила Анна Дирижёра.

Тот на мгновение замолк.

– Не совсем. Скажем так… у них были на то веские причины. Но об этом уже никто никогда не узнает. Теперь маларийцы и лаккианцы ненавидят людей, и с этим, кажется, ничего не поделать. Да и с точки зрения мирного населения, подобные вещи вряд ли можно оправдать вопросами безопасности Терры.

Фронтера понимающе кивнула, – Ладно. У меня есть еще один вопрос. Точнее, предложение. Думаю, со мной согласятся все, включая наш уважаемый транспорт.

Корабль, давно знающий мысли подтвердил слова экс-капитана пиратов.

– Так вот, продолжила Анна, – Я на двести процентов уверена, что девочки в опасности. Сидеть сложа руки, рисковать их жизнями? Если что-то случится, ты сам говорил – нас разбросает.

Сказочник понимал, к чему клонит женщина. Она боится за дочь. Возможно, за Лину немного тоже. К тому же, она сейчас права.

Понимая дилемму, корабль предложил свой вариант:

– След гокки ни с чем не перепутать. Найти девушек и отследить вылет транспорта легко. Мы можем следовать за ними на определенном расстоянии. Я использую свои двигатели, а вы отключите всю электронику. Их приборы вряд ли будут искать органику в космосе. Сложнее всего попасть на саму планету незаметно. Лучше находиться на орбите. Ункар отправится в разведку. Если потребуется эвакуация, решим вопрос. Я умею быстро прибыть на место и так же быстро свалить, гарантирую.

Ункар выслушал предложения, и спросил:

– Остальные члены экипажа готовы идти на заведомо известный риск?

Палач кивнул. Тесаловы последовали его примеру.

***

22.01.2017г.100 ОБЩИЙ, м.л. 5-6 лет

СОРЕВНОВАНИЯ ПО КОНКУРУ посвященные ДНЮ СТУДЕНТА " ТАТЬЯНИН ДЕНЬ"

Технические результаты

Маршрут №2 - высота, 100 см КЛАССИКА, зачет ОБЩИЙ, М.Л. 5-6 лет

КСШ "Реприз"п.Кросход.

22.01.2017г.

Место

№ лошади

Фамилия, Имя всадника

Рег.№

Звание, разряд

Кличка лошади, г.р.,

Рег.№

Владелец

Командарегион

Результат

Выпнор-матив

маршрут

перепрыжка

ш.о.

Время

ш.о.

Время

 

Попова Екатерина

3

Снайпер-12

Зыкова А.

КСК «Главстрой»

0

69.12

4

39.46

Шипова Валерия

2

Снайпер-12

Зыкова А.

КСК «Главстрой»

0

63.93

4

39.75

Шипова Валерия

2

Моника-12

Титкова О.

КСК «Главстрой»

4

64.21

Захаренко Артем

2

Мистик Пауэр-12

Захаренко О

КСК «Главстрой»

4

69.32

Лузина Алена

1

Омела-11

 

Шашерин Н.Д.

ДЮСШ "Вихрь "

4

75.86

Торопова Татьяна

МС

Паола-11

Шашерин Н.Д.

КСШ "Реприз"

8

71.18

Соколова Елена

1

Валькирия-11

Шашерин Н.Д.

КСШ "Реприз"

8

75.68

Титкова Ольга

2

Моника-12

Титкова О.

КСК «Главстрой»

16

65.76

зачет ОБЩИЙ

Дикушина Карина

2

Блиц

Шашерин Н.Д.

ДЮСШ "Вихрь "

0

71.76

4

38.15

3

Ябурова Валерия

бр

Рейган

чв

КСШ «Реприз»

0

65.71

4

38.18

3

Ковган Анастасия

2

Бунтарь

 

Шашерин Н.Д.

КСШ «Реприз»"

0

63.75

4

40.45

3

Лузина

Алена

1

Пастэль

 

Шашерин Н.Д.

ДЮСШ "Вихрь "

4

70.56

Захаров Борис

3

Травиата

«Главстрой

КСК «Главстрой»

4

83.10

Махмутов Матвей

2

Клин

 

Шашерин Н.Д.

ДЮСШ "Вихрь "

8

70.56

Захаренко Артем

2

Эвридэй Флай

Захаренко

КСК «Главстрой»

12

67.51

Махмутов Матвей

2

Парсек

Шашерин Н.Д.

ДЮСШ "Вихрь "

12

67.53

Захаров Борис

3

Тропинка

КСК «Главстрой

КСК «Главстрой»

16

75.97

Шипова Валерия

3

Храбрость

Захаренко

КСК

КСК «Главстрой»

снята за неповиновение лошади

Гл.судья Кашина И.В.

Секретарь Чеснокова Я.А.

Какие географические открытия совершил Геродот

Какие географические открытия совершил Геродот

  • ГЕРОДОТ (484425 АО Н.Э.)

    Человек с древнейших времен стремился познать окружающий мир не только по необходимости, но и из любознательности. Однако подобные сведения оставались разрозненными, не приведенными в определенную систему Первым это сделал греческий путешественник, географ, отец истории (как его называли) Геродот. Родился он на юго-западном побережье Малой Азии в городе Га-ликарнасе. Из-за политических неурядиц покинул родину, переехав на остров Самос
    Даже если поступить так его вынудил гнев местного правителя-тирана, то отправиться затем в дальние путешествия никто не заставлял. Он посетил Египет, побывал на Ближнем Востоке, в Двуречье, Восточной Европе. Долгое время жил в Афинах, где дружил с Периклом, Софоклом, Анаксагором, усовершенствовался в знании философии. Возможно, беседы с друзьями вдохновили его на создание Истории. В этом крупном сочинении речь идет прежде всего о греко-персидских войнах первой половины V века до н.э Однако Геродота не удовлетворила столь узкая тема Он обстоятельно, как очевидец и по собранным сведениям, описал природные условия разных регионов, быт и нравы местных жителей, их религиозные представления и обряды. Это позволяет считать его не только первым крупным историком, но также географом-странове-дом и этнографом
    К сожалению, Геродот не вел путевых дневников и почти ничего не сказал о своих странствиях и приключениях. Он широко использовал труды и сообщения других исследователей, стараясь отделять правду от вымысла (это ему не всегда удавалось).
    В те времена для средиземноморцев Восточная Европа была загадочной и мрачной землей где-то на краю света. Геродот был первым исследователем, посетившим
    Южное Приднестровье. Он написал о реках Танаис (Дон) и Борис-фен (Днепр), составил описание скифских племен скотоводов и пахарей. В низовьях долины Борисфена отметил гилею, дремучие леса. Долгое время это считалось недоразумением: ведь в Нижнем Преднепровье раскинулись степи. Только в XX веке ученые доказали, что на месте нынешних степных и опустыненных территорий (в частности, Алешковских песков) прежде располагались крупные лесные массивы, уничтоженные человеком.
    Общие представления Геродота о планете были далеки от истины. Он считал Землю дискообразной с тремя континентами: Европой, Азией, Ливией (Африкой). Из них первая была самой крупной, на полсвета (и это даже без огромных пространств на северо-востоке). Почти вся Азия оставалась для него неведомой.
    Некоторые рассказы Геродота уже при его жизни считались небылицами. Так, говоря о землях.за Каспием, он упомянул о берегах Северного океана, где зима длится восемь месяцев в году, из-за чего местные жители на полгода впадают в спячку.,Хотя по сути дела в этом есть доля правды. На Северном Урале, например, долго длятся холода, в Восточной Европе, Сибири некоторые животные впадают в зимнюю спячку. Многие племена избегали называть тотемное животное по имени (бэр медведь), а употребляли иносказание хозяин. Поэтому рассказы о медведях, да еще в неточном переводе, Геродот вполне мог понять как свидетельство о людях, спящих всю зиму.
    Геродоту мы обязаны сообщением о великом географическом достижении: первом плавании вокруг Африки и открытии Южного полушария. Это произошло в конце VII века до н.э. при мудром и энергичном фараоне Нехо. Он снарядил совместную египетско-финикийскую морскую экспедицию, которая направилась вдоль побережья Красного моря на юг, обогнула Африку, и через три года со стороны Геракловых Столбов (Гибралтара) вернулась к родным берегам и в Мемфисе была встречена с триумфом.
    Это сообщение веками ставилось под сомнение. Трудно было поверить, что в те далекие времена можно было осуществить столь грандиозное мероприятие. Да и Геродот сделал оговорку: Рассказывают также, чему я не верю, а другой кто-нибудь, может быть, и поверит, что во время плавания кругом Ливии финикяне видели солнце с правой стороны.
    Но именно так и должно было быть после перехода в Южное полушарие! Скептическая оговорка Геродота наиболее убедительное доказательство путешествия вокруг Африки. Он был предельно объективен, изложив то, что слышал, включая сомнительный, по его мнению, факт. Он сознавал ограниченность свих знаний и возмож-
    ность своего непонимания ситуации. Это характеризует его как самого настоящего ученого.
    Сведения об известных и легендарных народах и странах, собранные Геродотом, явились популярной энциклопедией исторических и географических знаний той эпохи. Они пробуждали интерес к путешествиям, исследованиям, познанию Земли.
    Высказывания Геродота:
    Людям, решившимся действовать, обыкновенно сопутствует удача; напротив, редко удается что-либо людям, которые только и занимаются тем, что взвешивают и медлят.
    Если не высказаны различные мнения, то не из чего выбрать наилучшее.
    Лучше быть предметом зависти, чем сострадания.

  • Он зделал первые ведомости про украинские земли

Дополнительные сведения о граните, кварце, слюде

Дополнительные сведения о граните, кварце, слюде

  • Гранит- горная порода.

    Цвет — серо-розовый, чрный, жлто-серый.

    Гранит является одной из самых плотных, тврдых и прочных пород. Используется в строительстве в качестве облицовочного материала.

    Гранит состоит из кварца и слюды.

    Кварц- один из самых распространнных минералов в земной коре.

    В чистом виде кварц бесцветен или имеет белую окраску из-за внутренних трещин и кристаллических дефектов.

    Кварц образуется при различных геологических процессах.

    Слюда- один из наиболее распространнных породообразующих минералов, а также важное полезное ископаемое.

    Слюды бывают бурые, коричневые, тмно-зелные и чрные.

    Гранит, кварц, слюда- полезные ископаемые.

    Надеюсь, помогла)

  • ГРАНИТ,КВАРЦ,СЛЮДА-ЭТО ПОЛЕЗНЫЕ ИСКОПАЕМЫЕ.

из двух поселков расстояние между которыми 96 километров выехали одновременно навстречу друг другу два всадника скорость движения первого 15 километров в час 2 17 километров час через сколько часов они встретились и Составь устно по каждому схематическому чертежу задачу обратную задачу один и реши их записывая выражение решить

из двух поселков расстояние между которыми 96 километров выехали одновременно навстречу друг другу два всадника скорость движения первого 15 километров в час 2 17 километров час через сколько часов они встретились и Составь устно по каждому схематическому чертежу задачу обратную задачу один и реши их записывая
выражение
решить

  • 1)15+17=32 км/ч — общая скорость.
    2) 96:32 = 3(ч) — встретятся.
    Ответ: через 3 часа они встретятся.
    Чертежи ниже:
    1-ый: 15*3 + 17*3 = 96км — расстояние между поселками
    2-ой: (96-15*3):3=17км/ч — скорость второго всадник
    3-ий: (96-17*3):3=15км/ч — скорость первого всадника
  • 1)15+17=32 (общая скорость)
    296/32=2(ч) через 2 часа

Загадки на татарском языке про овощи

Загадки на татарском языке про овощи

  • Жир астында алтын казык.(кишер)
  • ир астында ирн ат,
    Аны тиресе иде кат,
    Суярсы да тунарсы,
    Тунаганда еларсы. (Суган)

    Трзсе юк, ишеге юк, эче тулы халык. (Кыяр)

    Ашка салса, тм керт,
    Борынга салса, тчкерт. (Борыч)

    Яссы, яссы яфрак,
    Яткан ире туфрак. (Кбест)

    Озын-озын агачлар,
    Агачларда оялар.
    Ояларда чыпчыклар. (Борчак)

    ир астында из бкн,
    Ул ни икн? (Брге)

    Ите симез — мае юк,
    Тиресе калын — йоны юк. (Шалкан)

В какой стране и в каком городе,находятся:Статуя Христа Спасителя;Башня Бурдж Халифа;Памятник первооткрывателям;Карлов мост

В какой стране и в каком городе,находятся:Статуя Христа Спасителя;Башня Бурдж Халифа;Памятник первооткрывателям;Карлов мост

  • Статуя Христа Спасителя — Рио-де-Жанейро,Бразилия
    Башня Бурдж Халифа — Дубай,ОАЭ
    Карлов мост -Прага,Чехия
    Памятник первооткрывателям — Лиссабон,Португалия
  • Бразилия,ОАЭ,Португалия,Чехия

физика 7 класс что такое средняя скорость (определение) заранеее всем

физика 7 класс
что такое средняя скорость (определение)
заранеее всем

  • Средняя скорость — отношения всего пройденного пути к всему затраченному времени.

    (Не расчитавается как среднее арифметическое)

    v_c_p=frac{s_1+s_2+...+s_n}{t_1+t_2+...+t_n}

  • Средняя скорость в кинематике некая усредннная характеристика скорости частицы за время е движения. В зависимости от того, понимать скорость как векторную или скалярную величину, различают два основных определения средней скорости.

    Средняя (путевая) скорость это отношение длины пути, пройденного телом, ко времени, за которое этот путь был пройден:

    Можно также ввести среднюю скорость по перемещению, которая будет вектором, равным отношению перемещения ко времени, за которое оно совершено:

Как написать условия задачи по математике Аня и Лена вместе купили столько же тетрадей,сколькоКатяиНина сколько тетрадейкупилаАня,еслиНина купила 3 тетради

Как написать условия задачи по математике Аня и Лена вместе купили столько же тетрадей,сколькоКатяиНина сколько тетрадейкупилаАня,еслиНина купила 3 тетради

  • 1 Вариант

    Аня и Лена = Катя и Нина

    над буквой и ставите плюс и обводите его в кружок

    Аня + Лена = Катя + 3 т.

    Аня = Катя + 3 — Лена

    2 Вариант

    Аня и Лена вместе купили столько же тетрадей,сколько Катя и Нина. Сколько тетрадей купила Аня, если Нина купила 3 тетради, Лена-4, а Катя — 7 тетрадей?

    Аня + Лена = Катя + Нина

    Решение:

    Катя + Нина = 7+3=10 (т.)

    Аня = (Катя + Нина) — Лена = 10-4=6 (т.)

    Ответ: Аня купила 6 тетрадей.

    Проверка:

    Аня + Лена = Катя + Нина

    6+4=7+3

    10=10

  • Аня+Лена=Катя+Нина

    Аня+Лена=Катя+3

    Аня=Катя+3-Лена